Читать онлайн «Как делать революцию. Инструкции для любителей и профессионалов». Страница 103

В 1925 г. разногласия между руководством КПГ и исполкомом Коминтерна привели к отстранению Фишер и Маслова от руководства партией. В 1926 г. они поддержали Объединенную оппозицию в советской ВКП(б), после чего были вместе со своими сторонниками вообще исключены из партии. В мае 1928 года Маслов вместе с Рут Фишер и Гуго Урбансом создали Ленинбунд (Ленинский союз). Основу этой новой коммунистической организации составили левые и ультралевые коммунисты, вычищенные из КПГ стараниями ее нового вождя Эрнста Тельмана, лидера гамбургского восстания 1923 г. Вскоре Ленинбунд раскалывается, превратившись в одну из маленьких коммунистических сект, исповедующую троцкизм.

Новыми лидерами КПГ стали Эрнст Тельман, Герман Реммеле и Хайнц Нойман. Политика коммунистов значительно поправела. В 1928 г. Коминтерн в условиях повсеместного спада рабочего движения переходит к так называемой тактике «третьего периода». Одним из элементов этой тактики была «теория социал-фашизма». Согласно оной между буржуазной демократией (а также и социал-демократией) и фашистской диктатурой нет никакой разницы. В соответствии с ней отвергалось любое сотрудничество компартии и социал-демократов. В Германии эта доктрина нашла наиболее полное выражение, поскольку между социал-демократами и коммунистами отношения были даже не холодными, а открыто враждебными. Компартия в начале 30-х годов все плотнее идейно смыкалась с НСДПА, что способствовало росту ее популярности. На повторных выборах 1932 г. компартия получила наибольший результат на выборах за всю ее историю — 16,9 % голосов, но эсдеки все еще собирали почти вдвое больше голосов.

В НСДАП в этот период так же идет ожесточенная борьба с левым уклоном. На конференции руководителей нацистских организаций Германии, состоявшейся в Бамберге 14 февраля 1926 г., разгорелся ожесточенный спор между левым и правым крылом НСДАП о соотношении национализма и социализма в нацистском движении. Противоречия не были устранены, но авторитет лидера правых Гитлера был столь высок, что в мае этого года на общем собрании Мюнхенского округа НСДАП он был единогласно переизбран на пост председателя партии. Братья Штрассеры, возглавлявшие социалистическое крыло партии, начали постепенно терять свои позиции.

Йозеф Геббельс, ранее проповедующий, что «мелкий буржуа Адольф Гитлер должен быть исключен из партии», теперь переметнулся в его лагерь и основал газету «Ангриф», оппонирующую «Берлинер арбайтер цайтунг». Не смотря на постоянные распри с фюрером, Грегор Штрассер в 1926 г. стал руководителем партии по пропаганде. В 1932 г. — по оргпартработе. После успешных для нацистов выборов в Рейхстаг в июле 1932 г. Грегор Штрассер был оскорблен тем, что Гитлер назначил главой фракции не его, как обещал, а Германа Геринга. Штрассер сблизился с интригующим против нацистов канцлером Шлейхером. Гитлер за это обвинил его в попытке расколоть партию. Штрассер окончательно разругался с Гитлером, бросил все и на некоторое время уехал в Италию, его влияние в партии вскоре сошло на нет. В «Ночь длинных ножей» он был арестован и застрелен в тюремной камере, разделив судьбу многих руководителей СА, среди которых было немало левых нацистов.

В 50-х годах, на волне антисталинской пропагандистской кампании был широко распропагандирован миф о том, что нацисты пришли к власти в Германии только потому, что Сталин запретил немецким коммунистам создать единый антигитлеровский фронт с социал-демократами. Позже эту чепуху с энтузиазмом подхватили перестройщики. Нет, Гитлера рейхсканцлером назначил рейхспрезидент Гинденбург, а вовсе не Сталин.

В 1925 г. коммунисты сами отказались поддержать единого кандидата от левого блока на президентских выборах, что способствовало победе правых — президентом стал отставной фельдмаршал Гинденбург, которого поддержала НСДАП. В 1925 г. Сталин даже ВКП(б) не контролировал полностью, не говоря уж об аппарате Коминтерна, на девять десятых укомплектованного троцкистами. Укрепился у власти Иосиф Виссарионович только к 1929 г., а признанным вождем стал лишь к концу 30-х. Но даже если рассмотреть период 1929–1933 гг., когда он опосредованно мог влиять на Исполком Коминтерна, а тот мог опосредованно воздействовать на КПГ, то мы увидим, что немецкие коммунисты и без умных советов из Москвы отчего-то отчаянно воевали с эсдеками и дружили с нацистами. Вот лишь несколько широко известных совместных нацистско-коммунистических акций:

— Совместный митинг КПГ и НСДАП в Берлине 20 октября 1930 г. Присутствовало 300 членов КПГ и 1200 членов НСДАП.

Это лишь одна из множества подобных акций в столице. Аналогичные митинги проходили в других городах, наибольший размах получили акции в Бремене и Биефеле в начале 1931 г. Что касается совместных красно-коричневых первомайских демонстраций, то они стали крепкой традицией.

— В апреле 1932 г. в официальном печатном органе КПГ «Роте Фане» был выдвинут лозунг «Красный натиск на «Красную Пруссию», после чего в июне 1932 г. при помощи КПГ нацист был избран председателем прусского ландтага, сменив на этом посту представителя эсдеков. В июле того же года канцлер фон Папен, опираясь на парламентское большинство из НСДАП, КПГ и правых, ликвидировал социал-демократическое правительство Пруссии.

— Забастовка транспортников Берлина 3–7 ноября 1932 г., совместно организована КПГ и НСДАП.

На этом фоне нет никаких попыток завязать сотрудничество с СДПГ. И эсдеки так же не стремятся к союзу с коммунистами. Ну, нет у них объективных причин для сотрудничества! Идейно же коммунисты очень близки именно с НСДАП, особенно к сторонникам доктрины классового нацизма Штрассера, противостоящей расовому нацизму Гитлера. СДПГ — партия соглашательская, а КПГ и НСДАП — революционные. И те и другие пропагандировали идею «фелькише революцьон» — народной революции. Так с какой стати коммунистам объединяться со своими идейными противниками — эсдеками? А с нацистами им было, по крайней мере, временно по пути.

КПГ и НСДАП — две тоталитарные партии, исповедующие революционную идеологию, до 1933 г. конкурировали за мандаты в рейхстаге, но активно сотрудничали в борьбе против общего врага — соцал-демократов. До 1933 г. массовый характер имело перетекание членов из НСДАП в КПГ и обратно. Между двумя этими центрами притяжения существовало довольно мощное движение национал-большевизма, так и не оформившееся в партию, но подпитывавшее членскую базу и нацистов, и коммунистов. В других европейских странах наблюдалась схожая картина.

В Италии в 1945 г. вместе с дуче был казнен Николо Бомбаччи, один из основателей и фактический лидер компартии Италии начала 20-х годов, член исполкома Коминтерна. В конце 20-х годов Николо Бомбаччи вступил в конфликт с руководством Коминтерна и, вернувшись в Италию из эмиграции, примкнул к левофашистской фракции, редактировал левофашистский журнал «Прометео». В 40-е годы Бомбаччи стал секретарем фашистской партии. Многие коммунисты после разгрома ИКП поспешили вступить в партию Муссолини.

В середине 30-х годов среди молодых левых фашистов вокруг сына Муссолини Витторио сложилась просоветски ориентированная группа так называемых «универсальных фашистов», восхищавшихся Сталиным. Папа Муссолини разогнал эту группу, после чего часть ее членов сразу перешла в подпольную компартию, а другие создали так называемую «Революционную Социалистическую партию» и перешли в ИКП уже после войны.

Член Политбюро и секретарь ЦК, третий человек в иерархии французской компартии, Марсель Життон в 1939 г. порвал с ФКП и создал Нацистскую рабоче-крестьянскую партию. Его карьеру в 1941 г. прервали бывшие партийные комрады, застрелив новообращенного нациста. Самую активную прогерманскую позицию в Щвеции занимала Социалистическая партия Швеции, созданная бывшими лидерами шведской компартии и членами исполкома Коминтерна Нильсом Флюгом и Карлом Чильбумом после того, как их партия была исключена из III Интернационала за «правый уклон». Во второй половине 30-х годов соцпартия, продолжая декларировать приверженность марксизму-ленинизму, стремительно скатилась к нацизму и даже получала от Германии средства на пропаганду. Во время войны СПШ подверглась гонениям со стороны правительства.

К началу 1933 г. нацистская партия — крупнейшая в Германии, насчитывала в своих рядах 850 тысяч членов, из которых треть составляли рабочие. Как ни странно, при этом членами НСДАП были такие магнаты, как Вильгельм Капплер, Эмиль Кирдорф, редактор влиятельной «Берлинской биржевой газеты» Вальтер Функ, председатель Рейхсбанка Ялмар Шахт и многие другие. В течение 1933 г. нацистская партия стремительно раздулась до 2,5 миллионов членов. Пришлось даже вводить ограничение на прием новых членов. Значительная часть коммунистов после ликвидации компартии пополнила ряды нацистов.