Читать онлайн «Жизнь Мухаммеда». Страница 98

Скорчившись, лежит он на полу своей хижины по окончании ночной молитвы, и дрожь пробегает по всему его телу, и сквозь звон и гул в ушах доносятся до него слова:

- Хадж - известные месяцы, и кто обязался в них на хадж, то нет приближения (к женщине), и распутства, и препирательства во время хаджа...

Утром в мечети Мухаммед сообщит верующим, что время хаджа определено с несомненностью - паломничество, угодное Аллаху, следует совершать в месяцы шаввал, зу-л-каада и зу-л-каджжа. И разовьет в проповеди скупые слова Аллаха - очистите свои тела и души, призывает он верующих, проникнитесь намерением совершить угодное Богу, не допускайте нечестивых поступков и злых дум во время паломничества! Проповедь все время прерывает Мухаммед молитвой, и верующие молятся вместе с ним. Уместно напомнить верующим и о прежних повелениях Аллаха, касающихся Каабы, об Ибрахиме и Исмаиле, а заодно и о поганых многобожниках, все еще владеющих запретной мечетью.

- Сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается с вами, - напоминает пророк, - но не преступайте, поистине Аллах не любит преступающих!

И убивайте их, где встретите, и изгоняйте их оттуда, откуда они изгнали вас: ведь соблазн - хуже, чем убиение! И не сражайтесь с ними у запретной мечети, пока они не станут сражаться там с вами. Если же они будут сражаться с вами, то убивайте их: таково воздаяние неверных... И сражайтесь с ними, пока не будет больше искушения!

И опять короткая молитва. Иногда, закончив ее, пророк неожиданно начинает выкрикивать проклятия врагам веры и своим врагам - "лицемерам" и многобожникам, спорщикам и упрямцам - или торжественно призывает милость Аллаха на преданных вере, на тех, кого все еще мучают курайшиты...

Страшно проклятие пророка, устами которого вещает Бог, радостно его благословение.

Скупые и лишенные поэзии слова откровений не всегда даются Мухаммеду так просто. Иногда не легкая дрожь, а мучительные судороги сводят его тело, и пена течет из его рта, и стоны вырываются из его больной груди... И все эти страдания - ради крохотного отрывка божественного Корана. Но иного пути к истине нет, все остальное - зыбко и ненадежно.

Постепенно вырисовывается общая картина угодного Аллаху паломничества.

- Ас-Сафа и аль-Марва - из примет Аллаха:

нет греха на том, кто обойдет кругом обоих... Новолуния - определение времени для людей и для хаджа:

исправление лунного календаря Аллах запретил.

- Совершайте хадж ради Аллаха и просите у Господа добра не только в ближней жизни, но и в последней! Если вы бедны - то из жертвенных животных, что легко. А кто из вас болен или у него страдание в голове, то выкуп постом, или милостыней, или жертвой. И не брейте своих голов, пока жертва не дойдет до своего места.

- Одежда паломника - ихрам, - учил Мухамиед. - Игла не должна касаться ихрама, сшивать куски материи - грех. В ихраме нужно совершать обхождения вокруг Каабы, а не в обычной одежде, тем более не обнаженными, последнее мерзость в глазах Бога, как и свист, и крики, и рукоплескания. Все этоневежество. С молитвами и стихами Корана должны идти верующие к Каабе. И возвращаться после паломничества в свои дом через окно - предрассудок, выдумка многобожников, Аллах не учит этому. И поклонение священным верблюдицам, пасущимся на воле, и священным коровам, и священным овцам заблуждение языческое, тяжкий грех...

Бесчисленные вопросы верующих, жаждущих придать действенность религиозному и одновременно магическому обряду паломничества, избежать роковых ошибок. В каждом глубоко укоренилось собственное представление об угодном Всевышнему, нет конца спорам, не всегда ответы пророка звучат для верующих убедительно. И не все ответы Мухаммеда дошли до нас, нет еще у пророка полной ясности - молчит предание о том, как относился он в описываемое время к посещению других святынь Мекки - долины Мина, гор Арафат и Мудзалифа.

В марте 629 года две тысячи верующих во главе с пророком двинулись на юг, по мекканской дороге, ведя за собой верблюдов, быков, козлов и баранов для жертвоприношения. Паломники сняли, как и обещали курайшитам, оружие и доспехи и оставили на себе только мечи, препоясанные поверх ихрама.

Никто не собирался мешать им. Язычники должны были прийти на поклонение святыням недели через две, и окрестности Мекки были пустынны. Лишь немногие курайшиты покинули Мекку, когда к ней подошли паломники-мусульмане; остальные, столпившись у дверей Дома собраний и взобравшись на крыши домов, с интересом наблюдали за тем, как Мухаммед и его сторонники будут совершать обряды.

Мухаммед, подойдя к Каабе, закинул полу ихрама на левое плечо, так что правая его рука обнажилась. Он прижался грудью к стене между дверью храма и Черным камнем, приложился к Черному камню и побежал вокруг Каабы, часто перебирая ногами и слегка подпрыгивая, как это издревле и полагалось делать. Незаметно для следовавших за ним на некотором расстоянии мусульман пророк прикоснулся правой рукой к южному углу Каабы, а затем поцеловал руку: это был чисто курайшитский обычай, не распространенный среди других племен и необязательный для верующих.

Три раза обежал Мухаммед вокруг Каабы, прикладываясь каждый раз к Черному камню, а остальные четыре обхождения совершил шагом.

На этом главная церемония была завершена. Курайшиты остались довольны древний обряд Мухаммед выполнил правильно, ничто в его действиях не оскорбляло языческих представлений о достойном поклонении Каабе. Потом пророк заклал предназначенных для жертвы козлов и баранов, обрил голову, остриг ногти и снял ихрам - хадж был выполнен.

Как вели себя остальные мусульмане во время этого первого в исламе хаджа - предания умалчивают. Надо полагать, что самые верные и преданные среди них точно подражали пророку и в долину Мина не ходили.

Свое пребывание в Мекке намеревался Мухаммед завершить бракосочетанием с Маймуной - вдовой-мусульманкой, свояченицей Аббаса, связанной узами тесного родства с влиятельными семействами Мекки. Этот полезный Мухаммеду союз подготовил Аббас, в это время уже тайно принявший ислам. На дружеском пиру хотел встретиться Мухаммед с язычниками-курайшитами, чтобы ускорить их обращение на праведный путь, но партия непримиримых вновь сорвала его планы.

- Время твое истекло, Мухаммед, уходи, - заявили ему посланцы курайшитов, как только окончились третьи сутки его пребывания в Мекке, а его приглашение на брачный пир решительно отклонили.

И Мухаммед подчинился их требованию, ибо таково было условие договора, заключенного между ним и курайшитами при Худайбии: три дня и ни часом больше могли мусульмане пробыть в Мекке. Он удалился из города, на краю священного округа отпраздновал свою свадьбу с Маймуной, а затем возвратился в Медину.

Мухаммед не торопился - дни Мекки были сочтены. Тщетно пытались непримиримые из курайшитов, все еще возглавлявшие Мекку, заручиться поддержкой персидских наместников на юге Аравии - междоусобная борьба охватила персидскую державу после падения Династии Сасанидов, и никому не было дела до судьбы Мекки. Далеко кочевали враждебные Мухаммеду племена Гатафан, с трудом отбивая атаки мусульман, и не могли они, бросив на произвол судьбы семьи и стада, в критическую минуту прийти на помощь курайшитам. Своего самого искусного дипломата - Амра ибн аль-Аса отправили курайшиты с посольством в Эфиопию, но и эфиопский негус отказался им помочь.

Боги Каабы перестали покровительствовать Мекке, неумолимое движение истории доказывало могущество Аллаха и правоту ислама, и наиболее дальновидные курайшиты поспешили воспользоваться миролюбием Мухаммеда - одни тайно принимали ислам, как Аббас, другие сообщали пророку о своей готовности оказать ему поддержку, когда он открыто выступит против Мекки, третьи спешили в Медину.

Браки Мухаммеда с дочерью Абу Суфиана и Маймуной сделали дорогу в Медину для многих курайшитов безопасной - как родственники пророка шли они принимать ислам, не страшась ненависти мусульман.

Вскоре после паломничества явился к Мухаммеду прославленный Халид ибн Валид, ударом своей конницы решивший некогда исход битвы при Оходе, сын давнего врага Мухаммеда - аль-Валида-аль-Мугиры, удостоенного проклятий в Коране. Маймуна приходилась Халиду теткой, и Мухаммед с радостью принял его. Вместе с Халидом пришел и Амр ибн аль-Ас - истинная вера проникла в его сердце, когда он возвращался после неудавшихся переговоров в Эфиопии, и прямо из Джидды, не заезжая в Мекку, он поспешил к Мухаммеду.

Осман ибн Тальха, и сын Сухайла, заключившего с Мухаммедом договор при Худайбии, и сын такого-то, и сын такого-то - длинный перечень беглецов из Мекки. Все самое талантливое и энергичное уходит из города, отрекается от никчемной веры отцов, стремится под победоносное знамя Аллаха.

Недаром Мухаммеда враги называли поэтом и прорицателем, человеком, в которого вселяется джинн. позволяющий ему постигать скрытое и тайное в людских душах. Опытным взглядом пророка смотрит он на Халида ибн Валида, и на Амра ибн аль-Аса. и на других недавних язычников, принявших ислам накануне падения Мекки, и убеждается, что вера их чистосердечна, а готовность сражаться на пути Аллаха безмерна. Незачем ему, пророку, сдерживать их пыл, ни к чему вспоминать старые обиды - все верующие братья! Богатыми подарками и доверием награждает Мухаммед новообращенных, и широкое поле деятельности открывает он перед ними. Пусть ропщут ветераны ислама Мухаммеду нужны талантливые люди, не колеблясь назначает он Халида ибн Валида и Амра ибн аль-Аса предводителями мусульманских дружин, и весть об этом бежит в Мекку, рассеивая последние опасения язычников. Не будете вы унижены, казалось, говорит им пророк, если покоритесь, не ждет вас казнь, если сдадитесь и примете ислам! Смело рассчитывайте на готовность милосердного Аллаха простить вас - всех, кроме немногих...