Читать онлайн «Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации»». Страница 191

Раньше считалось, что прибыль - очень конкретный показатель, дающий представление о результатах функционирования предприятия в условиях рыночной экономики. В самом общем виде это разница между доходами и расходами компании. Однако сегодня прибыль из точного показателя превратилась в очень относительное понятие. Например, есть методики расчета прибыли, называемые ФИФ и ЛИФО. Так вот, значения прибыли, рассчитанные по этим методикам, будут существенно различаться. Даже в рамках отдельно взятой методики можно по-разному посчитать прибыль - в зависимости от того, что нужно компании. Например, для того чтобы уйти от налогов, она показывает нулевую прибыль или даже убытки. Для того чтобы подготовить компанию к продаже или выходу на фондовый рынок, ее хозяева, наоборот, стремятся показать максимальные значения прибыли. Появилось даже выражение: «profit is opinion» («прибыль - это мнение»). Мнение, которое зависит от стратегии и тактики компании, вернее, ее хозяев и топ-менеджеров.

Вот что по этому поводу сказано в интересной статье «“Кривые зеркала” мировой экономики»:

«Если компании нужно занизить прибыль, то практически всегда можно юридически корректно оформить дополнительные затраты, которые будут существовать только на бумаге. Если, наоборот, нужно показать, что компания очень прибыльная, то можно использовать способы завышения доходов. Например, некоторые американские компании, заключив договор, в том числе фиктивный, сразу учитывают еще только потенциально возможные доходы от его выполнения при расчете своих финансовых результатов, хотя еще никаких операций по договору не производилось. Конечно, квалифицированные аудиторы могут выявить такого рода злоупотребления, но, как показывает опыт последних лет, не все они могут устоять перед искушением получить хорошее вознаграждение за то, чтобы их не замечать»[1097]. «Либерализация» финансового контроля за деятельностью бизнеса также проявилась в том, что банки и компании стали активно манипулировать показателями своих активов и пассивов, а также прибыли, используя балансы своих «партнеров», дочерних, внучатых и т.п. структур. Яркий пример - корпорация «Энрон», которая «скидывала» свои обязательства по кредитам и налогам на такие «внешние», формально «независимые» фирмы, которых в общей сложности было учреждено несколько тысяч. Отчасти такая ситуация объяснялась общим снижением требований к финансовой отчетности со стороны контролирующих органов, а отчасти тем, что чиновники, призванные контролировать те или иные конкретные компании, получали взятки в прямой или косвенной форме и отказывались замечать очевидные нарушения. Например, были зафиксированы многочисленные контакты тогдашнего главного менеджера «Энрон» Кена Лея с председателем Комитета по стандартам международных правил составления балансов Полом Уолкером, бывшим председателем Совета управляющих ФРС США, причем последний ходатайствовал об особых «преференциях» для корпорации «Энрон»[1098].

В 1990-е годы, особенно во второй половине десятилетия, пошел самый настоящий вал фальсификаций балансовых отчетов компаний. Вот что писала по этому поводу газета «Франфурктер алгемайне цайтунг» (15.8.2002):

«“Мошенничество с балансами”: “Тайко”, “Энрон”, “Март”, “Уорлд Ком”, “Глобал Кроссинг”, “Ксерокс”. Список предприятий, которые за последнее время заподозрены или уже изобличены в фальсификации балансов, огромен. Утрата доверия моментально отражается на биржевых курсах. Многие инвесторы исходят из того, что разоблаченные до сих пор мошенничества - только вершина айсберга, истинные размеры которого угрожают не только американской, но и всей мировой экономике. Не проходит и недели, чтобы не выплыло какое-нибудь новое дело»[1099].

А вот пример «либерализации» норм составления финансовой отчетности, связанный с нынешним кризисом. Под давлением Министерства финансов США, американских банков и корпораций Совет по стандартам финансовой отчетности США осенью 2008 г. внес в свои документы ряд «новаций». В частности, были даны рекомендации о том, как производить оценку «по справедливой стоимости»: даже если какие-то активы компаний «абсолютно неликвидны» (говоря проще, имеют нулевую цену, т.е. являются обыкновенным «мусором»), компании могут прибегнуть к специальным методикам оценки и на их основе вывести некую «виртуальную» цену активов. Для пущей убедительности методики предлагают использовать сложный математический аппарат.

Уже весной 2009 г. эти «новации» учета и оценки активов стали использоваться американскими банками для того, чтобы можно было сказать, что «дела не так уж плохи». Иначе говоря, «иллюзионисты» из финансового мира уже в совершенстве научились по мановению «волшебной палочки» «мусор» превращать в «золото». Алхимикам Средневековья такое и не снилось!

Коротко об «объективности» заключений «независимых» аудиторов. В начале текущего десятилетия, как многие помнят, был крупный скандал с американским энергетическим гигантом «Энрон». На протяжении целого ряда лет эта компания фальсифицировала свою финансовую отчетность, как пользуясь легальными лазейками, так и беспардонно обманывая инвесторов и партнеров по бизнесу. Мы не будем в данном случае описывать все те приемы, которые использовала компания (конкретно - ряд топ-менеджеров), а отметим, что аудитором у нее постоянно была известнейшая «Артур Андерсон», входившая в «большую пятерку» аудиторских компаний мира. Фактически аудиторская компания была в сговоре с «Энроном» и «участвовала» в миллиардных прибылях последней. Скандал с «Энроном» оказался смертельным для аудиторской компании: она ушла в небытие.

Теперь о рейтинговых агентствах. Нынешний президент Федерального ведомства финансового надзора Германии (BaFin) Й. Саньо в свое время назвал эти агентства «крупнейшими неконтролируемыми властными структурами мировой финансовой системы»[1100]. Речь идет о таких всемирно известных рейтинговых агентствах, как «Мудиз», «Стандарт энд Пурс», «Фитч», которые на протяжении многих лет (даже десятилетий) определяли «погоду» на финансовых и иных рынках, определяя рейтинги компаний, коммерческих проектов и целых стран. При этом следует отметить две важнейшие особенности деятельности рейтинговых агентств:

а) «кухня», на которой изготавливались рейтинги, была закрытой;

б) агентства представляли собой частные структуры, которые находились вне сферы контроля государственных надзорных органов.

При выставлении рейтинговых оценок проверяемый финансирует проверяющего (рейтинговое агентство), что создает прекрасную «питательную почву» для коррупции и искажения реальной ситуации на рынках. Агентства находились в «неформальных» отношениях с некоторыми влиятельными и богатыми клиентами и по заказу последних выставляли этим клиентам завышенные оценки (рейтинги). При необходимости по заказу конкурентов агентства могли «опустить» те или иные компании или даже страны.

Уже упоминавшийся нами Й. Саньо в разгар нынешнего кризиса назвал рейтинговые агентства «машиной для деланья денег».

Говоря о «вкладе» рейтинговых агентств в создание нынешнего экономического кризиса, известный писатель и банкир Жак Аттали пишет в одной из последних своих книг: «Самое интересное, что денежное вознаграждение за предоставленную информацию (рейтинговые оценки. - В. К.) они (рейтинговые агентства. - В. К) получают от предприятий, подвергаемых контролю. В итоге, поскольку агентства заинтересованы в получении максимальной прибыли и желают получить свою долю сказочного богатства, они с преступной снисходительностью ставят “оценки”, порой даже не взглянув на фирму и ее “продукт”. Откуда здесь возьмется объективность? Факты таковы: общий доход трех главных рейтинговых агентств за период с 2002 по 2007 год удвоился (с 3 до 6 млрд долларов). А доходы «Moody’s» между 2000 и 2007 годами и вовсе взлетели в четыре раза!»[1101]

Даже официальные власти стран «золотого миллиарда» признали, что «вклад» рейтинговых агентств в создание нынешнего кризиса весьма существен. Некоторые частные эксперты даже назвали агентства «распространителями огня»[1102]. Еще летом 2008 г. ряд банков Уолл-стрит имел высокие рейтинговые оценки, а осенью того же года они оказались банкротами. В то же время рейтинги некоторых российских «голубых фишек» (основных участников фондового рынка России) были резко понижены, что привело к снижению котировок отечественного рынка (гораздо большему по сравнению с фондовыми рынками Западной Европы и США) и массовому «исходу» иностранных инвесторов из страны.