Читать онлайн «Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. ТТ. 1, 2». Страница 76

Можно представить себе также следующую интерпретацию Стратагемы № 14: выставляется напоказ совершенно новое тело, но пробудившая его к жизни душа — старая. Попросту говоря, это называется «вливать старое вино в новые мехи», или «в новой обувке спешить по старой дорожке», или «приклеивать новые ярлыки к старым товарам», или же

Под таким заголовком пекинский журнал «Шицзе чжиши» («Всемирное обозрение») комментировал в июне 1986 г. замену Бабрака Кармаля Наджибуллой в должности генерального секретаря ЦК правящей в Афганистане Демократической народной партии.

Китайский комментатор Мэй Вэнь приходит к заключению, что «смена лошадей» обозначает всего лишь то, что старая афганская политика Советского Союза будет теперь проводиться под новым именем, сущность же ее не изменится. С одной стороны, Советский Союз усилит военную активность, чтобы окончательно подавить сопротивление афганского народа и упрочить свое политическое господство, а в дальнейшем создать предпосылки для гигантского продвижения войск. С другой стороны, он будет пытаться гибкими мерами, нацеленными на политические решения, избежать давления мирового общественного мнения, выиграть время для продвижения войск и вынудить противоположную сторону к развитию отношений, благоприятному для него.

Представленную здесь интерпретацию Стратагемы № 14, конечно, можно развивать и дальше, например в смысле скрытой реставрации старого порядка. При этом новые учреждения употребляются как инструменты старых отношений.

Касаясь военной истории, китайская литература о стратагемах употребляет Стратагему № 14 метафорически. Если исходная ситуация является плохой или даже безнадежной, то «возвращение души» представляется в качестве выхода из этого положения.

Одна из пекинских книг о стратагемах 1987 г. приводит следующий пример из труда Сыма Гуана (1019–1086) «Цзы чжи тун цзянь» («Всеобщее зерцало управления»).

После битвы у Красных стен в 208 г. (см. 9.1) завоевательские устремления Сунь Цюаня и Лю Бэя обратились на провинцию Шу. При этом Лю Бэй из-за слабости в военном отношении оказался в невыгодном положении.

Зимой 214 г. Цао Цао напал на Ханьчжун (на юге нынешней провинции Шаньси). Это навлекало угрозу на Лю Чжана, который удерживал в это время Ичжоу в Шу. Он опасался нападения Цао Цао после того, как тот овладеет Ханьчжуном. Поэтому он попросил у Лю Бэя помощи и пропустил его в Шу. Лю Бэй воспользовался этим обстоятельством и ввел в Шу войска. Через два года он сместил Лю Чжана и аннексировал Ичжоу. Этим он создал предпосылки для основания в дальнейшем царства Шу, одного из трех царств III в. н. э., и упрочил свое политическое положение. У Лю Бэя не было возможности овладеть областью Шу с помощью военной силы. Но с другой стороны, эта область по стратегическим планам его советника Чжугэ Ляна представляла собой неоценимый опорный плацдарм, который был необходим каждому, кто хотел бы сыграть важную политическую роль. В этой ситуации «возвращением души» «трупу» политических амбиций Лю Чжана явилось приобретение желаемых территорий.

В этом примере китайское слово «цзи», которое я перевожу как «стратагема», выступает в значении простой «фишки», а вовсе не в значении военной хитрости. Это демонстрирует многообразие значений китайского выражения, которое не покрывается нашим более узким термином «стратагема».

Во время корейской войны соединение китайской армии получило приказ удерживать плато 584 на южной стороне Анцзябуна на реке Ханьган. В течение пяти дней было уничтожено более тысячи солдат противника. Недостаток снабжения и собственные высокие потери вынудили китайцев оставить плато, и 10 февраля в 8 часов утра его заняли американские войска. Как раз в этот момент поднялся густой туман. Видимость не превышала 10 метров. Это дало редкую удачную возможность подбираться к противнику незамеченным. Китайский командир проанализировал положение следующим образом: поскольку противник только что одержал победу, то его бдительность будет довольно слабой. Это обстоятельство следует использовать для немедленного нападения. В 8 часов 36 минут 26 еще боеспособных китайских солдат в американской форме под защитой тумана начали восхождение двумя отрядами, слева и справа. Когда правый отряд был на расстоянии ста метров от противника, они обнаружили, что американцы как раз начали подкрепляться. Определенно, они не приняли никаких мер предосторожности. Китайцы подобрались к противнику на расстояние пяти метров и открыли огонь. Противник был захвачен совершенно врасплох. Тут и левый китайский отряд добрался до вражеского лагеря. Американские солдаты не смогли правильно оценить количество нападающих и бежали сломя голову. Все сражение длилось около 10 минут. Было убито более тридцати солдат противника. И плато 584 вновь оказалось в руках китайцев.

В данном случае туман и беззаботность американцев оказались «трупом», который китайцы использовали для «возвращения души», то есть утраченного плато.

Согласно книге о стратагемах, изданной в Тайбэе, Стратагема № 14 применяется также в деловом мире — например, когда в период кризиса ищут новых акционеров или кредиторов. Они в данном случае оказываются «трупом», а экономический подъем — «возвращением души».

И в заключение еще один пекинский комментарий:

«Никто не побеждает постоянно. Отступления — в порядке вещей. Но речь идет о том, чтобы сохранить на стадии неудач ясную голову, спокойно проанализировать положение и подобрать подходящий «труп», то есть воспользоваться всеми пригодными обстоятельствами, чтобы вновь взять инициативу в свои руки и превратить поражение в победу».

Четыре иероглифа

Современное китайское чтение: дяо / ху / ли / шанъ

Перевод каждого иероглифа: побудить / тигр / покинуть / гора

Связный перевод: Побудить тигра покинуть гору. Сманить тигра с его горы на равнину. Отрезать противника от его базы.

Сущность:

а) Сманить тигра с горы на равнину, чтобы обезвредить его.

б) Сманить тигра с горы, чтобы затем без усилий занять гору (и таким образом также победить тигра).

в) Ослабить тигра, отдалив его от важнейшего помощника.

г) Отрезать тигра от тех, кого он защищает, чтобы затем легко обезвредить их. Стратагема изоляции.

Уже в книге «Гуань-цзы», приписываемой политическому философу Гуань Чжуну (VII в. до н. з.), говорится:

«Когда тигр или леопард покидают свое логово и приближаются к людям, они становятся добычей людей. Пока тигр или леопард полагаются на свое логово, им удается сохранять свою силу».

До сих пор сохранившая употребительность китайская пословица гласит: «Ху ло пин ян бэй цюань ци», что означает в переводе: «Если тигр спускается на равнину, на него тут же набрасываются собаки».

Хан Фэю (III в. до н. э.), известнейшему представителю древнекитайской Школы законников, основателем которой считается Гуань-цзы, приписывается следующее высказывание:

«Тигр побеждает собаку с помощью своих когтей и зубов. Если отнять у тигра зубы и когти и отдать их собаке, то тигр должен будет подчиниться собаке».

В формулировке Стратагемы № 15 «тигр» — образное наименование противника, а «гора» — образное же обозначение наиболее привычного и подходящего для противника поля сражений. Цель Стратагемы № 15 состоит в том, чтобы выманить «тигра» с его «горы». Это необходимо прежде всего, если имеешь дело с сильным «тигром». Ведь если допустить, чтобы сильный «тигр» пользовался еще и преимуществом своего положения на «горе», ситуацию можно будет описать с помощью другой китайской поговорки: «Вэй ху фу и» — «Снабдить тигра крыльями», то есть сделать сильного противника еще сильнее.

Имеются, конечно, примеры «тигров», отличающихся не только грубой силой и дерзостью. Их не так-то легко сманить с их «горы». Вспомним Одиссея, проплывавшего мимо острова сирен, которые завлекали моряков обольстительным пением и убивали их. Одиссей заткнул своим спутникам уши воском, а себя приказал привязать к мачте — и корабль остался на правильном курсе!

В рубрике «Сущность» приводятся различные возможные варианты применения Стратагемы № 15. Снабдим их некоторыми примерами.

Князь У (770–774 до н. э.) из Чжэн (в районе нынешней провинции Хэнань) имел двух сыновей. Старший из них, У Шэн, явился на свет перевернутым, то есть вперед ногами. Из-за тяжелых родов его мать его возненавидела. Она страстно полюбила своего второго сына, Дуаня, и хотела, чтобы он унаследовал трон. Но отец, уважая традиции наследования, противился этому; кроме того, старшему сыну нечего было поставить в вину. Поэтому Дуань получил только небольшой удел, а У Шэн был назначен официально наследником и после смерти отца получил его скипетр. Он правил Чжэн под именем князя Чжуана (743–701 до н. э.).