Читать онлайн «Россия под властью плутократии». Страница 78

«Менялись ее названия – Петербургская Академия наук. Императорская Академия наук, Академия наук Советского Союза, – но направленность ее деятельности оставалась неизменной, она всегда преданно служила науке и России. Бесспорны ее заслуги и перед мировой цивилизацией. Одна треть всех величайших научных открытий XX века сделана российскими учеными, а на научно-техническое пространство бывшего СССР приходилось не менее 25% мирового обмена технологиями. Без преувеличения можно сказать, что без научных открытий Российской академии наук и российских ученых не было бы ни научно-технической, ни технотронной, ни информационной революций. Больше того, ученые Академии наук практически предотвратили ядерную катастрофу. В кратчайшие сроки они решили проблемы производства ядерного оружия».

В 50-е годы XX века наше школьное образование считалось лучшим в мире. Многое из нашей системы школьного образования заимствовала Япония, добившаяся в дальнейшем больших успехов в экономике и новых технологиях. Была создана уникальная система высшего образования. Выпускник мгу, МФТИ, МИФИ, МАИ, МВТУ был выше по качеству подготовки, чем его сверстники за границей. Высокий уровень образовательной подготовки носил массовый характер. Знания, занятия наукой считались престижным полем деятельности. Для широких масс населения был характерен интерес к научным достижениям. Выпускались огромные тиражи научно-популярной литературы. Россия – северная страна, и для развития ее экономики требуются огромные дополнительные затраты[3]. Но сила России заключалась в квалификации людей, в создании новых технологий, в опережающем образовании, в ее интеллекте. В науке было много подвижников, видевших свое высшее предназначение в служении науке.

Ректор МГУ академик В.А. Садовничий в одном из интервью говорит об уникальной системе российского образования[4]: «Наше преимущество в том, что мы рано и мощно используем принцип фундаментальной подготовки. Это оказалось возможным отчасти потому, что выпускник школы, который к нам приходит, по уровню подготовки выше, чем его ровесник за рубежом. В средних школах Западной Европы и США практически отсутствует обучение в области естественных наук. Поэтому в университетах приходится начинать с нуля. Так и получается, что за время учебы по программе бакалавриата (это первые четыре года обучения) студенты успевают освоить только курсы общей физики и высшей математики, с чем наши студенты успевают ознакомиться еще на первых двух курсах.

После бакалавриата учиться в странах Западной Европы и США продолжают лишь немногие. Несколько лет назад нобелевский лауреат Чжэньнин Янг говорил мне, что в лучших университетах Америки преподаватели математики – из Московского университета, а студенты-китайцы…

Во многом это зависит от материального фактора. У американцев человек, закончивший бакалавриат, уже успешно может работать в бизнесе. Тот, кто идет дальше в магистратуру, руководствуется уже другими нематериальными принципами. А то, что наши преподаватели постоянно получают приглашения подработать в Америке, говорит о том, что наша высшая школа не так плоха, как ее пытаются представить в последнее время многие, даже известные политики».

О международной значимости российской системы образования писал в своей статье один из крупных математиков современности академик В.И. Арнольд[5]:

«Осенью 2000 года в Москву приезжали представители фирмы «Боинг» из Сиетла. Они рассказали мне, что не могли бы поддерживать традиционно высокий технический уровень своих разработок, если бы не использовали труд лучше американцев подготовленных иностранцев – японцев, китайцев и русских, которых в школах еще до сих пор продолжают учить как основам фундаментальных наук, так и умению думать и решать нетривиальные задачи. Но они опасаются, что американизация обучения вскоре ликвидирует и этот источник кадров, и хотели бы сохранить в России школьное образование».

В статье академика Российской Академии образования (РАО) В.Г. Разумовского приведены данные об уровне подготовки школьников[6]:

«В 1991 году, несмотря на стремительный распад Советского Союза, определение уровня подготовки тринадцатилетних учащихся (восьмого класса) массовой школы на основе международных тестов дало неожиданно высокие результаты. Наши школьники оказались на четвертом месте в мире по математике и на пятом месте по естественным наукам, в том числе по физике. (Заметим, что американцы оказались на тринадцатом месте!). Успех этот был неслучаен, вместе с блестящими победами наших школьников на международных олимпиадах три десятилетия подряд он свидетельствовал о традиционно высоком научном и педагогическом потенциале нашей страны. Вспомним тот громадный энтузиазм народа, порожденный достижениями отечественной науки и техники в области ядерной и термоядерной энергетики, полупроводниковых приборов, квантовых генераторов, освоения Космоса. Здесь нужно отдать дань благодарной памяти нашим замечательным ученым П.Л. Капице, И.К. Кикоину, А.Н. Колмогорову, М.А. Лаврентьеву, М.А. Прокофьеву, А.И. Маркушевичу, A.M. Арсеньеву и др., которые внесли немалый вклад в разработку содержания школьного образования, в создание условий для высокого качества образования в школе и во внешкольных учреждениях: в основании прекрасного научного журнала для юношества «Квант», в создание знаменитых физмат-школ, были пионерами в организации физических и математических олимпиад, в которых первоначально принимали участие школьники только стран социалистического лагеря. И уж потом эти олимпиады стали по-настоящему международными.

Автор также отметил отлаженную согласованную систему обеспечения учебного процесса, в том числе: программы и учебники, подготовку и усовершенствование учителей, наличие комплектов учебных пособий («Библиотека школы», «Библиотека учителя» и т.д.), общедоступных методических журналов («физика в школе», «Химия в школе» и т.д.), демонстрационных и лабораторных приборов.

В рамках созданного в мире нового порядка США начали размещать у себя наукоемкие предприятия, перемещая в другие страны экологически опасные и интеллектуально простые производства. В результате перетекание интеллекта в развитые страны ускорилось. Специалистам нужен не только достаток, но и профессиональный рост и профессиональная среда. Поэтому для многих из них встал вопрос – либо перемещение в развитые страны, либо деградация как профессионалов. Пропасть между развитыми странами, прежде всего США, и мировой периферией, непрерывно углубляясь, в перспективе должна стать непреодолимой. Такова общая стратегия глобализации в области интеллекта[7].

Из периферии шла «утечка мозгов», поставки сырья, поток финансов. Все это, поступая в развитые страны, обеспечивало им несопоставимо высокий по сравнению с периферией уровень жизни[7]. Но возникли и побочные явления. Шел приток кадров в те сферы, которые давали наиболее быструю и эффективную финансовую отдачу. Происходило постепенное снижение внутренних мотивов получения эффективного образования и научной подготовки.

Рост интеллектуального потенциала приостановился, а в последние десятилетия стала проявляться тенденция, связанная с падением уровня образования. Об этом говорится в статье [8]:

«Состояние грамотности населения, и прежде всего молодежи, уже давно беспокоит общественность европейских стран. И есть для этого причины. По информации нашего партнера Фонда чтения Германии, по просьбе японской фирмы «Мицубиси» и при ее финансировании на родине Гуттенберга создается система повторного образования. Чем это вызвано? А тем, что в течение долгого времени представители этой фирмы не могут набрать необходимое количество сотрудников для своих офисов из числа молодых людей, умеющих правильно разговаривать с клиентурой, хорошо пишущих и читающих на своем родном языке. Так вот эта общественная организация при финансовой поддержке государства создает условия для немецкой молодежи чтобы «добрать» то, чего не дала современная школа».

Негативные тенденции в области образования отмечаются и в США. Они занимают сейчас десятое место по уровню грамотности среди 17 индустриально развитых стран мира. При этом большинство среди малообразованных составляют иммигранты и меньшинства, доля которых в структуре рабочей силы растет. Ближайшие перспективы также носят негативный характер, поскольку 16-25-летние американцы уступают своим зарубежным сверстникам еще больше, чем американцы, которым перевалило за 40 лет.

В целом тенденция, связанная с падением уровня образования в развитых странах, носит общий характер, но сейчас можно говорить только о первых ее проявлениях.

Обратная тенденция наблюдается в таких странах, как Китай и Индия. Примером служит состояние индийских информационных технологий, о которых говорится в заметке [9]: