Читать онлайн «Единственная сверхдержава». Страница 90

Некоторые круги в США предлагают совместно обсудить проблемы «прилегающего к Китаю соседнего российского Дальнего Востока»*. Поступают предложения о приглашении Китая в качестве постоянного участника «большой восьмерки» с превращением ее в «большую девятку», что сделает это собрание мировых грандов «более адекватным глобальным форумом мощи»*.

В Вашингтоне думают о следующем поколении китайских политиков, чье образование получено не в России, а на Западе. Среди средств противодействия антиамериканской эволюции Китая К. Райс выделяет «распространение информации, привлечение молодых китайцев к американским ценностям посредством образовательных обменов и обучения, поощрение роста класса предпринимателей, которые не зависят в достижении благосостоянии от китайского государства и готовы занять более влиятельные места в китайской жизни»*. Для реализации глобальных экономических и внешнеполитических целей Соединенные Штаты нуждаются в создании в Китае «лестницы, ведущей к процветанию среднего класса”.

Уже Б. Клинтон назначил на обращенные к Азии посты в госдепартаменте и министерстве финансов, в основном, специалистов по Китаю. Когда критики усмотрели в этом знак неуважения к Японии, заместитель министра финансов Р. Олмен объяснил мотив назначений: администрация полагает, что в начале следующего века Китай получит все шансы заменить Японию в качестве главного экономического партнера США в Азии. Но проявлена была и жесткость. Президент Б. Клинтон в 1996 г. послал во время предвыборной кампании на Тайване к берегам острова (девятого по значению торгового партнера США) два авианосных соединения — величайшая со времен второй мировой войны демонстрация силы, направленная против Китая. Б. Клинтон пообещал не сокращать далее контингент вооруженных сил США в Азии, он внимает предостережениям в отношении будущего китайского самоутверждения и не снимает свои “посты” на Окинаве, в Тайваньском проливе и южнее.

Обострение отношений в связи с атомным шпионажем и попаданием американской ракеты в китайское посольство в Белграде оживило жесткую линию, потребность выпутываться из сложной ситуации призвала к мобилизации компромиссности. Такая двойственность говорит о том, что значимость данной проблемы в двадцать первом веке будет лишь возрастать. В Вашингтоне приходят к выводу, что решение китайской проблемы не может быть искусственно отделено от выработки подхода к эволюции Азии в целом. В ХХ в. Вашингтон сепарировал эти две проблемы. В наступившем веке такая сепарация становится уже невозможной. Обнажается отсутствие в Азии подлинной системы коллективной безопасности. До сих пор США предпочитали подходить к экономическим и политическим проблемам раздельно. Но по мере продвижения в двадцать первый век невозможность такого разделения будет проявляться все явственнее.

Президент Буш воспринял китайскую проблему серьезно. В течение срока своего президентства он сделал в этом вопросе два поворота. 1. В начале 2002 г. администрация Буша смягчила свою позицию в отношении ракетно-ядерного строительства в Китае. Но через год Пентагон весьма отчетливо выразил свою обеспокоенность этим ростом. Китайское ракетное строительство стало предметом специальных заседаний в Белом доме. В своей речи в Вест-Пойнте Буш заявил, не называя адреса: «Мы не можем полагаться на слова тиранов, которые торжественно обещают соблюдать договоры по нераспространению а затем систематически нарушают эти соглашения… Мы будем противостоять этому всей возможной мощью».

При президенте Дж. Буше-мл. «восстали» тихоокеанские адмиралы и стратегические планировщики: директор стратегического планирования при министре обороны Рамсфелде Э. Маршалл и главнокомандующий Тихоокеанским флотом адмирал Д. Блэр выступили с идеей, что выдвинутые на передовые рубежи американские вооруженные силы в Азии все более становятся уязвимыми перед китайской военной мощью, особенно ракетной. Оба эти влиятельных военных авторитета выступают за укрепление американских сил в регионе.*

Как формулирует советница президента Дж. Буша-мл. К. Райс, «Китай не является державой, склонной сохранять status quo, напротив, он хотел бы изменить существующее положение, изменить баланс сил в Азии в свою пользу. Уже одно это делает его стратегическим соперником Америки».* США будут отвечать на этот вызов, в основном, укрепляя Японию. Две страны подписали меморандум об обмене информацией в ракетной области, декларацию о взаимной безопасности, соглашение о снабжении Японии информацией с разведывательных спутников, совместную оценку стратегических угроз Японии, сообщение о создании Совета по высоким технологиям в военной сфере. В Вашингтоне выработали план передачи части ракетной технологии Японии

Но отсутствие многосторонней системы безопасности ослабит возможности американского воздействия на Китай и Японию. Сближаясь с Китаем, США вызовут ухудшение американо-японских отношений. Не желая последнего, Вашингтон сделает шаги по сближению с Токио, базируясь на двустороннем договоре безопасности, но это немедленно будет воспринято как антикитайский шаг в Пекине. Едва ли создание азиатской системы коллективной безопасности сразу разрешило бы местные азиатские проблемы. Но без нее велика вероятность «динамического развития событий, которые поведут в будущем к многосторонней гонке вооружений между Китаем, его соседями и Соединенными Штатами. И в торговле давление поднимется ввиду вероятия девальвации соперничающих валют и создания внутрирегиональных торговых барьеров; это давление может перелиться в сферу безопасности».*

В Азии в XXI веке, утверждают Р. Менон и У. Вимбуш, «не будут следовать заранее спроектированным и получившим предпочтение траекториям. Здесь последует каскад множества неожиданных процессов. Возникнут новые центры мощи — Китай, Япония и Индия, они совместно с США создадут новый баланс сил, мало напоминающий структуру конца двадцатого века»*.

Никто в мировой истории не отдавал мировую монополию без борьбы. Америка начинает более внимательно следить за системой межгосударственных отношений в Азии, за возникающими здесь новыми технологиями, привлекает к себе азиатский интеллектуальный капитал. Становится возможным предсказать возникновение биполярного мира с полюсами в виде США и Китая.

Грандиозной угрозой «пирамидальной» системе во главе с США является ослабление существующей уже три с половиной века родившейся после Вестфальского мира 1648 года — системы суверенных государств. Хотя государство-нация — сравнительно недавняя форма человеческого общежития (государство-нация было продуктом индустриальной революции XVIII в., результатом уникальных сочетаний исторических условий) гражданская дисциплина подданных государств все новое время была наиболее обязующим и обеспечивающим порядок фактором. Крах суверенных государств способен подорвать и основание американского могущества.

Впереди резкое ослабление этого стабилизирующего начала, значительная массовая радикализация, которая обрушится на человечество вследствие ослабления внутренних структур у суверенных государств, явственное ослабление государства по мере вхождения человечества в современную — третью научно-техническую революцию. Мощь и возможности государств-наций контролировать свою судьбу уменьшаются. Их ослабление разбудит цепную реакцию нерегулируемого насилия, вызовет к жизни силы, способные обесценить глобальное американское могущество. Радикализация слабеющих государств, безысходность не имеющего шансов бывшего «третьего» и части «второго» мира, не находящих своего места — ниши на мировых рынках, и ощущающих на себе последствия катастрофического ослабления государственных структур, породит колоссальную нестабильность, порождающую, помимо прочего, терроризм.

Эта угроза уже идентифицирована. “Концепция нации, — пишет американец Д. Риеф, — находится под ударом с множества сторон... Возможно и даже вероятно, что в первые десятилетия нового века будут эрой ускорения эрозии мирового порядка, построенного на системе государств”*. Словами американского специалиста В. Райнеке, государство «потеряло монополию на внутренний суверенитет, оно стало принадлежностью прошлого»*. Государства теряют свою национальную идентичность и, соответственно, организующую мощь по нескольким причинам.