Читать онлайн «Неизвестный Сталин». Страница 171

Уничтожая одних авторов, Сталин приподнимал или даже позвеличивал некоторых других. Был окружен вниманием Алексей Толстой, роман которого «Петр Первый» создавался явно по заказу Сталина и в угоду ему. Сталин оградил от репрессий Михаила Шолохова и повелел создать ему наилучшие условия для дальнейшей работы. Проявлял внимание Сталин к Борису Пастернаку. Из ссылки был возвращен известный историк Евгений Тарле. Его книгу о Наполеоне Сталин прочитал с большим интересом и оградил от тенденциозной критики. Было очевидно, что Сталин испытывает очень большой интерес к личности Наполеона. Он следил еще за подготовкой книги Тарле к изданию и говорил заведующей редакцией ЖЗЛ, готовившей книгу, что будет ее первым читателем. Те резкие критические рецензии, которые появились в печати 10 июня 1937 года, были, как считают многие историки, инспирированы самим Сталиным, который с ними не согласился и, таким образом, предстал перед публикой и перед самим Тарле справедливым и объективным ценителем хорошей книги. К такому приему Сталин прибегал неоднократно.

Был возвеличен поэт Владимир Маяковский, покончивший с собой в 1930 году. Настоящий культ был создан в 1936–1937 годах вокруг имени Александра Пушкина. 11 февраля 1937 года на торжественном заседании в Большом театре, посвященном 100-летию со дня гибели Пушкина, присутствовал и сам Сталин. Славист Михаил Вайскопф, о котором уже шла речь выше, писал в своем исследовании речей и статей Сталина: «Никакого влечения к Пушкину, о котором иногда вспоминали верноподданные, я у Сталина не обнаружил»[678]. И здесь автора подводит его странная претензия судить о литературных симпатиях политика по его речам. Сотрудница библиотеки Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС E. М. Золотухина, которая знакомилась с дачей Сталина в Кунцеве еще осенью 1953 года — было намерение сделать эту дачу музеем, — была поражена обилием у Сталина книг о Пушкине. И не в помещении библиотеки, а в жилых комнатах. «Личный интерес Сталина, — свидетельствовала Золотухина, — прослеживался в подборе многочисленных книг о Пушкине, — всех издававшихся в советский период и отдельных старых изданий — в ряде книг имелись бумажки из букинистических магазинов»[679]. Несомненно, что в возвеличении Пушкина у Сталина был и политический интерес. Как справедливо замечал Е. Громов: «В случае с Пушкиным кремлевский правитель проявил незаурядное политическое и идеологическое чутье. Для русского народа Пушкин — не просто гениальный писатель, он его живая и проникновенная любовь, можно сказать, символ нации. Славя его, Сталин идеологически укреплял режим, завоевывая симпатии русского народа и его интеллигенции»[680].

Сталин изучал все книги о Ленине, а также все комментарии к новым изданиям сочинений самого Ленина. Очень внимательно читал Сталин статьи и очерки Н. К. Крупской. Сталин лично позвонил ей в 1924 году и поздравил с выходом ее книги «О Ленине». Однако уже через год эта книга была изъята из библиотек без объяснения причин. Со Сталиным согласовывались все статьи для Большой советской энциклопедии, в которых речь шла об известных деятелях ВКП(б). Когда возник вопрос — что писать в БСЭ о Троцком, то Сталин после некоторых раздумий дал указание вообще не упоминать в энциклопедии имя Троцкого. Здесь сохранилось лишь понятие «троцкизм» и появилась статья о «троцкистско-зиновьевском объединенном террористическом центре», а также статья о «право-троцкистском блоке». Конечно, с еще большим вниманием Сталин читал все статьи и книги о себе самом.

Во второй половине 1930-х годов очень много времени Сталин отводил на чтение протоколов допросов, обвинительных заключений и иных материалов следствия. Нередко он сам вносил сюда изменения и исправления. Еще в 1935 году Сталин прочел большую, в 230 машинописных страниц, рукопись председателя КПК Николая Ежова «От фракционности к открытой контрреволюции». Вздорная и лживая концепция этой книги скоро пригодилась Сталину и Ежову, который был назначен на пост наркома внутренних дел СССР. Такой же полностью фальсифицированной работой была и книга Лаврентия Берии по истории большевистских организаций в Закавказье, которая вышла в свет также в 1935 году.

Сталин внимательно читал один за другим все последовательно создававшиеся макеты нового учебника по истории ВКП(б). И не только читал, но редактировал, вписывая в текст все главные формулировки, оценки, перечеркивая одни строки и целые абзацы и вписывая другие. Такому сравнительно краткому и просто изложенному курсу истории ВКП(б) Сталин придавал особое значение, почти как новой Библии для нового вероучения. После массовых репрессий 1937 года новые кадры должны были изучать историю партии по новому учебному пособию, не мучаясь сомнениями.

В самом конце 1930-х годов в круге чтения Сталина стали занимать все больше места книги по дипломатии и военному делу. Он внимательно прочел первый том «Истории дипломатии», и также новую книгу Е. Тарле о Талейране.

Зимой 1940/41 года издательство художественной литературы предприняло издание нового перевода «Витязя в тигровой шкуре». Сталин хорошо знал все прежние переводы этой книги и теперь не только прочел новый перевод, но и внес в него несколько поправок.

В первые месяцы войны Сталин не читал ничего, кроме военных донесений и документов. Существенно изменился и весь распорядок жизни и работы Генсека, ставшего теперь Председателем Совета Министров СССР и Верховным Главнокомандующим. Значительная часть его огромной библиотеки была отправлена осенью 1941 года в «эвакуацию» в г. Куйбышев. Даже дача Сталина в Кунцеве на некоторое время была заминирована. Только к весне 1942 года Сталин вернулся к прежнему распорядку работы. Он возобновил чтение книг и журналов, хотя состав книг, которые он читал в своей библиотеке или требовал доставить ему из других библиотек, существенно изменился. Сталин внимательно просмотрел и частично прочел книги немецких авторов К. Клаузевица, Г. Леера и Э. Людендорфа, изданные уже давно. Он прочел «Военные поучения» X. Мольтке, изданные в Москве в 1938 году, а также книгу французского маршала Ф. Фоша «О ведении войны», изданную в 1937 году. Перечитал Сталин и работы советского военного мыслителя А. Свечина, который был репрессирован и погиб еще в 1937 году. Сталин попросил своих секретарей прислать ему книгу Н. А. Левицкого «Полководческое искусство Наполеона», изданную в 1938 году, а также первый том избранных сочинений самого Наполеона, вышедший в свет в 1941 году. Сталин распорядился издать массовым тиражом небольшую книгу Александра Суворова «Наука побеждать». Сталину передали по его просьбе и книгу Б. Шапошникова «Мозг армии» — о работе Генерального штаба. Эта книга была издана еще в 1927 году, но Маршал Шапошников работал рядом в Ставке, и Сталин относился к нему с уважением.

Советские планы будущей войны не предусматривали отступления Красной Армии в глубь страны. Речь шла лишь об обороне, о сражениях в приграничных округах, на линиях укреплений и о наступлении. «Не отдадим ни одной пяди своей земли» и «Будем воевать на территории противника» — таковы были установки Сталина. Теперь надо было все это пересматривать. Неудивительно, что Сталин решил внимательно перечитать не только книги о полководческом искусстве Суворова, но и М. И. Кутузова. Внимательно и с карандашам в руках Сталин прочитал работу М. Братина «Полководец Кутузов», изданную лишь в 1941 году. Сталин также выписал для себя и прочел книгу С. Борисова о Кутузове и К. Осипова о Суворове. Обе они вышли в свет в 1938 году.

Сталин лично работал над проектами новых уставов для Советской армии, и в этой связи он изучил многие варианты самых различных уставов. Сталин прочел несколько книг французских и немецких авторов об артиллерии и авиации, а также о танковых войсках. Регулярно просматривал Сталин советский журнал «Военная мысль».

Уже в конце 1942 года Сталин начал читать и некоторые художественные произведения. Он читал стихи и поэмы К. Симонова и А. Твардовского, публицистику И. Эренбурга и Б. Горбатова. Сталин прочитал и одобрил пьесы А. Толстого «Иван Грозный» и А. Довженко «Ночь перед боем». Особое внимание Сталин уделил пьесе А. Корнейчука «Фронт». Такого рода пьеса была нужна Сталину, чтобы как-то объяснить народу причину тяжелых поражений Красной Армии в 1941 и 1942 годах. Сталин затребовал к себе пьесу еще тогда, когда она была в черновике, и ее текст был быстро перепечатан машинистками Кремля. Сталин лично внес в этот текст несколько поправок. Он дважды принимал Корнейчука в своем кремлевском кабинете — 24 июля и 20 августа 1942 года. По прямому указанию Сталина, пьеса «Фронт» была опубликована в четырех номерах газеты «Правда» — с 24 по 27 августа 1942 года. Осенью 1942 года пьесу «Фронт» включили в свой репертуар несколько десятков театров по всей стране. А пьесы Л. Леонова «Метель», В. Катаева «Домик», киносценарий А. Довженко «Украина в огне» в 1943 году Сталин запретил к постановке.