Читать онлайн «Изнанка российско-украинского конфликта, или Как поссорились соседи». Страница 52

Глава 4

Пропаганда конфликта

Украинский конфликт опроверг марксовский тезис о ведущей роли рабочего класса. Присоединяя промышленный Донбасс и район Днепропетровска — Запорожья, Ленин думал, что тем самым создает надежную связку между Россией и Украиной и мощный противовес «селянской» националистической части Украины. Ничего подобного! Национализм промышленно отсталой западной части Украины без особых проблем подмял под себя восток Украинской республики.

Работа в поле или у станка — это пассивная и локальная деятельность, тогда как методическая работа пропагандистов — деятельность активная, наступательная. А если националисты прорываются к власти, то получают возможность массированно и без помех воздействовать на сознание людей, начиная со школы и до старости. Получается — «сознание первично, а бытие вторично». Кто владеет каналами доставки информации, тот владеет умами. Остается признать чрезвычайную важность пропаганды.

28 марта 2015 года министр обороны РФ Сергей Шойгу заявил, что средства массовой информации стали видом оружия. «Настал тот день, когда мы все признали, что слово, камера, фотография, Интернет и вообще информация стали еще одним видом оружия, еще одним видом вооруженных сил. Это оружие может быть применено и по-хорошему, и по-плохому. Это оружие, которое в разные годы по-разному участвовало в событиях нашей страны, как в поражениях, так и в победах», — объявил министр на торжественной церемонии награждения журналистов премией Минобороны «Медиа-Ас».

Нового министр обороны не открыл и не сказал. Об этом было известно еще в советские времена. Новизна заключалась лишь в том, что данное заявление относится к постсоветским временам, когда, после демонтажа Советского Союза, казалось, что на земле наступил несокрушимый мир и дружба, скрепленная идеологией общечеловеческих ценностей и рынком с его переливом «денационализированных» капиталов. Теперь же Россию вновь развернуло к временам холодной войны. Ехали-ехали — и приехали к старым берегам, от которых некогда уплыли, проклиная их. К народам вновь вернулась политическая пропаганда и агитация, казалось бы оставшаяся в прошлом. И похоже, надолго. Так что есть смысл немного познакомиться с предметом «первой необходимости».

Пропаганда — это информационный продукт, при создании которого пишущий или говорящий ставит своей целью не поиск истины, а создание в умах потребителей нужного политического умонастроения.

Ученый-физиолог Павлов открыл вторую сигнальную систему. Далекие от науки люди больше наслышаны об опыте Павлова, когда собак кормили по звонку. После звонка у животных начиналось обильное слюноотделение — они знали наперед, что будет дальше. И порой ошибались. Их могли обмануть и не вынести еду. Но каждый раз процесс обильного слюноотделения повторялся. Рефлекс!

Теория рефлексов — основа пропаганды. Человеку не надо думать и анализировать получаемые сообщения, он должен среагировать определенным образом на определенный инфосигнал.

Успех пропаганды основан на внедрении в массовое сознание стереотипов. В этом случае мозг должен реагировать на штампы, а не аргументы. «Совок», «фашист» и т. д. — слова, призванные вызвать в сознании негативные эмоции, через которые должно происходить потребление информации. Точно так же определенные слова должны вызывать эмоции положительные («наш президент сказал», к примеру). В ходе пропагандистской войны быстрое и прочное внедрение стереотипов — условие победы.

Украинская пропаганда сумела создать стереотип «русского империализма» и «российского шовинизма». И он прекрасно работает в Украине. При этом там не обсуждается вопрос: чем украинский империализм и украинский шовинизм лучше российского? Хотя и на это есть потенциальный ответ. Оказывается, русский народ — это «азиаты» и «рабы» (это о стране трех революций, причем не «майданных», а настоящих), а украинцы — европейский и свободолюбивый народ. И это слышалось во всех украинских СМИ даже спустя год после майдана, когда выяснилось, что майданщиков развели яко лохов на красивые слова «про свободу». Мантра о противостоянии европейкости и азиатчины звучала бы смешно, если бы ее не повторяли украинские интеллектуалы, которым думать головой велел их социальный статус. Однако они посчитали, что не стоит напрягать мозг, размышляя о причинах отпадения Крыма и Донбасса. Вот подлинные цитаты из статей украинских интеллектуалов (подчеркиваю: интеллектуалов!).

«Произошел «захват российскими диверсантами боевых машин десанта в Краматорске при помощи местного люмпена».

«Бойцов посадили на боевые машины, дали боевое оружие, приказали участвовать в антитеррористической операции, но не дали четкого приказа стрелять на поражение не в диверсантов и террористов, а в сепаратистскую «подтанцовку» в лице пьяных мужичков, малахольных православных бабушек, визгливых теток и прочих, которые блокируют передвижение военной техники».

«Российская армия, при поддержке наркоманов и алкашей Донбасса, лезет вперед…»

«Москва вооружает и обучает банды сепаратистов, сколачивая из них более или менее эффективную регулярную армию. Однако опыт войны на Донбассе показывает, что местные маргиналы и прибывшие из России наемники воюют скверно и не могут противостоять украинским войскам».

А теперь контрольный вопрос для тех, кто повседневно читает такие сообщения о положении в «оккупированных» районах: кто живет и выступает за выход Донбасса из состава Украинского государства?

В российской пропаганде тоже используются давно известные и апробированные стереотипы о «гнилом Западе», точно так же как западные СМИ задействовали оправдавший себя в прошлом образ России как «империи зла». Освещать, как дела обстоят на самом деле, предоставлено узкой группе аналитиков в полузакрытом формате (их статьи публикуются исключительно в специализированных и малотиражных изданиях).

Развернувшаяся пропагандистская война между двумя соседними государствами уникальна. Уникальна тем, что обе стороны могут понимать друг друга без перевода, а цензура из-за Интернета слаба. Обычно межгосударственный конфликт разноязычен и один народ не понимает языка другого. Даже при конфликте Грузии и Россией, хотя большинство грузин понимали русский язык, но русские грузинский язык — нет, потому не могли читать грузинскую прессу и смотреть грузинское телевидение и интернет-сайты. Конфликт между Украиной и Россией принципиально иной — население может знакомиться с пропагандой каждой стороны, отсюда столь важно ее качество. Если в традиционных случаях пропаганда ориентирована лишь на собственное население, то в данном случае необходимо было вести ее в расчете на себя и «противника». Однако ни украинская сторона, ни российская сделать это не сумели. Местная пропаганда осталась для «местных». Воздействовать на противоположную сторону никому не удалось. Это минус как для украинской стороны, потому что на ее стороне дружно выступали московские либералы с их сильной пропагандистской машиной, так и для российской, ибо на Украине живут миллионы потенциальных сторонников России и славянского единства.

Один из украинских авторов написал, что Украина проиграла информационную войну. Он имел в виду аудиторию в России. Но украинские пропагандисты и не целились на Россию, для этого в Москве существует «западное» информационное лобби. Киеву надо было завоевать умы украинцев (достаточно легкая задача для профессионалов), а так же как можно большую часть русскоязычного населения на Украине, чтобы оно перестало ощущать себя русскими. И этих целей они, кажется, добились.

Удивительно то, что московские пропагандисты точно так же, судя по их выступлениям, были мало заинтересованы в том, чтобы завоевать умы людей на Украине. Правда, заподозренные в прорусских симпатиях СМИ были подавлены, включая методы физического насилия над журналистами и редакторами (Запад и московские либералы постарались подавление свободы мнений на Украине не заметить), но сам тон бесед и дискуссий на московском телевидении никак не имел в виду национальные особенности украинцев, включая навязчивое и прямолинейное педалирование темы фашизма.

Началось все с очевидного: с констатации российскими СМИ факта активного участия ультранационалистов на майдане. А дальше пошел естественный процесс пропагандистского размежевания. В российских СМИ ультра уделялось все больше внимания, пока такие организации, как «Правый сектор» и «Свобода», не затмили остальные силы участвовавших в майдане. А в украинских СМИ, чтобы вывести майданную революцию из-под удара, стали все более нивелировать роль ультрарадикалов, пока они не растворились среди оппозиции. В итоге реальная картина была смазана с обеих сторон. В Украине твердо уверовали в надуманность ультрарадикальной угрозы, в России столь же твердо (по крайней мере с виду) уверовали в подступавший к власти украинский фашизм. После победы «революции достоинства» украинцы убедились в отсутствии опасности со стороны радикалов, ибо их во власть не пустили. На парламентских выборах правые группировки набрали небольшое число голосов и отошли на задний план. Один из лидеров майданной оппозиции (наряду с Кличко и Яценюком) Тягнибок остался не у дел. Проще говоря, его кинули. Всех наиболее активных и безбашенных ультрарадикалов собрали в добровольческие отряды и бросили на передовую. К ним относились подобно штрафным батальонам, затыкая дыры и используя на самых жарких участках. Естественно, они понесли наибольшие потери среди других частей. А по окончании боев их стали понемногу громить в тылу. Батальоны «Айдар» и «Торнадо» расформировали, на 170 солдат и командиров завели уголовные дела по статьям мародерство и насилие. Те попытались «повякать», даже несколько раз бузили в центре Киева, но эти попытки быстро пресекли, показав разницу между дирижерским майданом и самовольными выступлениями. В общем, произошло ожидаемое — использовали и отбросили. А вот в Москве решили не отступать от взятой линии и продолжали дуть по написанным осенью 2013 года нотам.