Читать онлайн «Самоучитель игры на мировой шахматной доске». Страница 95

Неолитическая революция отделяет архаичную фазу от традиционной, в которой основой хозяйствования становится производящая экономика: земледелие и скотоводство. Социосистемы, находящиеся в этой фазе, становятся «теоретически и практически самодовлеющими», они вытесняют или преобразовывают классические природные экосистемы, формируя в них новый управляющий уровень. Человек окончательно, выпадает из трофической пирамиды — он перестает быть как пищей, так и охотником.

Демографическая динамика выходит на экспоненциальный участок: очень быстро (в рамках палеонтологической летописи — мгновенно) Homo Sapiens распространяются по всей поверхности Земли, за исключением Антарктиды и некоторых пустынь.

Меняются характерные скорости движения — в традиционную фазу они определяются лошадиным галопом или суточным пробегом парусного корабля и достигают 150 километров в сутки. Энергетика в основном осталась на «дровяном» уровне, однако в металлургии широко применяется каменный уголь.

Традиционная фаза включает в себя несколько общественно-экономических формаций (типов хозяйствования): первобытнообщинную — неолит, энеолит, рабовладение, феодализм.

Главной наблюдаемой особенностью современной индустриальной фазы несомненно является фабричное производство. Это означает не только физическое изобретение машин, но и господство их в промышленности, то есть обязательное разделение экономики на «группу А» и «группу Б», причем первая использует машины и создает их, а вторая — только использует. В этом смысле коэффициент полезного действия индустриальной экономики всегда меньше единицы: часть производительных сил расходуется во «внутреннем круге кровообращения», где делаются машины, предназначенные для того, чтобы делать машины[266].

Кроме того, индустриальная фаза требует «индустриального человека»: способного выживать в «человеческом муравейнике»[267], взаимодействовать с машинами и довольствоваться определенной раз и навсегда социальной ролью.

Промышленная экономика включает в себя традиционные формы хозяйственной деятельности (кроме магии), придавая им подчиненный характер. «Кровью» экономики становится уже не зерно, а энергоносители: на первом этапе каменный уголь, затем нефть. Традиционное общество, не способное обеспечивать себя продовольствием, обречено. В индустриальную же фазу такое общество может неограниченно долго поддерживать свое существование за счет внешней торговли, хотя и при соблюдении ряда трудновыполнимых условий[268].

Тем самым индустриальная фаза подразумевает по крайней мере одну глобальность — возникновение общепланетной системы обмена. Это означает, в свою очередь, неизбежность появления мировой валюты, соответствующих расчетных центров и плотной коммуникационной сети. Эмблемой фазы становятся железные дороги и суда с механическими двигателями, характерные скорости возрастают сразу на порядок (свыше 1200 км в сутки), характерные энергии определяются теплотой сгорания нефти (до 40МДж/кг).

Поскольку в индустриальную фазу зерновая зависимость резко ослабляется, социосистемы теряют непосредственную связь с текущими экосистемами и обретают функцию пользователя глобальной природной среды. Так, Великобритания в XIX столетии превращает свои территориальные биоценозы в промышленную свалку, обеспечивая население за счет торговли с внешним миром: она собирает хлеб в Австралии, чайный лист — в Китае, получает мясо из Аргентины, вина из Франции.

С общетеоретической точки зрения это означает, что «человек индустриальный» становится верхним управляющим уровнем глобального биогеоценоза, что же до локальных экосистем, то их он может уничтожать или даже создавать по своей прихоти.

С формально эволюционной точки зрения социосистема оказалась весьма удачным решением. Биологический вид, характеристики которого по всем параметрам не обещали процветания (высокий срок беременности, недоношенные дети, очень долгое половое созревание, отсутствие «убедительных» защитных или агрессивных возможностей, высокая уязвимость), процветает, достиг статуса «абсолютного хищника», пользуется ресурсами всех экосистем Земли. Популяционная динамика вида приобрела экспоненциальный характер вместо колебательного, что свидетельствует, во-первых, о присвоении неограниченного ресурса, и, во-вторых, о выходе социосистемы за пределы биологического поведения и биологической устойчивости.

Исходя из известных нам законов эволюции, природа реагирует на появление «абсолютного хищника» (зоопланктон, палеозойские стрекозы, мезозойские архозавры) тиражированием его удачного приспособительного механизма. Как следствие, в сформированной таким хищником экосистеме возникает конкуренция с последующим развалом на несколько экосистем с вполне традиционным поведением «абсолютный хищник» теряет свойство абсолютности. В данном случае естественно предположить, что в биологическом мире начнется, если уже не началась, ожесточенная борьба за присвоенный Человеком информационный ресурс. Проще говоря, все большее количество биологических видов начнет обретать разум Причем речь идет о разуме в человеческом понимании этого термина — разуме, рассматриваемом как механизм переработки информации в пищевой ресурс.

Такой процесс можно назвать сапиентизацией биоты (по аналогии с цефализацией, маммализацией и пр.). Разными путями разные биологические сообщества будут приходить к использованию эффекта социальности и существования в форме социосистем, в значительной мере подобных человеческим формам организованностей. Понятно, что сообщества, не овладевшие информационным ресурсом, окажутся вытесненными в те или иные формы резерваций (например, в зоопарки).

Необходимо иметь в виду, что способы оперирования информацией, принятые у вида Homo Sapiens, достаточно примитивны и неэкономны (с биологической точки зрения). Имея в своем распоряжении единоличный доступ к безграничному ресурсу, человечество не заботится о качестве переработки информации. Несколько упрощая, можно сказать, что наша сознательная деятельность приводит к созданию огромного количества информационных «отходов».

Эти отходы — информация, уже частично переработанная, уже частично переведенная в материальную форму[269],— сами по себе представляют весьма ценный ресурс, причем утилизировать его не в пример легче, нежели исходную информацию, рассеянную в пространстве.

Следовательно, должны появиться «информационные детритофаги» — социосистемы, перерабатывающие в пищевой ресурс человеческие информационные отходы. Появление такого вида резко повысит коэффициент использования информации и, следовательно, увеличит уровень гомеостаза глобальной системы.

В перспективе мы видим наличие двух цепей информационной переработки, пастбищной (причем человек представляет собой типичного информационного консумента, следовательно, с необходимостью предсказывается появление «управляющего уровня» в виде информационного хищника) и детритной. Круговорот информации замыкается, этот ресурс включается в общий гомеостатический механизм биоты.

Насколько можно судить, произойдет полная перестройка глобальной экосистемы Земли элементами экосистемы перестанут быть организмы (носители жизни) и станут социосистемы (сообщества носителей разума). Таким образом, будет построен гомеостатический механизм, замкнутый по материи и информации и открытый только по энергии.

Рассмотрим плоскость, в которой по одной оси задана «растяжка» «искусственное — естественное», а по другой «распределенное — сосредоточенное».

Если мышление (как проявление разума) есть процесс, происходящий в социосистеме, то уровень разумности определяется тремя параметрами: способностью индивидуального мозга к мыследеятельности/мыслекоммуникации, количеством носителей разума в социосистеме, уровнем связности социосистемы. Последние два параметра можно объединить, введя эффективную численность: медианное количество носителей разума, вовлеченных в акт мыслекоммуникации.

Линеаризуя, получим, что высокий уровень разума можно получить, либо повышая индивидуальный уровень мышления, либо увеличивая эффективную численность.

В этом плане Человек, по-видимому, уникален: его индивидуальное мышление развито настолько, что отдельный носитель разума способен осознавать себя личностью[270]. Таким образом, человеческое мышление является естественным и сосредоточенным.