Читать онлайн «Глобальный Смутокризис». Страница 58

Таковы выкладки, приводимые Симоновым. Конечно, их может скорректировать новая Великая депрессия, сбив темпы роста потребления. Но оно все равно будет расти – ибо растет население планеты, сбиваясь в большие города. Все равно Китай, делая ставку на развитие внутреннего рынка, будет объективно наращивать углеводородный аппетит. А если климат начнет вдруг резко меняться – и в Европе пойдет череда холодных зим? Если вдруг в Саудовской Аравии крупнейшее нефтяное поле Гавар внезапно сколлапсирует из-за сильного заводнения пластов? Тогда все произойдет гораздо быстрее.

Если углеводородов перестанет хватать на всех, «свободный рынок» моментально кончится. Каждый из мировых центров силы, как и в первой половине ХХ столетия, начнет борьбу за то, чтобы оторвать себе побольше месторождений и пользоваться ими самому, с другими не делясь. Как оторвать? Военными захватами! Значит, вспыхнут войны. И первейшим объектом атак станет Росфедерация – слабая, с нищим населением, с деградировавшей обороной.

Введем в уравнение еще одно условие: недовольство западного капитала нынешним распределением доходов от нефтебизнеса и порядком доступа к добыче. Давно уж минули те времена, когда добычей и распределением нефти ведали «семь сестер»: крупнейшие западные корпорации вроде «Экссон», «Бритиш Петролеум», «Ройял Датч Шелл», «Шеврон», «Мобил» и «Галф Ойл». Их с середины 1970-х годов отбросили от львиной доли добычи: теперь она перешла в руки крупных государственных компаний незападного мира. Теперь существует иная «Большая семерка», куда входят «Сауди Арамко», «Газпром», иранская NIOC, венесуэльская PDVSA, бразильская Petrobras и малазийская Petronas. На долю старых «сестер» остались лишь 10 % мировой добычи и 3 % запасов. Они, конечно, владеют большинством перерабатывающих мощностей и сетью сбыта на Западе, получая внушительные барыши от высоких цен на «черное золото» и газ. Но этого им мало, они считают, что должны и добывать больше, и запасов больше контролировать. Чего это, мол, столько денег достается незападным компаниям, где у руля – туземные коррумпированные чиновники? Это мы, великие западные компании, должны всем командовать. Ибо у нас – не только нефтепереработка, но и высокие технологии добычи. Это мы, предствители цивилизованной и высокоразвитой «расы», обладаем технологиями глубокого бурения. Мы умеем бурить скважины глубиной в несколько километров – да еще и через двухкилометровую толщу океанских вод. Это к нам прибегают туземные нефтяники за новыми технологиями добычи и повышения нефтеотдачи. Так какого дьявола мы должны отдавать этим недоразвитым туземцам большинство доходов от нефти?

Вот вам еще одна причина будущей мировой войны за углеводородные запасы планеты. Особенно если учесть то, как нефтяные компании Запада влиятельны в политике своих «базовых стран», насколько их акции принадлежат западной денежной аристократии...

Как доказывает Симонов, в мире уже идет подспудная подготовка к войне за углеводороды. Несмотря на все клятвы в приверженности принципам свободного рынка и требуя обеспечить им свободный доступ к месторождениям и русским трубопроводам, западники одновременно полностью закрыли доступ тех же русских к розничной торговле газом в Европе. А ведь если бы «Газпрому» принадлежали бы еще и газоразводящие сети на Западе («доступ к горелке»), то он за те же объемы поставляемого газа получал бы денег в 2–5 раз больше (в зависимости от страны), чем нынче.

Уже сейчас русских обвиняют в энергетическом национализме, в недемократической, имперской политике использования энергоносителей как оружия, как рычага политического давления. Американцы все громче призывают создать «энергетическое НАТО» или использовать прежний Североатлантический блок для обеспечения доступа «цивилизованных стран» к запасам углеводородов. Прежде всего – именно в РФ. Но, впрочем, не стоит обольщаться и туркменам, и казахам – они тоже попали в прицел.

Симонов обращает внимание на то, что при всем этом США ударными темпами наращивают военные расходы. Это невзирая на то, что СССР погиб, а Китай по сравнению с нашим Союзом в военном плане – лишь бледная тень. При этом прогресс американских вооружений в области быстрой разведки, целеуказания и точного поражения огромен: старое советское оружие, коим вооружена РФ, в подметки новым арсеналам США не годится. Убери ядерное оружие (а оно в РФ успешно уменьшается в числе) – и при нападении на нас американцы расщелкают остатки Советской армии как семечки. Впрочем, вооружаются не только США, но и КНР, и Индия. Последняя намерена обрести способность вести боевые действия далеко за пределами своих рубежей. Она заводит самолеты-танкеры и дальние истребители – чтобы действовать вплоть до Аляски. Она хочет иметь в своем флоте авианосцы и атомарины. Это все напоминает ружье на стене, что обязательно выстрелит в конце пьесы.

Сами прикиньте, чем чревато положение, когда страны расколются на лагерь тех, кто лишен энергоносителей, и на лагерь тех, кто может похвастаться богатыми недрами, но при этом «безнефтяные» страны обладают подавляющим военно-техническим превосходством, а «нефтяные» – это отсталые в промышленном, технологическом и военном плане государства. А это положение, весьма опасное для стран второго типа. Ведь в истории уже были прецеденты такой диспропорции. Скажем, в XVI веке Европа, испытывая дичайший дефицит золота, столкнулась (в лице Испании) с цивилизациями американских индейцев, ацтеков и майя, обладавшими колоссальными по тем временам золотыми запасами. Однако испанцы имели огромное превосходство в военном и технологическом развитии. Итог? Трагическая гибель «золотоносных», но менее развитых цивилизаций. То же самое случилось, когда англичане занялись богатой золотом и сырьем Индией. Или когда развитая, до зубов вооруженная Япония, лишенная сырьевых ресурсов, в первой половине ХХ века обрушилась на Корею, Китай, острова Тихого океана.

После четверти века интенсивного развития именно высокоточно-информационных арсеналов ведения неядерной войны американцы получили примерно такое же преимущество перед армиями других стран, как уэллсовы марсиане с их боевыми треножниками, отравляющими газами и «лучами смерти» над землянами 1890-х годов с их винтовками и пушками на конной тяге.

Понятно, что нефтяные страны в новых условиях попытаются максимально уравнять военные возможности с лишенными нефти развитыми державами, обзаводясь сравнительно дешевым «асимметричным ответом» – ядерным оружием. И это сделает мир будущего крайне опасным, конфликтным и неустойчивым. Мы станем свидетелями и превентивных агрессий Запада: ради предотвращения появления на планете новых ядерных стран – «операции по принудительному разоружению». Как правило, в таких случаях речь пойдет и об одновременном установлении контроля «старших братьев» над углеводородными запасами наказуемых стран.

Назревание мировой углеводородной войны видно и по другим признакам. Например, по некоторым идеологическим «забросам» и по геополитическим планам. Скажем, не раз уже высказывалась мысль о том, что Восточная Сибирь должна стать зоной наднационального освоения и управления. Все громче звучат голоса тех, кто говорит об энергетической угрозе Европе со стороны Москвы. Знаменитый советолог Ричард Пайпс (Pipes) уже договорился до того, что для Европы русский вопрос может стать опаснее исламского. Параллельно развиваются идеи о полезности колониализма, о его благотворности. Идет консолидация западных нефтяных монополий.

Если нас не обманывают предчувствия, с обострением углеводородного вопроса в мире все сильнее станут звучать речи на тему «Нельзя позволять этим русским ворам и недочеловекам варварски поганить сибирские месторождения!». И на то у Запада уже сейчас есть серьезные основания. Откроем труд Симонова.

«Наша нефтяная промышленность, а точнее – ее отдельные представители, совершили в свое время чудовищную ошибку, сделав акцент на разработке открытых еще в советское время месторождений. Это шаг был сродни психологии временщиков: крупные банки, получив нефтяные активы в собственность, сознательно снимали «сливки» с месторождений, «отжимая» их. Расчет был прост: максимизировать доходы, повысить капитализацию, в том числе и за счет грамотного использования западных сервисных компаний, создававших иллюзию прихода в отрасль передовых технологий, а затем зафиксировать прибыль, продав нефтяные компании.

По большому счету, они действовали по принципу саранчи – снимали верхние слои на одной скважине, потом бросали ее и переходили к следующей. Все это обосновывалось алармистскими прогнозами относительно завершения эпохи нефти...

...В итоге новые месторождения не разрабатывались. И вот логический финиш такой политики: мы подошли к критической черте, когда открытые еще в советское время месторождения вступили в стадию падающей добычи, и реанимировать их вряд ли удастся. Это еще более затратное мероприятие.