Читать онлайн «Разгадка 1937 года. Преступление века или спасение страны?». Страница 44

Помимо Орлинского, сердце «Железного Феликса» пленил весьма колоритный персонах — А. Филиппов. Некогда, еще до революции, он, вместе с предпринимателем-«печатником» И. Сытиным, издавал журнал «Русское слово», также основал ряд печатных изданий — «Деньги», «Ревельские известия», «Черноморское побережье» и «Кубань». Все указанные издания имели либеральную направленность, а либерализм в России, как известно, всегда ориентировался на Англию и Францию. Филиппов поддержал Октябрьский переворот и стал сотрудничать с ЧК. Любопытно, что он был вхож в эсеровские и кадетские круги, о чьих настроениях и сообщал в тогдашние «органы». Опять налицо связи с проантантовскими элементами, каковыми были и кадеты, и эсеры.

Вскоре Филиппов стал секретным агентом Дзержинского, которому главный чекист давал весьма ответственные и деликатные задания. Например, он занимался тайным расследованием убийства питерского комиссара по печати М. Володарского. Показательно, что после провала левоэсеровского мятежа Филиппов был арестован. Возможно, что он был как-то связан с самими мятежниками — по линии своего патрона.

Конечно, не обошлось в этом деле и без «демона революции».

Во время левоэсеровского мятежа Троцкий, как и другие коммунистические лидеры, официально поддерживал Ленина и СНК. Но на деле он помогал заговорщикам. «Следует иметь в виду, что на самом деле приказ об убийстве Мирбаха по согласованию с французской разведкой был отдан представителем британской разведки Дж. Хиллом, являвшимся ближайшим помощником Троцкого в деле организации военной разведки, — сообщает А. Мартиросян. — Судя по всему, именно между ними — Дж. Хиллом и Троцким — и была согласована комбинация якобы вербовки Блюмкина капитаном французской разведки Пьером Лораном: у французов тоже чесались руки расправиться с тем же Мирбахом из-за Маты Хари, которую он и завербовал. Без такой комбинации британские уши «а-ля Троцкий» вылезли бы мгновенно, чего, естественно, британская разведка не желала». И еще. В Центральном партийном архиве Института марксизма-ленинизма (ЦПА НМЛ) — ныне Институт современной истории — в фонде 70, опись 3, единица хранения 769 хранился один очень любопытный документ… На сообщении ревкома Северных железных дорог о начале левоэсеровского мятежа в Ярославле Лев Давидович Троцкий собственноручно письменно повелевал расстрелять весь ревком за это сообщение («Заговор маршалов. Британская разведка против СССР»).

Показательно, что мятеж левых эсеров совпал по времени с антибольшевистскими мятежами в Ярославле, Рыбинске, Муроме, Костроме. В их организации активное участие принимали уже правые эсеры, которые также были против Бреста и за войну с немцами. Что это — простое совпадение? А не слишком ли много совпадений? И ведь, что характерно, одним из главных требований повстанцев было требование возобновить войну с Германией. Как и у левых эсеров, которые (вспомним) разослали на места телеграммы с призывом восстать против германского империализма. Вот на местах и восстали — всё просто.

Собственно говоря, левые и правые эсеры давно уже заключили нечто вроде политического блока, основанного, прежде всего, именно на солидарности в «германском вопросе». Совместное заседание ВЦИК и Моссовета от 18 мая ознаменовалось слаженной атакой всех социалистов (левые и правые эсеры, меньшевики) на Брестский мир. Вначале была критика словами, а через два месяца проантантовские социалисты, с попущения проантантовских коммунистов, прибегли к более сильному «аргументу».

Проанглийский мятеж левых эсеров и левых коммунистов был подавлен «германофилом» Лениным. Его неудача привела к временному падению «Железного Феликса», который подал в отставку. Но ее Дзержинский не получил.

«И тут начинается еще более таинственная страница в биографии Феликса Эдмундовича, — пишет историк С. Миронов. — В напряженнейшие дни и недели Гражданской войны, когда власть большевиков продолжала висеть на волоске, он уезжает из пылающей огнем Первой мировой войны России в Европу. И не куда-нибудь, а в далекую нейтральную Швейцарию. И для чего? Чтобы забрать в Россию жену и сына! Как будто бы их не могли привезти и без председателя ВЧК!.. Странности продолжаются и дальше. Дзержинский давал показания в качестве свидетеля во время следствия по делу левоэсеровского мятежа. Эти показания опубликованы сравнительно недавно. Феликс Эдмундович должен был давать свидетельские показания на суде. Но… Из протокола заседания Революционного трибунала при ВЦИК от 27 ноября 1918 года. Трибунал постановил: объявить перерыв на 10 минут. После перерыва заседание объявлено продолжающимся… Обвинитель Крыленко заявил, что, поскольку показания тов. Дзержинского, вызванного в качестве свидетеля, имеются в деле, постольку надобность в допросе последнего теперь не встречается. Трибунал постановил: вызванного в качестве свидетеля тов. Дзержинского не допрашивать». А почему бы и не допросить?!» («Гражданская война в России»).

Через некоторое время Дзержинский вернулся к руководству ВЧК. Более того, в эту грозную организацию снова был принят убийца Мирбаха Блюмкин, за которого замолвил словечко сам Троцкий.

Итак, перед нами вырисовывается картина грандиозного заговора, который охватывал левых и правых эсеров, а также левых коммунистов и сторонников Троцкого. А нити этого заговора уходили на Запад. Антанта была всячески заинтересована в том, чтобы вернуть Россию и направить ее против Германии. И в этих целях она беззастенчиво играла как на патриотических, так и на революционных чувствах.

В дальнейшем два «железных» вождя — Дзержинский и Троцкий еще попытаются сыграть вдвоем. В 1921 году главный чекист поддержал главного красноармейца, выступившего за милитаризацию профсоюзов. Вместе с выдающимися троцкистами Л.П. Серебряковым, Е.А. Преображенским, Х.Г. Раковским «Железный Феликс» встал (который уже раз?) в антиленинскую оппозицию. Причем он не ограничился политическими дискуссиями, а попытался мобилизовать на поддержку Троцкого всю систему ВЧК. Сталин позже прокомментировал его поведение следующим образом:

«Дзержинский не только голосовал, а открыто Троцкого поддерживал при Ленине против Ленина… Это был очень активный троцкист, и все ГПУ он хотел поднять на защиту Троцкого».

Троцкий всегда старался максимально обострить ситуацию и спровоцировать грандиозное столкновение в России. Так, в мае 1918 года, уже будучи наркомом по военно-морским делам, этот деятель отдаст приказ разоружить Чехословацкий корпус. Более того, Троцкий прикажет расстреливать каждого, у кого найдется оружие. И эти провокационные приказы привели к тому, что корпус восстал, после чего советская власть оказалась свергнута на больших пространствах Сибири, Урала и Поволжья. С этого момента в России и началась настоящая Гражданская война — до этого антибольшевистские силы не могли похвастаться какими-то серьезными успехами.

По сути, этот пламенный революционер был агентом влияния западных демократий (Англии, Франции и США), которым хотелось максимально ослабить Россию и воспользоваться ее огромными богатствами. А для этого нужно было всячески обострять внутренние конфликты, заставляя русских как можно дольше и ожесточеннее воевать друг с другом. В этом и была миссия «демона революции».

Вообще, чем больше рассматриваешь его деятельность в период Гражданской войны, тем больше убеждаешься в том, что Троцкий не хотел окончательной победы красных. Не хотел он, конечно же, и победы белых. Ему важно было, чтобы война стала затяжной, растянутой на десятилетия. И это же было выгодно Антанте, которая в начале 1919 года предложила красным и белым встретиться на мирной конференции.

Троцкий, судя по всему, действовал в том же направлении, что и Антанта, прикладывая усилия к тому, чтобы красные не проиграли, но одновременно делал все, чтобы они и не выиграли.

Так, весной 1919 года Троцкий перебросил многие красные части на запад, в направлении Карпат — якобы для поддержки Венгерской советской республики. Но ведь эти части очень пригодились бы в сражениях с белыми. А так, в мае 1919 года 60 тысяч красных были вынуждены сдерживать 100 тысяч деникинцев. Белые тогда взяли Царицын и Екатеринослав, после чего Троцкий подал в отставку (ее так и не приняли). Более того, он заявил о том, что центр мировой революции теперь нужно перенести из России в Индию, куда следует бросить корпус из 30–40 тысяч всадников. Что же это еще иное, как не саботаж? Троцкий явно хотел, чтобы красные как можно больше увязли в противостоянии с белыми. Поэтому он и валял дурака по поводу Индии, временно отключая свою кипучую энергию от «красного проекта». Разумеется, сей махинатор экстра-класса ни о каких красных конниках в Индии всерьез и не думал. Дурака-то он валял, но дураком не был.