Читать онлайн «Как США пожирают другие страны мира. Стратегия анаконды». Страница 34

В журнале «Wall Street Journal» пишут: «Азиатский разворот США неоднократно выводился из равновесия, когда Вашингтон переключал своё внимание на Сирию, Иран, ближневосточное мирное урегулирование, а теперь ещё и Украину».

Это трактовка Америки как благородного «мирового полицейского». Обратите внимание, как WSJ намекает на то, что Вашингтон выступает как благотворительная сила в ряде конфликтов по всему миру, тогда как на самом деле именно Вашингтон является самим источником конфликта в каждом названном сценарии. Это хрестоматийный пример пропагандистской системы промывания мозгов западных «новостных СМИ» в действии.

Китай опасен для США. Россия будет не главной целью грядущей против нее агрессии. Главной целью будет подорвать восхождение Китая к мировым высотам, не дать его валюте, юаню, стать центром создания азиатских денег — конкурента доллара. И с этой точки зрения то, что США разгромили китайское посольство в Белграде, — шаг очень логичный.

Ныне Китай опасен для Америки. Он обладает мягким субтропическим и тропическим климатом, и потому затраты на производство в нем очень низки. Не надо тратить уйму денег на непроизводительные расходы: отопление, здания с толстыми стенами. Китай обладает и громадным народом, способным работать за сорок долларов в месяц, причем рабочая сила Китая достаточно квалифицированная.

Западный рабочий трудится ничуть не лучше китайского, зато требует себе заработков во много раз больше. Налоги на производство в Китае сказочно низкие, так как ему не требуется, как в США, тратить десятки миллиардов долларов на содержание миллионов бездельников, негритянских и белых наркоманов, чернокожих матерей-одиночек, которые получают в Америке пособия в несколько сотен долларов ежемесячно через систему «веллфэр».

Поэтому с 1978 года в Китай хлынули американские, японские и западноевропейские капиталы, западные предприниматели стали выводить в Китай свое производство. Оказалось, что производить там компьютеры, джинсы, рубашки, игрушки и еще тьму вещей намного прибыльнее, чем у себя дома. В итоге Китай по своему валовому внутреннему продукту стал обгонять США, где реального производства остается все меньше. Китай в 2014 году, обогнал США и стал первым в мире по ВВП.

Уничтожение посольства КНР в Белграде летом 1999 вызвало бурное негодование в Китае, которое, однако, не вышло за рамки международного права. Это и немудрено: ведь именно Америка служит главным рынком сбыта для потоков дешевых китайских товаров, терять который Пекину все-таки невыгодно. Но демонстрации возмущения в Китае уже создают в умах американцев ощущение его враждебности.

США наращивают информационную агрессию. Вслед за ударом по посольству начинается развертывание скандала, где янки обвиняют Китай в ядерном шпионаже против Америки. Уже в июле 1999-го начинается новый скандал — с обвинениями на тему поставки Китаем ракетных технологий в Северную Корею. Китай обвинили в том, что эти технологии содержат материалы американского производства, и этим Пекин нарушает свое обещание соблюдать «режим международного контроля над экспортом ракетной технологии». (Заодно в связи с этим упоминаются и русские).

Это все тоже неспроста. Поскольку теперь масса обывателей США убеждена во враждебности китайцев и в полной «невиновности» Америки, можно вводить санкции на ввоз в нее китайских товаров. Очевидно, такие же санкции против «плохого Китая» примут и другие страны НАТО. Это больно ударит по китайской экономике и подорвет юань — вплоть до его девальвации. (Уничтожается конкурент доллара, позиции КНР в Азии слабеют, а США — крепнут.) Одновременно американские компании избавятся от конкурента на внутреннем рынке, увеличив свои прибыли и улучшив торговый баланс США.

В идеале для Америки, Китай, лишенный притока валюты, должен развалиться на части. Потому что богатые, экспортно-ориентированные южные провинции этой страны, в которых есть давние традиции сепаратизма, могут захотеть отделиться от остального Китая. Единого китайского народа не существует, и язык юга страны весьма отличается от пекинского диалекта, не говоря уж о различиях с жителями северного Китая — Манчжурии. Китай по пестроте этносов почти ничем не уступает Советскому Союзу. Тем более что в Китае есть район сепаратизма — СУАР, Синцьзян-Уйгурский автономный район, населенный тюрками-мусульманами. Именно он при умелом использовании может послужить для ожесточенной войны между китайцами и мусульманами. А уж о том, что США поддерживают сепаратизм Тибета, и говорить не приходится.

Таким образом, международная конкуренция приобретает характер тотальной финансовой войны сильнейших стран (и в первую очередь, США) против остальных. Слабый становится придатком сильного, причем новые технологии не облегчают, а, наоборот, усугубляют его положение. Для противостояния агрессивному и тотальному характеру международной конкуренции необходимо стремиться к интеграции и нахождению общих интересов, прежде всего со странами, обладающими значительным потенциалом, также являющимися потенциальными жертвами США и их союзников. Это, в первую очередь, Россия, Китай и Индия.

Состоявшееся в мае 2014 г. подписание исторического соглашения между Россией и Китаем по поставкам газа на сумму 400 млрд. долларов на 30 лет, без преувеличения, ознаменовало начало новой геополитической эпохи. Сегодня можно смело утверждать, что однополярный мир ушел в прошлое.

Россия и Китай, долгие годы пытались найти общий язык с Западом. Россия больше с Европой, Китай — с США. Однако в обоих случаях равноправного диалога не получилось: и мы, и китайцы все время присутствовали при монологе наших западных «партнеров», демонстрации права сильного, отказе учитывать позиции других, бряцании оружием, беспрестанном нравоучительстве.

При этом наши западные «партнеры» считали такое положение дел вполне нормальным и естественным. Хотя именно США и ЕС несут ответственность за то, что своими действиями за последние двадцать лет они разрушили систему международного права. России и Китаю было глупо продолжать играть по тем правилам, которые давно не соблюдают другие игроки, что они и продемонстрировали в Пекине.

Россия сделала вывод из диалога с Западом последних двадцати лет и начала разворот своих энергетических ресурсов на Восток. И это касается не только Китая. Там — и Япония, и Индия, и обе Кореи и т. д. Один Китай через пятнадцать лет будет потреблять газа больше, чем все остальные страны мира, вместе взятые. К этому времени объем экспорта российского газа для Китая сравнится с европейскими показателями. При этом Россия решает важнейшую инфраструктурную задачу — объединяет в единую трубопроводную систему западное и восточное направления экспорта газа.

На этом фоне дела с газовыми запасами у Европы обстоят плачевно. По данным «Бритиш петролеум», за период с 2000 по 2012 год доказанные запасы газа в ЕС сократились более чем вдвое — с 3,8 до 1,7 трлн. кубометров. Запасы выросли только в Норвегии — с 1,3 до 2,1 трлн. кубометров. За последнее десятилетие добыча природного газа в ЕС упала более чем на треть, а в абсолютном выражении — почти на 70 млн. тонн нефтяного эквивалента. При этом газовые цены выросли почти вчетверо. Не будь этого роста цен, запасы газа в Евросоюзе уже сейчас были бы близкими к нулю.

Таким образом, Европа находится накануне газового голода. И именно эту ситуацию пытались использовать США, взрывая в феврале ситуацию на Украине. Им надо было максимально затруднить экспорт российского газа в Европу и разорвать как намечающуюся политическую коалицию России и ЕС, так и создание в целом единого евразийского экономического комплекса. На этом фоне США привязывали Европу к себе не только политически, но и экономически через поставки дорогого сланцевого газа, т. е. окончательно лишали Евросоюз политической и экономической самостоятельности и превращали в свой экономический придаток.

В этих условиях Европе придется отказаться от политики двойных стандартов и газового шантажа России. Очень недальновидной оказывается для нее политика санкций в отношении Москвы. На первые четыре-пять лет у России есть необходимая подушка безопасности, а потом заработают сразу два маршрута экспорта газа в Китай — восточный и западный, при этом вполне возможно, по словам президента России Владимира Путина, что западный трубопровод будет построен быстрее, чем восточный.

Заключенная между Россией и Китаем сделка имеет не только экономическое, но и политическое значение. По сути, наши страны заявили о формировании стратегического альянса, второго полюса мира, в противовес англосаксонской цивилизации. Это особо подчеркивает факт проведения совместных российско-китайских военных учений, а также совместное празднование в следующем году победы во Второй мировой войне.