Читать онлайн «Манипуляция сознанием 2». Страница 110

Прием «информационный повод» исключительно широко известен в рекламной среде как образец использования рекламных технологий в их «классическом» амплуа – для увеличения реализации товаров и услуг конкретного их производителя или поставщика. В этом случае магазин (фирма-изготовитель, дистрибьютор и пр.), «цепляясь» к какому-либо событию, а то и просто выдумывая его, заявляет: в связи с этим мы объявляем грандиозные скидки (беспрецедентную распродажу, специальное предложение всем пришедшим в этот день покупателям или какой-либо отдельной их группе и пр.). Например, скидки «нашим прекрасным покупательницам в 8 марта» или «нашим дорогим ветеранам к 9 мая». Как вариант изобретения повода может служить «день рождения нашего магазина», «вывод на рынок нового товара (услуги)» и т.п.

Цель не только в увеличении продаж, но и в дополнительном напоминании фирмы-рекламодателя о себе, о пред лагаемых ею товарах. Ради того, чтобы эффективнее проталкивать информацию о рекламодателе на рынок, используется любой минимально разумный повод – что, собственно, и дало название данному приему.

В манипуляции сознанием суть этого механизма остается практически неизменной – разве только используется он более тонко и умело. Ведь и «ставки» в политической манипуляции сознанием неизмеримо выше, нежели увеличение продаж ботинок или закрепление в мозгу потенциального покупателя имени фирмы, их производящей.

В политике далеко не всегда имеется возможность честно объявить аудитории (реципиентам) истинные причины, мотивы и желания, двигающие манипулятором. Чаще такая возможность отсутствует в принципе. Скажи манипулятор об этом честно – ему вряд ли удастся обеспечить себе необходимую поддержку в обществе или минимальную видимость легитимности его действий. Например, как правящий режим в США мог объяснить всему мировому сообществу необходимость военной агрессии в Ираке и далеком Афганистане? Ведь еще не так давно США и их союзники выступали за «освобождение» Афганистана от «советских оккупантов». В самих США еще относительно свежи воспоминания о кошмаре Вьетнама – а в Афганистане сопротивление местного населения вряд ли будет слабее. Как можно было заставить американское общество забыть страшные уроки и «уговорить» его послать своих солдат на смерть на другой конец мира? Для Афганистана, являющегося ключевым звеном в системе западного мира для создания нестабильности в Центральной Азии (принцип «управляемых кризисов»), поводом послужила колоссальная провокация 11 сентября, устроенная американской властной элитой против своего народа.

Впечатление от зрелища апокалипсиса в центре огромного мегаполиса, у себя дома, оказало именно такое воздействие на психику американских граждан, какое и было запланировано режиссерами этого чудовищного шоу. Проведя эту операцию, американская властная элита на значительное время получила «карт-бланш» на втягивание США в любую между народную военную авантюру, если она проводится под вывеской «войны с международным терроризмом» (использование специфических ложных терминов, 15).

Собственно сама эта «война» также является ярким примером информационного повода. После «нападения 11 сентября» США объявляют, что они а) находятся в состоянии войны (причем в этой войне они жертва – ведь «11 сентября Америка подверглась неспровоцированному и жестокому нападению»), б) враг столь ужасен, что ради его уничтожения можно использовать любые средства и не обращать внимания на «международные правила». И главное в) враг этот вездесущ и может прятаться где угодно, в любой точке мира и в любой стране.

Раз так – то и врага уничтожать не только можно, но и прямо-таки необходимо повсюду. Это – в условиях войны – «священный долг цитадели демократии». Так заявляет руководство США, так оно оправдывает вооруженное вторжение в Афганистан. Дескать, там прячется некий «Усама бен Ладен» и вся его «Аль-Каида». Насколько эти понятия соответствуют действительности, описывалось выше. Главное, что существует некое воплощение зла, которое объявляется всякий раз там, куда американцы собираются послать своих солдат. Это зло заявляет: вот, я нахожусь здесь! Попробуйте меня поймать! И американцы вместе со своими союзниками оккупируют страну, чтобы «поймать негодяев». Потом выясняется: «отсюда» злодеи успели «убежать».

Все равно их надо продолжать «ловить» – а на очереди новая мишень. Правда, объяснять, что «Аль-Каида» прячется в Ираке, невозможно: Саддам Хусейн на порог не пускал к себе этих американских актеров. Поэтому США придумывают новый повод: оружие массового поражения, которое якобы есть у Хусейна (ложь прямая, 18.1).

История о том, как США и Великобритания разнесли на весь мир (а в первую очередь среди своих граждан, чтобы те «не сомневались») «известие» о наличии у Хусейна ОМП, стала уже «притчей во языцех», классическим примером информационного повода. Англо-американской политической элите удалось не мытьем, так катаньем «продавить» в сво ем обществе крайне непопулярное решение начать новую войну и заставить своих «союзников» поддержать эту акцию. Результаты известны: США, захватив Ирак и создав новый очаг хаоса (на «преодолении» которого они теперь станут успешно зарабатывать), демонстративно не нашли никакого ОМП, показав этим всему миру, что для достижения своей цели они не станут обращать внимания на мелочи типа «международного мнения». Надо – сделают все, что им требуется, уничтожат, кого захотят, не обращая внимания на «приличия». Информационный повод в этом случае был эффективным для американской и английской общественности: евро-анлантисты абсолютно не приемлют, когда у их оппонентов появляется эффективное средство защиты против их агрессии (вспомним паническую реакцию Израиля и США на возможность продажи Россией Сирии зенитных комплексов – оружия сугубо оборонительного).

Средний англоамериканец боится, когда кто-то может угрожать ему так же, как он угрожает всем остальным. И сама мысль о появлении у «тоталитарного диктатора» (для создания видимости угрозы со стороны потенциального агрессора к нему применяются демонизирующие его эпитеты; «демонизация», 13.1) оружия массового поражения, вызывала у предельно ограниченных граждан «цивилизованных» стран страх и желание, чтобы «этот кошмар поскорее закончился». Сыграв на специально созданных и раздутых СМИ настроениях, властные элиты США и Англии добились согласия своих обществ на военную агрессию против Ирака (паразитирование на желаниях аудитории, 7.4).

Рассмотренные выше примеры манипуляции сознанием с использованием приема «информационный повод» относятся к масштабным, комплексным информационным операциям, рассчитанным на непосредственный краткосрочный эффект. А вот более «локальный» пример использова ния данного приема.

Не секрет, что на сегодняшний день западные Страны применяют все возможные средства для вмешательства во внутренние дела суверенной Белоруссии с целью насильственного изменения государственного строя. Наличие в цен тре Европы, на «перекрестке» важных транзитных путей, самостоятельной страны с сильной и высокотехнологичной экономикой чревато трансформацией Белоруссии в европейский аналог «азиатского тигра». Это создает реальную угрозу всей общемировой «парадигме», выстраиваемой евроатлантистскими элитами, когда благом для «новых стран» объявляются уничтожение их экономик, слепое следование указаниям из столиц «цивилизованных» государств, фактический отказ от самостоятельности и навязывание их обществам неких «демократических» мифов (11) как наивысшей ценности, ради которой можно и нужно идти на все вышеописанное.

Одно из направлений такой агрессивной политики – соответствующее воздействие на культурно-информационную среду Белоруссии со стороны соседних государств, прежде всего, Польши, внедрение в сознание возможно большей части белорусского общества саморазрушительных матриц.

Итогом должны стать процессы, аналогичные «перестройке» в СССР, взорвавшей страну, или «оранжевой революции» на Украине. Одурманенные обманными обещаниями и недовольные реальными недостатками предыдущей властной элиты, граждане Украины поддержали установление в своей стране прозападного менеджмента, что означало неминуемую ликвидацию научно-промышленного потенциала некогда высокоразвитой республики и превращение ее в полностью зависимую от воли Запада колонию.

Однако просто так объявить: мы стремимся насильно изменить конституционный строй Белоруссии, ни Польша, ни ее западные хозяева, в силу разных причин, не могут. Поэтому необходимо постоянно находить все новые и новые объяснения: с какой это стати Польша, ее государственные и «общественные» (но находящиеся под жестким контролем государственных польских и западных структур) организации вмешиваются в дела суверенного государства? Польша веками угнетала оказавшихся на ее территории белорусов и украинцев. Регионы, населенные этими национальными меньшинствами, традиционно подвергались жестокому выкачиванию ресурсов и были в Польше самыми отсталыми, а их население не рассматривалось гордыми поляками иначе, нежели люди второго сорта. Теперь официальная Варшава вынуждена растолковывать, с чего это она вдруг воспылала такой «пламенной страстью» к белорусам? Причем исключительно к тем, кто борется против своего же правительства.