Читать онлайн «Заговор Холокоста: Международная политика геноцида». Страница 45

В сентябре 1953 года возник слух, что Гитлер жив и скрывается в Бразилии. Тогда каирская газета al Msawar спросила нескольких видных деятелей, что бы они сказали Гитлеру, если бы этот слух оказался верным. Вот что без всяких прикрас написал Садат:

«Сердечно поздравляю Вас, поскольку, хоть и кажется, что Вы проиграли, на самом деле Вы – победитель… Уже тот факт, что Вы обеспечили себе бессмертие в Германии, является достаточной причиной для гордости. И мы не удивимся, если снова увидим в Германии или Вас, или нового Гитлера на Вашем месте»

Немцы принесли в арабский мир теорию и практику решения «еврейского вопроса». В типичной для себя манере они стремились создать общественный форум, своего рода общий знаменатель для умов, помогающий лучше усваивать государственную пропаганду. Сначала в ход пускались эмоции, и лишь затем подключалась «логика» для оправдания уже совершенных шагов. Ядром эмоционального воздействия был антисемитизм, поскольку он уже был широко распространен и немцам оставалось лишь раздуть его до максимума. Для придания антисемитской пропаганде весомости использовались два метода: делегализация и дегуманизация жертв. Иными словами, они выводились за пределы закона и лишались права считаться полноценными людьми.

Немцы всегда стремились показать, что они действуют строго в рамках закона; в частности, они подчеркивали, что Гитлер пришел к власти по всем законам демократической Веймарской Республики. Он был назначен канцлером Германии согласно конституции, как глава крупнейшей политической партии. Чтобы придать своей антиеврейской политике видимость законности, нацисты приняли особый свод законов, получивших название нюрнбергских. Евреи постепенно имели все меньше и меньше прав, пока полностью не оказались вне закона.

Риторика немцев находила широкий отклик во всех слоях общества. Мы уже цитировали одного из ведущих католических теоретиков того времени, епископа Алоиса Худаля, который считал, что антиеврейские меры оправданны, «даже если такие меры не вполне соответствуют стандартам, принятым в современном государстве, основанном на принципе законности». В итоге евреи полностью лишились всех гражданских прав. Считалось, что закон на них просто не распространяется.

Одновременно с делегализацией систематически проводилась дегуманизация евреев. Фоном для этого процесса служили постоянно растущие антисемитские настроения. Общество все больше воспринимало жестокое обращение с евреями как нормальное и приемлемое.

Основным инструментом дегуманизации служила пресса, стабильно поставлявшая нужные «новости». Фабриковались и тиражировались новости об убийствах и изнасилованиях, якобы совершенных евреями. Пытки немецких детей, обольщение немецких девушек, грабеж вдов и инвалидов – нескончаемый поток подобных «новостей» обрушивался на головы обывателей со страниц газет и журналов, с экранов кинотеатров, из динамиков радиоприемников. О подобном писалось даже в книгах, казавшихся совершенно научными.

Частью политики дегуманизации была прямая демонизация. Евреев не просто лишали человеческого облика, их систематически представляли в дьявольском обличье, в роли представителей Дьявола на земле. Нацисты намекали обществу, что поскольку Дьявол – враг Бога, убийство евреев не просто разрешено, но является религиозным долгом верующего. Яростная пропаганда изображала евреев самым настоящим сатанинским отродьем.

Именно это сейчас делают арабы, в чем несложно убедиться, сравнив прессу нацистов с современной арабской прессой. И нацисты, и арабы используют те же визуальные образы. И те, и другие активно используют карикатуры, в которых евреи изображены в демоническом виде. Во многом схожи и тезисы, эксплуатируемые прессой.

В 1986 году вышла книга После освобождения Иерусалима (After Liberation of Jerusalem, Muhammad Mustafa Tkini)[219]. Она получила широкое распространение в Сирии и Ливане. Ее автор, Мухаммад Мустафа Тхини, утверждает, что евреи – «враги Бога» и «раковая опухоль», которую нужно искоренить. Бороться с евреями – «религиозный долг» мусульманина перед Аллахом. Евреев ждут проклятья и мучения, избежать которых они не смогут[220].

Лидер партии «Новая умма» (нация) Ахмед эль-Сабахи пишет:

«Наши бойцы справедливо утверждали, что нет иного выхода, кроме как уничтожить Израиль и сбросить его в море»[221].

Антисемиты всего мира предпочитают использовать термин «сионизм» вместо слова «евреи». Но на самом деле сионизм для них лишь кодовое слово, которое им кажется более объективным, чем «евреи» и «иудаизм». Между тем атака ведется именно на евреев: на еврейские синагоги (как в Вене и Стамбуле), еврейские рестораны, другие места, где собираются евреи. Самая популярная египетская газета Ahbar El-Yom прямо признала, что под «сионизмом» понимаются евреи и иудаизм. В выпуске от 11 января 1986 года доктор Мустафа Махмуд, известный египетский писатель и журналист, написал:

«Сионизм – это всего лишь политическая обертка иудаизма».

В El Daawa, издании австрийского Исламского культурного центра, писалось (март 1985 г.):

«Поверить в Мухаммада детям Израиля помешала зависть…

Единственное, что им поможет, – меч, который перережет их шеи, и бомбы, которые оборвут их жизнь»[222].

Это один из многих исходящих от арабов призывов к новому Окончательному решению. Вот что написал 2 марта 1985 года Ахмет Абдаль-Рахман, один из ближайших советников Ясира Арафата, многие годы бывший его представителем, редактор официального печатного органа Организации Освобождения Палестины (ООП) Palestine Al-Thwarta:

«Вооруженная борьба – единственный путь к освобождению Палестины… в Палестине нет места для компромисса из двух государств, израильского и палестинского… Решением может быть только ликвидация Израиля».

Немецкая пропаганда использовала еще один, третий метод – провоцирование бунтов на местах. Особенно «удачно» он сработал против Чехословакии, Данцига и Польши, когда встал вопрос о Судетских горах. Бунтовщики – этнические немцы и другие сторонники нацистов – потребовали права на самоопределение. Когда правительство решило подавить мятеж и восстановить порядок, бунтовщики лишь еще больше вдохновились: смотрите, государство попирает нашу тягу к свободе! Это и нужно было немцам.

Что последовало затем, очень актуально и для наших дней. Гитлер решил защитить своих единоплеменников, пригрозив войной. В Мюнхене была созвана мирная конференция с участием представителей Великобритании (Чемберлен) и Франции (Даладье). Гитлер торжественно поклялся, что Судеты – его последнее территориальное требование в Европе, и миротворцы уговорили Чехословакию отдать ему горный массив. Через шесть месяцев Германия вторгается в Чехословакию, используя Судеты как плацдарм. Обескровленная, деморализованная Чехословакия сдается без боя. Затем немцы возбуждают мятежи в Данциге и Польше, и спустя шесть месяцев вторгаются и туда. Начинается Вторая мировая война.

Немецкие советники арабских лидеров хорошо усвоили этот урок и преподали его своим шефам. В начале 1987 года подстрекатели возбудили бунты по всей Иудее, Самарии и в Секторе Газа. Арабы даже усовершенствовали немецкую модель: мятежи почти всегда начинали женщины, дети и подростки. Когда зрители теленовостей видели, как против женщин и детей выступает полиция или армия, они автоматически начинали сочувствовать первым.

Это был тонкий расчет, основанный на эмоциональном воздействии. Ничего не говорилось о том, что Израиль борется за свое существование. Зрителей не интересовал исторический контекст проблемы, ответ на вопрос, кто виноват в ухудшении жизни этих детей. Скорее всего, они даже не думали обо всем этом.

Как мы говорили во второй главе, в 1917 году Великобритания заявила о намерении создать в Палестине еврейский национальный очаг. Обязанности Великобритании в этом отношении зафиксированы в мандате Лиги Наций от 1920 года. В 1922 году Великобритания пошла на поводу у арабов и разделила Палестину по реке Иордан. Территория к востоку от реки – а это 77% всей подмандатной территории – отходила арабам, и для собственно еврейского национального дома оставалось лишь 23%. На евреев как следует надавили, и им ничто не оставалось делать, кроме как подчиниться.

В то время Палестина была заброшенной и практически необитаемой, она состояла в основном из пустынь и болот. Ее немногочисленные обитатели страдали всевозможными заболеваниями, особенным бичом была малярия. Практически ничего не изменилось со времен Марка Твена, который еще в 1869 году писал:

«Семь утра. Мы находимся в сельской местности и вправе ожидать, что трава будет сверкать росой, цветы наполнять воздух ароматами, а птицы – петь в ветвях деревьев. Но увы, здесь нет ни росы, ни цветов, ни птиц, ни деревьев. Здесь лишь степь, блеклое озеро, а за ними – несколько блеклых, выжженных гор»[223].