Читать онлайн «Памятное. Книга вторая». Страница 99

Глядя на все, что происходит в области культуры в американском обществе, я часто вспоминал знаменитую картину Ла Кутюра «Декаданс Рима», которую увидел в Лувре. На ней изображена группа мужчин и женщин, пресыщенных оргией, которые полусидя, полулежа смотрят на тебя тупым остекленевшим взглядом. В нем одна лишь опустошенность. Не символ ли это упадка западной буржуазной культуры, которая служит силам мракобесия и развращает человека?

Сказанное не означает, что в США в области культуры, искусства, литературы нет борьбы между реализмом и декадентством, между здоровым началом и растленностью. Борьба имеет место, но борющиеся силы пока неравны.

Немалое число представителей американской культуры, да и здравомыслящих политиков в беседах со мной не раз подчеркивали:

— Эта борьба будет продолжаться.

Они временами высказывали даже надежду:

— Когда-нибудь власти США примут такие законы, которые избавят американское общество и его культуру от тяжких недугов.

Конечно, по-настоящему обоснованный ответ на острые вопросы дают только те деятели, которые стоят на почве марксистско-ленинской теории. А таких, не считая представителей братской Коммунистической партии США, мы встречали нечасто. Большинство тех, кто критикует теперешнее положение в США с позиций разума, сами, к сожалению, являются продуктом принятого в стране воспитания и образования. Отсюда непоследовательность в их выводах и прогнозах.

Разве можно обнаружить признаки настоящей заботы о культуре народа, если посмотреть на состав учащихся высших учебных заведений США? Кто эти учащиеся?

Это в основном дети обеспеченных людей, живущих на средства, полученные от эксплуатации наемного труда. Особенно характерно такое положение в тех заведениях, выпускники которых имеют более надежную перспективу получить работу по специальности. Обучение в таких институтах и университетах обходится дорого.

Есть учебные заведения, в которые поступают дети квалифицированных рабочих, служащих с солидным положением, тех, кто принадлежит к мелкой буржуазии. Но плата за обучение является даже для этих слоев населения тяжелым бременем. Знаменитый Колумбийский университет в Нью-Йорке принадлежит именно к такой категории высших учебных заведений. Однако немало его студентов работают в ресторанах, занимаются мойкой посуды.

Может быть, церковь замечает пороки американской демократии? Нет, и она, по существу, ничего не замечает, а точнее, не хочет замечать. Служители церкви в своем большинстве предпочитают проходить мимо актуальных проблем социальной жизни общества — безработицы, наркомании, проституции, деградации личности.

В США повелось прислушиваться к речам проповедников. Бывает, некоторые из них осуждают расовую дискриминацию. Это — явление положительное. Но они вызывают ненависть реакции. Как в этой связи не вспомнить об убийстве в 1968 году баптистского пастора, одного из руководителей борьбы за права негров в США, Мартина Лютера Кинга? Это несмываемый позор Америки.

Надо быть действительно слепым и глухим, чтобы за восторженными разглагольствованиями о «демократизме общества равных возможностей» в США не разглядеть его откровенной социальной несправедливости. Одним из ее проявлений является деятельность американской Фемиды.

Что же, убаюканная разговорами о демократии, американская Фемида спит глубоким сном? Ничуть не бывало. Ее карающий меч не знает покоя. «Неподкупная богиня правосудия» в Соединенных Штатах уже давно на жалованье у власть имущих.

Массивная фигура «копа» — американского полицейского с неизменной дубинкой на боку — неотъемлемый штрих городского или сельского пейзажа США. И тем не менее волна преступности — насилия, грабежей, наркомании, бандитизма, — захлестнувшая Америку, не ослабевает.

Не только американские граждане, но даже иностранные дипломаты не чувствуют себя спокойно на улицах американских городов ни днем ни ночью. В Нью-Йорке, где расположена штаб-квартира ООН, дипломаты из социалистических и развивающихся стран, представительства этих государств уже в течение многих лет представляют собой мишень в разного рода преступных акциях. Не так давно по этим дипломатам даже стреляли через окна.

Американская полицейская машина, вся армия тайных агентов и осведомителей направлены прежде всего против тех, кто поднимает голос в защиту своих политических и гражданских прав, кто выходит на улицы с требованиями прекратить политику гонки вооружений, покончить с безработицей, дать бездомным крышу над головой. Вот тут «демократия по-американски» срабатывает отлично. Стрельбой, ударами дубинок и слезоточивым газом встречает демонстрантов полиция. Достаточно вспомнить расстрел демонстрации студентов Кентского университета, протестовавших против развязанной США вьетнамской войны, кровавые побоища в негритянских гетто Майами, кровавую баню, устроенную неграм в Филадельфии в 1985 году. А уж с каким рвением американская полиция и суд действуют, когда в руки им попадается коммунист. Наиболее ярким из таких примеров был судебный фарс над Анджелой Дэвис.

Любому советскому интеллигентному человеку этот вопрос покажется странным. А вот что случилось со мной в Вашингтоне. Случай, о котором хочу рассказать, был первым, а за ним последовали и другие, которые заставили меня сделать однозначный вывод: как ни печально для всей нации, но средний американец очень мало читает и иногда плохо знает своих писателей.

До приезда в США еще в Советском Союзе я четыре года изучал английский язык, уже мог читать газеты и книги, однако разговорной практики, естественно, не хватало. Поэтому по прибытии в Вашингтон в 1939 году я сразу, чтобы приобрести навыки в разговорном английском, начал заниматься с преподавательницей. Ею стала некая миссис Томпсон. Она получила в США высшее лингвистическое образование. Словом, передо мной дважды в неделю появлялась местный бакалавр-филолог, специалист в области английского языка (с американским произношением) и американской литературы. Мы, как бывает в таких случаях, избирали тему и по поводу нее час-полтора изъяснялись, обменивались впечатлениями.

Однажды она дала мне задание на дом:

— К следующему разу вам придется подготовиться к беседе на тему моей специальности — мою любимую тему: «Американская литература».

Я задание выполнил и на занятии повел рассказ об известных американских писателях. Привел биографические данные и сделал краткий обзор творчества Генри Лонгфелло, Эдгара По, Марка Твена, а потом сказал:

— А теперь я расскажу о Драйзере.

— О ком? — переспросила преподавательница.

— О Теодоре Драйзере.

— А кто это такой? — удивилась она.

Я подумал, что неправильно выговариваю по-английски эту фамилию, написал на бумажке транскрипцию имени и фамилии писателя. Протянул листок миссис Томпсон. Она посмотрела на оба написанных слова с полным непониманием и честно мне призналась:

— Вы знаете, я не слышала о таком американском писателе.

Тут настала моя очередь удивляться. Специалист в области американской литературы, женщина, получившая в этой сфере знаний высшее образование, обитавшая не где-нибудь в захолустье, а в столице страны, не знала одного из крупнейших американских писателей, жившего в одно время с нею, автора «Сестры Керри», «Финансиста», «Гения», многих других романов. Она не ведала о писателе, который тогда находился в зените славы.

Рассказывал ей я — а она с удивлением слушала меня, — что этот писатель живет в Калифорнии, что книги его переведены на многие языки мира, в том числе и на русский, что я еще в Москве старался осилить и понять его «Американскую трагедию» на английском языке.

Конечно, мне очень хотелось увидеться с Драйзером и поговорить с ним самим, рассказать о той популярности, которую он и его книги завоевали в нашей стране. Но было много работы, а потом началась война. Поездка в Калифорнию как-то не получалась, за более срочными делами приходилось ее все время откладывать. Наступил 1945 год, и вдруг пришло печальное известие — Теодор Драйзер скончался. Узнал я и еще одну важную новость: этот крупный прогрессивный писатель на склоне лет, незадолго до кончины, в том же 1945 году на своем примере показал прогрессивным людям своей страны, особенно ищущей молодежи, кто является борцом за интересы трудового народа. Теодор Драйзер, сумевший раскрыть в своем творчестве и романтическую, и сентиментальную, и хищническую, и блуждающую стороны души американца, вступил в члены Коммунистической партии США.

Да, в массе неважно читают американцы книги даже собственных писателей, не говоря уже о классиках мировой литературы.