Читать онлайн «Инквизиция». Страница 104

Мы узнали, что социальные доктрины, вдохновляемые церковью, ведут чаще всего к предательству рабочего класса и его законных интересов…

Мы узнали, в противоположность некоторым утверждениям, что борьба рабочего класса вызвана как беспокойством о человеческом достоинстве, так и чисто материальными нуждами, так как рабочий класс борется одновременно за новые человеческие отношения, за изменение жизненных условий и за создание нового человеческого общества…

Нас осуждают… за наше активное участие в рабочей борьбе потому, что церковь, большинство ее институтов и духовенство защищают режим, против которого мы вместе с рабочим классом боремся всеми силами, считая его гнетущим и несправедливым. Следует смело смотреть правде в глаза: церковь поддерживает этот режим…

Церковь только теоретически осуждает капитализм. В практической деятельности церковь не только признает его, но и сотрудничает с ним. У рабочего этот факт не вызывает какого-либо сомнения. Мы не говорим уж о том, что церковные учения, политика церкви и религиозных властей поддерживают капитализм. Разве священника, все воспитание которого пропитано буржуазной культурой, естественно не влечет к капитализму?

Нам говорят, что следует признать капиталистический режим как неизбежное зло, ведь церковь существует и действует в капиталистическом мире, как некогда она жила в феодальном. Но те, кто так говорят, слишком хорошо знают, хотя и испытывают при этом немалое беспокойство, что половина человечества в действительности отбросила уже этот режим… Даже внутри самих капиталистических стран огромная масса пролетариев в своем сердце не признает этот режим, жертвой которого она является.

Чувствуя, что вместе с этим режимом отбрасывают и ее, церковь стала бояться рабочего класса и тех изменений, которые победа пролетариата вызвала бы в общественных институтах, в жизни, в сознании людей. Тем более церковь боится коммунизма, который воодушевляет победный марш пролетариата, вселяет в пролетариат революционную силу и указывает ему перспективы на будущее».[420]

Получив столь выразительный документ, французский епископат сообщил в Рим, что внезапный роспуск священников-рабочих встретит со стороны последних сопротивление и породит возмущение в широких кругах католической общественности Франции.

Действительно, сведения о циркуляре кардинала Пиццардо просочились в печать и вызвали в католических кругах бурю протеста против папского решения. Видные католические писатели и деятели — Франсуа Мориак, Даниель Ропс, Этьен Бори, Жорж Гурден и ряд других выступили в печати в защиту священников-рабочих.

С активной поддержкой священников-рабочих выступил и влиятельный журнал либеральных католиков «Эспри». Комментируя в одном из номеров приказ Ватикана о ликвидации института священников-рабочих, которые якобы заразились духом коммунизма, редакция журнала не без иронии требовала принятия санкций также против священников-капиталистов, т. е. священников, обслуживающих капиталистические круги, на том основании, что они давно уже заражены капиталистическим духом, а многие из них сами являются капиталистами.

В январе 1954 г. была созвана конференция епископата, которая, следуя указаниям Ватикана, провозгласила, что «профессия священника несовместима с профессией рабочего». Конференция предписала священникам-рабочим немедленно уйти с «мирских должностей», на которые они были избраны рабочими (под этим подразумевались профсоюзные посты), а работу на фабриках оставить до 1 марта 1954 г. Епископат обязал священников запрашивать от церковных властей в каждом отдельном случае особое разрешение на «физический труд» и предупредил, что такие разрешения будут даваться не больше чем на три часа в день. Постановление конференции указывало, что церковники, занимающиеся рабочим вопросом, впредь будут зависеть от приходских священников и жить не с рабочими, а в приходе, отлучаться из которого смогут только с позволения церковного начальства.

Семьдесят три священника-рабочих, к которым присоединились впоследствии почти все остальные, опубликовали свой ответ епископам, который, как и их предыдущее послание, свидетельствовал о глубоких изменениях в умонастроении некоторых кругов духовенства. В своем ответе священники-рабочие писали:

«В момент, когда миллионы рабочих во Франции и за границей борются за свое единство, чтобы защитить свой хлеб, свободу и мир, когда предприниматели и правительство усиливают эксплуатацию и репрессии, пытаясь любой ценой обеспечить свои привилегии и преградить путь прогрессу рабочего класса, религиозные власти хотят заставить священников-рабочих отказаться от труда и от борьбы, которую они ведут в единении со всеми своими товарищами.

Это не политическое, а религиозное решение, утверждают епископы. Однако мы думаем, что наша жизнь рабочих никогда не мешала нам оставаться преданными вере и священническому сану. Мы не понимаем, как во имя евангелия можно запретить священникам разделять условия жизни миллионов порабощенных людей и проявлять солидарность в их борьбе…

Рабочий класс нуждается не в людях, которые констатируют его нищету, а в людях, которые разделяют его борьбу и его надежды».[421]

7 февраля 1954 г. 250 католиков — деятелей рабочего движения в свою очередь опубликовали манифест, протестуя против роспуска рабочих-священников.

Протесты как самих священников-рабочих, так и их многочисленных сторонников и боязнь еще более ожесточить против себя трудящихся вынудили «священное» судилище не предпринимать жестких мер против священников-ослушников при условии, что они воздержатся от критики Ватикана.

Но если церковная инквизиция сравнительно «мягко» отнеслась к священникам-рабочим, она тем не менее продолжала преследовать католических деятелей, повинных в отходе от реакционных установок церкви, господствовавших при Пие XII. В период правления этого папы в годы «холодной войны» в Индекс запрещенных книг были включены произведения выдающихся писателей современности Андре Жида (все произведения), Жан-Поля Сартра (все произведения), Альберто Моравиа (все произведения), Симоны Бовуар и многих других. Цензуре и осуждению подверглись также труды теолога и палеонтолога Тейяра де Шардена, пытавшегося примирить религию с наукой, и ряда других. Антикоммунизм, ненависть ко всему прогрессивному и прежде всего к социалистическим странам, приверженность к давно уже отжившим средневековым догмам, страх перед научным прогрессом, пресмыкательство перед империализмом США, преследование либеральных церковников, столь характерные для правления Пия XII, вызвали глубокое недовольство в среде самого духовенства, оттолкнули от церкви миллионы верующих. Это недовольство вылилось наружу после смерти Пия XII в период понтификата его преемника Иоанна XXIII (1958–1963).

Иоанн XXIII вошел в историю папства как церковный реформатор, зачинатель политики «приспособления» (аджорнаменто) церкви к современным условиям. Иоанн XXIII отошел от откровенно антикоммунистического курса своего предшественника. Он был вдохновителем и главой сторонников церковной реформы, одержавшей, как известно, победу на II Ватиканском вселенском соборе.

С восшествием на папский престол Иоанна XXIII в ватиканских верхах началась ожесточенная борьба между сторонниками нового папы и приверженцами прежнего курса Пия XII, контролировавшими римскую курию, в частности конгрегацию «священного» судилища. Ее возглавил в 1953 г., после смерти Пиццардо, отъявленный реакционер кардинал Альфредо Оттавиани.

Следует отметить, что Иоанн XXIII не всегда и не во всем был последовательным в своих планах проведения нового курса, и его влиятельные в римской курии противники неоднократно навязывали ему свою точку зрения. Под их влиянием Иоанн XXIII в 1959 г. подтвердил отлучение коммунистов от церкви, провозглашенное в 1949 г. Пием XII, одобрил санкции против священников-рабочих, допустил осуждение и включение в Индекс ряда произведений, в которых присутствовала критика реакционной политики церкви.

В частности, вскоре после избрания Иоанна XXIII папой в конце 1958 г. конгрегация «священного» судилища включила в Индекс книгу итальянского настоятеля прихода Сан-Донато Лоренцо Милани. Милани задался целью на примере своего прихода выяснить причины упадка церковного влияния на различные слои общества.

В настоящее время в Италии свыше 25 тыс. приходов, большинство мелких, Сан-Донато — один из них. В 1957 г. в нем было 275 домов и проживало 1197 человек.

Приход Сан-Донато — один из старейших в Италии, он возник еще в IX в. Итак, десять веков проповедовались в Сан-Донато истины христианской веры. Казалось бы, Сан-Донато должен быть твердыней религии. Милани в своей книге показал, что это не так. Он утверждал, что подавляющее большинство населения его прихода — неверующие. Часть жителей посещает церковь и время от времени выполняет основные церковные обряды, но делает это механически, формально, без какого-либо убеждения. Религиозные познания взрослого населения равняются нулю, молодое поколение безразлично относится к вопросам религии.