Читать онлайн «Коммунизм и фашизм: братья или враги». Страница 71

Однако вернемся к социал-демократам. Хочется процитировать некоторые выдержки из проекта тезисов Исполкома Коминтерна «Война и задачи коммунистов», составленного в конце сентября 1939 года, — ту их часть, которая касается непосредственно социал-демократии:

«Советский Союз двадцать лет вел неустанную борьбу за сохранение мира…

Коммунисты были против мюнхенской сделки, ибо они хотели бороться за справедливое дело. За это дело хотели драться и массы. Они требовали создания подлинных правительств народного фронта, так как стремились дать отпор силам внутренней и внешней реакции; массы требовали единого фронта с СССР, как гарантии против использования их борьбы реакционными силами в своих империалистических целях. Но реакция всех стран при содействии социал-демократии все сделала для того, чтобы сорвать освободительную борьбу народов: погубила революционную Испанию, покончила с Чехо-Словакией, не допустила образования народного фронта в крупнейших капиталистических странах, единый фронт народов этих стран с СССР и потащила их на войну за чуждое им, несправедливое дело. Ныне, когда идет война грабительская, группа мюнхенских социал-демократических капитулянтов, организовав срыв борьбы испанского народа, требует, чтобы массы проливали кровь за восстановление обанкротившегося режима польских помещиков и капиталистов…

Перешедшая на службу англо-французского империализма верхушка II Интернационала подло использует антифашистские настроения трудящихся в империалистических целях, всемерно поддерживает шовинистической пропагандой демократические иллюзии масс, помогая буржуазии потащить народы на убой…

Поэтому неизбежно высвобождение масс из-под влияния демократических иллюзий, отход масс от социал-демократии, переход основных, слоев рабочего класса на сторону коммунизма. "Эра умирания капитализма является вместе с тем эрой умирания социал-демократизма в рабочем движении" (Сталин).

Вызревают объективные и субъективные предпосылки для успешного решения пролетариатом задачи его освобождения, освобождения вещ трудящихся, в условиях возможного переплетения войн империалистических, антинародных, с войнами народными, освободительными.

…Новая обстановка, созданная войной, обусловливает перемену тактики компартий. Тактика единого рабочего и народного фронта до начала европейской войны была правильной. Она правильна ныне для Китая и может быть правильной для других колониальных и зависимых стран и народов, ведущих борьбу против империализма, за свое национальное освобождение. Эта тактика позволила пролетариату и трудящимся временно сдержать наступление капитала и реакции (Франция), развернуть вооруженную борьбу против реакционных мятежников и интервентов (Испания), временно отсрочить взрыв европейской войны.

Но эта тактика теряет свою действенность, во-первых, потому, что верхи социал-демократии и мелкобуржуазных «демократических» партий перешли целиком и полностью на сторону буржуазных правительств, ведущих империалистическую войну, пытаются извращением лозунгов народного фронта протащить трудящихся на путь поддержки империалистической политики буржуазии, как в воюющих, так и в нейтральных странах. Во-вторых, потому, что ныне центральная задача чего класса и трудящихся — это борьба против капитализма, источника войн, против всех форм буржуазной диктатуры, а лидеры мелкобуржуазных партий, в том числе и социал-демократии, тем быстрее перекочевывают в лагерь буржуазной контрреволюции, чем сильнее "идея штурма зреет в сознании масс" (Сталин).

Усилия коммунистов наладить совместные действия с социал-демократией были сорваны еще до европейской войны. Они сорваны отказом социал-демократии бороться за элементарные права и свободы трудящихся, за улучшение их материального положения в рамках капитализма; они сорваны политикой «невмешательства» Блюма и поддержкой французской социал-демократией мюнхенского сговора; сорваны капитулянтским предательством Кабальеро Прието; сорваны систематическим отклонением Исполкомом II Интернационала, и в первую очередь английскими лейбористами, предложений Коминтерна об общих совместных действиях против реакции и войны; сорваны участием социал-демократии в подготовке и развязывании нынешней войны; сорваны ее политикой провоцирования войны против Страны Советов, ее сегодняшней роли цепной собаки англо-французской буржуазии, берущей в свои руки обанкротившееся знамя антисоветской борьбы и антикоминтерновского пакта. У коммунистов не может быть единого фронта с партией, образовавшей единый фронт войны со своей буржуазией вплоть до ее наиболее шовинистических, наиболее империалистических, наиболее реакционных элементов.

Создание боевого единства пролетариата и осуществление союза рабочих и крестьян будет идти не путем соглашений с верхами социал-демократии и мелкобуржуазных «демократических» партий, а помимо них и против них на основе самостоятельной мобилизации широчайших масс коммунистами для борьбы против реакции и войны»14.

Позднее на базе этих тезисов руководителем Коминтерна Георгием Димитровым была подготовлена программная статья «Война и рабочий класс», опубликованная в журнале «Коммунистический Интернационал».

Следующая запутанная тема в истории Коминтерна, на которой необходимо остановиться, это выдвинутая в 1928 году на VI конгрессе Коминтерна линия на то, что в ближайшее время следует ожидать наступления мирового экономического кризиса, в связи с чем возможна новая волна войн и пролетарских революций. Это линия известна как «Третий период» или же тактика «Класс против класса». Уже в начале 30-х годов эта линия стала излюбленным предметом для острот и зубоскальства со стороны как «правых» бухаринцев, так и троцкистов и прочих «левых» и «независимых» коммунистов. Да и сейчас линия VI конгресса 1928 года служит излюбленным аргументом сменивших окраску русскоязычных «коминтерноведов» для демонстрации сталинской некомпетентности и «глупости».

Действительно, социалистической революции ни в 1929-м, ни в 1930-м, ни в 1931 году не произошло. Хотя, безусловно, нельзя и отрицать, что налицо был мощнейший подъем революционного рабочего и крестьянского движения. Недаром эти годы вошли в историю под названием «красных тридцатых». Тем не менее, всем упражняющимся в остроумии по поводу VI конгресса Коминтерна, укажем на такой «небольшой фактик», беззастенчиво ими игнорирующийся или голословно отрицающийся, как ожидавшееся со дня на день в конце 20-х годов нападение подстрекаемых Англией соседних восточноевропейских государств на СССР.

Вспомним, что в 1931 году, после подъема фашистского движения в Финляндии, в число вероятных агрессоров Генштаб Красной Армии был вынужден включить и эту страну, а также Японию и ее китайских союзников на Дальнем Востоке. Это готовившееся нападение отнюдь не было плодом сталинской паранойи или подлым доводом для разгрома левой и правой «оппозиции» в партии. Достаточно посмотреть донесения советской военной или внешнеполитической разведки той поры, в большом количестве хранящиеся не только в закрытых ведомственных архивах, но и во вполне доступных для исследователей РГАСПИ и РГВА. Начиная с 1927 года эти донесения шли, как говорится, тоннами, и не было никаких других, опровергающих их. Достаточно посмотреть протоколы многочисленных ведомственных и межведомственных заседаний спецслужб руководства Наркомата обороны и ОГПУ того периода, чтобы в этом убедиться.

В связи с ожидаемой войной резко активизировалась военная, в том числе и нелегальная, деятельность Коминтерна. В ноябре 1929 года была воссоздана ликвидированная еще в мае 1925 года Военная комиссия (Комиссия по «спецвопросам»), большая группа опытных военных разведчиков перешла на работу в Коминтерн (Б.Бортновский, С.Жбиковский, А.Гайлис, М.Штерн, М.Голубич и другие). Были воссозданы многочисленные нелегальные военные курсы для иностранных коммунистов, введена военная подготовка во всех коминтерновских вузах. За границу вновь, как и в период «Германского Октября» 1923 года, была отправлена большая группа военных инструкторов («инструкторы по спецработе») Орготдела ИККИ. Были разработаны планы диверсий, саботажа по всем граничащим с СССР потенциальным странам-агрессорам.

Кроме того, нельзя не вспомнить о том гигантском перевооружении и модернизации Красной Армии, которое происходило в 1929–1932 годах. Ее военная мощь выросла не просто на порядок, а в десятки раз. Говорят, именно эта ожидавшаяся война и связанная с ней необходимость укрепления Красной Армии породили многие негативные социальные процессы (форсированная коллективизация, форсированная индустриализация, ограничение демократии), позднее как бы рикошетом ударившие по самой партии в 1937–1938 годах.