Читать онлайн «De Conspiratione / О Заговоре». Страница 81

Фриман утверждает: ему удалось представить достаточно теоретических свидетельств возможности подобного сценария. Он уверен: расследование должно быть продолжено, поскольку действия финансовых террористов способны обойтись глобальной экономике в заоблачную сумму — 50 трлн. долл. «И организаторы могут остаться неизвестными», — говорит аналитик[294].

Чтобы предотвратить возможность проведения террористических актов, организовать и развивать систему противодействия терроризму на государственном уровне, необходимо постоянно увеличивать финансирование антитеррористической борьбы.

Огромные финансовые затраты на организацию безопасности несут финансовопроизводственные структуры и частные лица. Борьба с терроризмом все больше и больше изымает деньги из государственного и частного секторов, что ставит многие государства и целые регионы в экономическую зависимость от международных террористических организаций и структур, управляющих этими организациями.

Отличительной особенностью современного терроризма является его экономическая составляющая. Террористические и экстремистские организации участвуют в экономических и бизнес-программах. Большие объемы денежных средств, используемых террористами, проникают в финансовые структуры и используются для вербовки исполнителей террористических актов, в том числе террористов-смертников. Террористические организации оказывают финансовую помощь семьям погибших. Кассы террористических организаций пополняются за счет членских или вступительных взносов через культурные и социальные организации, пожертвования в мечетях, посредством поддержания семейных и личных связей участников со странами исхода (так, МИД Великобритании ежегодно фиксирует более 1,4 млн. поездок граждан Соединенного Королевства в Пакистан). Значительная часть денег передается по неформальным каналам, без использования банковской системы.

Эта практика получила широкое распространение в экстремистских исламских организациях. Из легальных денег делают нелегальные деньги для террора по простой схеме: благотворительная неправительственная организация полученные пожертвования передает группе, которая организована как религиозное или образовательное учреждение. От этой группы прикрытия финансы поступают на счета террористов. При движении по схеме денежные потоки «отмываются», и проследить их дальнейшее движение крайне сложно.

Вторая группа пособников занимается прямым «отмыванием» денежных средств. Вместе с финансовыми потоками организованной преступности система финансирования террористических и экстремистских организаций и группировок образует теневую экономику, которая произрастает в больших размерах. Согласно оценкам экспертов, подпольная криминальная экономика достигает 18 % валового национального продукта (ВНП), от 85 до 10 % приходится на долю терроризма. Рост долей организованной преступности и терроризма происходит в три раза быстрее, чем рост ВНП. Крупные акции по отмыванию денежных средств организациями, поддерживающими терроризм, ведет к негативным последствиям в экономике.

По данным ведущего мирового института в сфере борьбы с отмыванием денег и финансированием терроризма (ТАТР), не существует разницы в средствах, которые применяют криминальные преступные сообщества и террористические организации в процессе отмывания денежных средств и их использовании:

• фирмы смешивают нелегальные доходы с доходами от легального бизнеса;

• создаются финансовые фирмы, цель которых скрыть настоящих владельцев счетов фирмы и ее имущество;

• предприятия по отмыванию денежных средств работают в странах, где в основном используются наличные деньги (гостиничный бизнес, транспортные перевозки, такси, игровые салоны, строительство, импорт, экспорт, недвижимость и т. д.);

• подставные лица осуществляют перевод денежных средств от своего имени с целью замаскировать источники финансирования и владельцев финансов;

• оплата наличными или покупка банковских чеков в различных учреждениях многими лицами на сумму, не предусматривающую сообщение о подобном доходе;

• большое количество малых переводов на зарубежные счета с последующим повторением на другие счета;

• фиктивные фирмы, через которые преступные средства, через экспертов по налогам «отмываются»;

• оказание влияния на финансовый сектор: покупка существующих или создание новых банков преимущественно в исламских государствах, контроль денежных средств.

Криминальные сферы бизнеса, в которых действуют террористические организации, практически совпадают с видами деятельности организованной преступности: контроль наркобизнеса, рэкет, проституция, торговля людьми и т. д. Террористическая среда пополняет или включает в свои структуры организованную преступность.

Симбиоз террористических и мафиозных структур стал реальностью. Специальные службы во всем мире рассматривают обе формы преступности как единое целое.

В поиске источников финансирования своей деятельности терроризм использует любые средства, включая бизнес. Терроризм сам превратился в доходный бизнес.

Рассмотрим терроризм как новую форму большого бизнеса, которую в настоящее время агрессивные исламские стратеги пытаются монополизировать.

Возьмем морской разбой как разновидность террористических действий, направленных на объекты морского транспорта.

Вплоть до осени 2008 г. современное пиратство представляло собой опасность лишь в региональном масштабе. Однако последующие события, связанные с изменениями сырьевых маршрутов, переносят эту проблему в глобальную плоскость. По мнению многих аналитиков, происходящее, например, в акватории Африканского Рога — это продолжение борьбы между крупнейшими «игроками» на международной арене, а сомалийские пираты являются таким же проектом, как «аль-Каида» или «Талибан», поддержанные в свое время ЦРУ.

Сегодня география потенциально опасных районов охватывает Западную и Северную Африку, район Красного моря, острова Индонезии, Филиппин, Вьетнама, Китая, Шри-Ланки.

Кому выгодно держать в страхе морские судоходные компании? Ответ: крупным мировым страховым компаниям, получающим баснословные прибыли от страховок морских грузовых потоков.

По данным Международного морского бюро (ММБ), в 2010 г. было зафиксировано более 200 пиратских атак, что примерно соответствует уровню 2009 г., восемь моряков были убиты. За эти два года было захвачено около 90 судов. В ноябре 2010 г. стало известно, что пираты получили рекордный выкуп 19 млн. долл. США за освобождение южнокорейского танкера «Самходрим» и 19 членов его экипажа.

По состоянию на 1 января 2011 г. в руках у пиратов находились 28 судов и 638 заложников из числа членов экипажей.

Возьмем Аденский залив. На него приходится 50 % мирового транзита балкерных (насыпных) грузов, около 30 % контейнерных и почти 25 % перевозок нефти.

Между берегами Сомали и Йемена в направлении Суэцкого канала ежегодно проходит около 20 тыс. судов с ближневосточной нефтью для Европы и Америки и промышленными товарами азиатского производства. Причем основная часть этого потока — торговля между Европой и Восточной Азией, включая Китай. Японию, Индию, Республику Корея и т. д. Естественно, сомалийское пиратство наносит наибольший ущерб именно экономике ЕС и перечисленных стран, которые являются главными экономическими конкурентами США. Отсюда вопрос страховки переходит в разновидность бизнеса, финансирующего террор.

Важно отметить следующие характерные черты современного пиратства. Рассмотрим это на примере Сомали, где, как известно, имеются месторождения нефти, газа, золота, платины, железа, урана и других полезных ископаемых. Огромный потенциал и у сельского хозяйства, особенно в традиционных отраслях — животноводстве и рыболовстве, составлявших ранее основную строку доходов.

Так, исламисты и пираты часто принадлежат к одним и тем же клановым структурам. В условиях Африканского Рога их «мирное сосуществование» является одним из непременных условий выживания всего клана и представляет собой одну из предпосылок для взаимных компромиссов. Примечательная особенность современной ситуации в этом районе — тесная связь преступных организаций с государственными структурами. Подкуп государственных функционеров различного уровня — отработанный прием пиратов, поскольку для решения политических задач чиновникам необходимы значительные финансовые средства, которые предоставляют им морские террористы. Пиратам, в свою очередь, требуется более современное оснащение (небольшие маневренные и скоростные суда, средства навигации), оружие (автоматы, пистолеты, РПГ).