Читать онлайн «Понять Россию умом». Страница 62

Мы. должны прежде всего исходить из того, что для нас не будет выгодным или практически осуществимым полностью оккупировать всю территорию Советского Союза, установив на ней нашу военную администрацию. Это невозможно как ввиду обширности территории, так и численности населения… Иными словами, не следует надеяться достичь полного осуществления нашей воли на русской территории, как мы пытались сделать это в Германии и Японии. Мы должны понять, что конечное урегулирование должно быть политическим.

Если взять худший случай, то есть сохранение Советской власти над всей или почти всей территорией, то мы должны потребовать:

а) выполнения чисто военных условий (сдача вооружения, эвакуация ключевых районов и т. д.), с тем чтобы надолго обеспечить военную беспомощность;

б) выполнение условий с целью обеспечить значительную экономическую зависимость от внешнего мира. Все условия должны быть жесткими и явно унизительными для этого коммунистического режима. Они могут примерно напоминать Брест-Литовский мир 1918 г., который заслуживает самого внимательного изучения в этой связи.

Мы должны принять в качестве безусловной предпосылки, что не заключим мирного договора и не возобновим обычных дипломатических отношений с любым режимом в России, в котором будет доминировать кто-нибудь из нынешних советских лидеров или лица, разделяющие их образ мышления. Мы слишком натерпелись в минувшие 15 лет (т. е. годы правления И. Сталина 1933–1948 годов), действуя, как будто нормальные отношения с таким режимом были возможны…

Так какие цели мы должны искать в отношении любой некоммунистической власти, которая может возникнуть на части или всей русской территории? (Еще более очевидно, что не борьба с коммунистической идеологией, и не внедрение „концепций терпимости и международного сотрудничества“ были целями США. Авт.) Следует со всей силой подчеркнуть, что независимо от идеологической основы любого такого некоммунистического режима и независимо от того, в какой мере он будет готов на словах воздавать хвалу демократии и либерализму (будь то нацизм, царизм, анархизм или тот же „коммунизм“, но только названный другим словом, это для американских верхов не важно. Авт.), мы должны, добиться осуществления наших целей, вытекающих из уже упомянутых требований. Другими словами, мы должны создавать автоматические гарантии, обеспечивающие, чтобы даже некоммунистический и номинально дружественный к нам режим:.

1. не имел большой военной мощи;

2. в экономическом отношении сильно зависел от внешнего мира;

3. не имел серьезной власти над главными национальными меньшинствами;

4. не установил ничего похожего на железный занавес. В случае если такой режим будет выражать враждебность к коммунистам и дружбу к нам, мы должны, позаботиться, чтобы эти условия были навязаны не оскорбительным или унизительным образом. Но мы обязаны навязать их для защиты наших интересов…

Мы должны, ожидать, что различные группы предпримут энергичные усилия, с тем чтобы побудить нас пойти на такие меры во внутренних делах России, которые свяжут нас и явятся поводом для политических групп в России продолжать выпрашивать нашу помощь. Следовательно, нам нужно принять решительные меры, дабы избежать ответственности за решение, кто именно будет править Россией после распада советского режима. Наилучший выход для нас — разрешить всем эмигрантским элементам вернуться в Россию максимально быстро и позаботиться о том, в какой мере это зависит от нас, чтобы они получили примерно равные возможности в заявках на власть… Вероятно, между различными группами вспыхнет вооруженная борьба. Даже в этом случае мы не должны вмешиваться, если только эта борьба не затронет наши военные интересы.

Как быть с силой Коммунистической партии Советского Союза — это в высшей степени сложный вопрос, на который нет простого ответа. На любой территории, освобожденной от правления Советов (а не коммунистов, обратите внимание. — Авт.), перед нами встанет проблема человеческих остатков советского аппарата власти. В случае упорядоченного отхода советских войск с нынешней советской территории местный аппарат Коммунистической партии, вероятно, уйдет в подполье, как случилось в областях, занятых немцами в недавнюю войну. Затем он вновь заявит о себе в форме партизанских банд.

В этом отношении проблема, как справиться с ним, относительно проста: нам окажется достаточным раздать оружие и оказать военную поддержку любой некоммунистической власти, контролирующей данный район, и разрешить расправиться с коммунистическими бандами до конца традиционными методами русской гражданской войны. Куда более трудную проблему создадут рядовые члены Коммунистической партии или работники (советского аппарата), которых обнаружат или арестуют или которые отдадутся на милость наших войск или любой русской власти. И в этом случае мы. не должны брать на себя ответственность за расправу с этими людьми или отдавать прямые приказы местным властям, как поступить с ними. Это дело любой русской власти, которая придет на смену коммунистическому режиму. Мы. можем быть уверены, что такая власть сможет много лучше судить об опасности бывших коммунистов для безопасности нового режима и расправиться с ними так, чтобы они в будущем не наносили вреда…

Мы должны неизменно помнить: репрессии руками иностранцев неизбежно создают местных мучеников… Итак, мы не должны ставить своей целью проведение нашими войсками на территории, освобожденной от коммунизма, широкой программы де-коммунизации и в целом, должны оставить это на долю любых местных властей, которые придут на смену Советской власти».

О мерах, необходимых для реализации этой программы, не раз заявляли государственные мужи Америки. Например, президент США Ричард Никсон призывал:

«Запад должен сделать все возможное… Россия — ключ к успеху. Именно там будет выиграна или проиграна последняя битва холодной войны. Не может быть более высоких ставок».

И, в конце концов, все, чего хотели достичь Соединенные Штаты, было достигнуто. Это обошлось им не дешево!

Государственный секретарь США Дж. Бейкер говорил:

«Мы истратили триллионы долларов за сорок, лет, чтобы оформить победу в холодной войне против России».

Такие бы деньжищи, да в мирных целях! Но цели были другими, и вот результат. Мощь и влияние Москвы действительно сведены до минимума. Танки по городам ездили, и стрельба в Москве была. Внешняя политика изменена кардинально. В том, что Россия зависит от внешнего мира — в том числе в поставках продовольствия, нет сомнений. До предела упала власть федерального центра над «главными национальными меньшинствами». А вот как оценили свою победу политические деятели Запада:

«Победа США в холодной войне была результатом целенаправленной, планомерной и многосторонней стратегии США, направленной на сокрушение Советского Союза. Ход исторических событий был предопределен стратегическими директивами Рейгана. В конечном счете, скрытая война против СССР и создала условия для победы над Советским Союзом»

(Директор Центра политики и безопасности Ф. Гафней).

«Россия — побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить „это была не Россия, а Советский Союз“ — значит, бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей… Россия будет раздробленной и под опекой»

(Секретарь Трехсторонней комиссии Збигнев Бжезинский).

«Распад Советского Союза — это, безусловно, важнейшее событие современности, и администрация Буша проявила в своем подходе к этой проблеме поразительное искусство… Я предпочту в России хаос и гражданскую войну тенденции воссоединения ее в единое, крепкое, централизованное государство»

(Член Трехсторонней комиссии, руководитель «Бнай Брит» Г. Киссинджер).

«Чтобы подготовить Америку к вступлению в XXI век, мы должны научиться управлять силами, предопределяющими перемены в мире, обеспечить прочность и надежность руководящей роли Америки на долгие времена. 50 лет назад Америка, проявив дальновидность, руководила созданием институтов, обеспечивших победу в „холодной войне“ и сумевших устранить множество препятствий и барьеров, разделявших мир, в котором жили наши родители…»

(Послание Президента США Б. Клинтона «О положении страны» от 7 февраля 1997 года).

Численность населения России неуклонно снижается. Экономика рухнула. Перспективы — хуже некуда. Долговая петля. Падение культуры и нравственности. Но западные друзья нашего бывшего президента Ельцина не испытывают никакого чувства вины, ибо все это сами запланировали и заранее себе простили. Разумеется, никто из них не скажет: давайте, дескать, создадим условия, чтобы русские все передохли. «Простые люди» США и Европы подобных слов не поймут, ведь они так и норовят заслать голодным русским гуманитарную помощь. А оппозиция может и в фашистском стиле мыслей обвинить. Поэтому ничего лишнего западные политики не брякнут, они умеют тонко формулировать.