Читать онлайн «Жизнь Мухаммеда». Страница 64

Такова легенда о ночном путешествии Мухаммеда - легенда, сложившаяся много лет спустя после смерти пророка, украшенная подробностями, никакого касательства к событиям в Мекке не имеющими. В ней слились два независимых сюжета - путешествие в "отдаленную мечеть" (иерусалимский храм) и восхождение на седьмое небо. Судя по ряду преданий, Мухаммед летом 621 года рассказывал только о путешествии из Мекки в Иерусалим и обратно, о чем и упомянул в Коране:

- Хвала тому, - поведано было Мухаммеду в откровении некоторое время спустя, - кто перенес ночью Своего раба из мечети неприкосновенной в мечеть отдаленнейшую, вокруг которой Мы благословили, чтобы показать ему из Наших знамений. Поистине Он - всеслышащий, всевидящий!

Говорят, что Мухаммед, рассказывая о видении, подчеркивал, что все свершилось почти мгновенно. По его словам, ангел Джибрил, улетая с ним, опрокинул кувшин с водой, а когда Мухаммед пробудился, он успел подхватить падающий кувшин. Айша потом рассказывала, ссылаясь на Мухаммеда, что во время чудесного путешествия тело пророка оставалось неподвижным и странствовала по воле бога лишь его душа. "Глаза мои спали, в то время как сердце бодрствовало" - так или примерно так говорил Мухаммед.

О своем фантастическом путешествии Мухаммед на следующее же утро поведал нескольким мусульманам, и рассказ его ошеломил их.

Молча выслушали они Мухаммеда, не зная верить или не верить ему. Ведь рассказывал не кто-нибудь, а сам пророк, и сотворил чудо Аллах, которого потому и называют всемогущим, что для него нет ничего невозможного.

Для каждого мусульманина обязательна вера в то, что Мухаммед - пророк, говорящий о Боге и религии только истину, а Аллах - всемогущ. Без этого ислам как религиозная система просто не существовал, и каждый последователь Мухаммеда не раз клялся, что разделяет оба эти положения безоговорочно. В душах предавших себя Богу не могло оставаться места для сомнений в истинности рассказанного Мухаммедом происшествия.

И все-таки сомнения были, и сомнения мучительные. Когда известие о видении распространилось по городу, многих мусульман покинула вера, они так же, как нечестивые язычники, решительно заявили, что все рассказанное Мухаммедом - немыслимо: от Мекки до Иерусалима меньше чем за месяц не добраться, да месяц на обратную дорогу, итого два месяца; как же мог совершить Мухаммед путешествие туда и обратно за одну ночь? Ясно, что не мог! А раз не мог за целую ночь, тем более не мог за мгновение.

Даже Абу Бакр - "совесть ислама" - на какой-то миг был обескуражен.

- Что ты теперь думаешь про своего друга, Абу Бакр? - с такими словами обратилось к нему несколько мусульман, до которых дошла весть о видении Мухаммеда. - Он утверждает, что этой ночью побывал в Иерусалиме, молился там, а потом вернулся обратно в Мекку.

- Это клевета на пророка! - с возмущением закричал Абу Бакр, заподозривший, что курайшиты затевают очередную провокацию с целью опорочить Мухаммеда. - Не мог он утверждать ничего подобного!

Увы, это не было клеветой - явившиеся к Абу Бакру мусульмане только что слышали о ночном путешествии из уст самого пророка.

- Если он так сказал, - значит, это правда, - твердо и убежденно ответил Абу Бакр, успевший уже подавить навеянное дьяволом сомнение. - Да и что вас так удивляет? Мухаммед говорил мне, что послания Аллаха спускаются с небес на землю всего за один час дня или ночи, а ведь это, по-моему, более поразительно, чем то, о чем рассказал вам пророк!

Мудрые речи Абу Бакра не рассеяли сомнений мусульман, они нуждались в каких-нибудь весомых доказательствах, что ночное путешествие Мухаммеда действительно имело место, и пророку, которому верующие обязаны были верить на слово, пришлось-таки представить некоторое подобие доказательства.

На многолюдном собрании мусульман, инициатором которого являлся преданный Абу Бакр, Мухаммед вновь подробно рассказал о своем ночном путешествии, особое место уделив детальному описанию "отдаленнейшей мечети" - иерусалимского храма - и самого Иерусалима. Собственно, никакого иерусалимского храма уже давно не существовало; почти шестьсот лет назад, после Иудейской войны, храм этот был сожжен и разрушен римлянами до основания. На месте его после победы христианства была воздвигнута церковь эту-то церковь, унаследовавшую святость храма, выстроенного царем и пророком Соломоном, имели в виду Мухаммед и его последователи, когда они говорили об "отдаленнейшей мечети".

Некоторые из слушателей Мухаммеда в Иерусалиме бывали, но в "отдаленнейшей мечети" наверняка никто не был. По мнению курайшитов, хорошо знал Иерусалим Абу Бакр, и он-то на протяжении всего рассказа Мухаммеда клятвенно подтверждал истинность каждой детали, громко восклицая:

- Совершенно верно! Свидетельствую, что Мухаммед пророк Аллаха.

- А ты, Абу Бакр, - сказал Мухаммед, когда закончил свой рассказ, Сиддик - "Свидетель Истины".

Итак, истинность ночного путешествия Мухаммеда была неоспоримо доказана с помощью Абу Бакра, который гордился оказанной пророку в критическую минуту услугой, за которую он был награжден почетным прозвищем ас-Сиддик.

Рассказом о фантастическом видении Мухаммед, преднамеренно или нет, подверг мусульман своеобразному испытанию - испытанию на прочность и полноту веры, испытанию на преданность.

Сомнения мусульман, конечно, были непростительны:

к рассуждениям о том, сколько времени требуется каравану, чтобы совершить путь из Мекки в Иерусалим и обратно, они просто не имели права прибегать, такой метод рассуждений находился в вопиющем противоречии с верой как таковой. Вера не нуждается в доказательствах, в основе ее не лежит ничего, кроме потребности верить.

Испытание на полноту веры с честью выдержал только Абу Бакр, за что Мухаммед его высоко ценил. Если на одну чашу весов положить веру Абу Бакра, часто говорил Мухаммед, а на другую - веру всех мусульман, вера Абу Бакра все-таки перетянула бы.

Остальным сподвижникам Мухаммеда было еще далеко до идеала. Сомнения глубоко коренились в их сознании и проявлялись в любой критической ситуации. Идеи единого всемогущего Бога, воскресения и загробного бессмертия еще не вошли в их плоть и кровь, не утвердились незыблемо в глубинах подсознания, не стали подлинной основой миропонимания. Только этим можно объяснить их малодушные колебания перед лицом такой безделицы, как ночное путешествие пророка из Мекки в Иерусалим. Но то, что, поколебавшись, они все-таки уверовали в истинность видения пророка, свидетельствует о многом, и прежде всего о преданности Мухаммеду, о готовности следовать за ним навстречу неизвестному и принимать как должное резкие изменения религиозной теории и тактики.

Мухаммед воочию убедился, что его умма, его народ, пойдет за ним в изгнание, если он потребует этого.

Рассказом о своем видении Мухаммед нанес чувствительный удар по престижу Каабы. Из Каабы, почитавшейся доселе единственным и исключительным Домом Аллаха, перенес его ангел Джибрил в "отдаленнейшую мечеть", и именно там, а не в Каабе, встретил Мухаммед всех прославленных пророков древности во главе с самим Ибрахимом и молился с ними. Не в Каабу, а в "отдаленнейшую мечеть" опустилась лестница с небес, по которой Мухаммед взошел к самому Богу, и следовательно, именно оттуда идет дорога к небу. Мухаммед превратил иерусалимский храм в средоточие всех чудес, а Каабу сделал лишь пунктом, из которого началось путешествие.

Идея выселения из Мекки получила религиозное обоснование - ни в городе, ни в его окрестностях нет таких святынь, которые опасно и недопустимо покидать.

Большинство мусульман, признав истинность ночного путешествия пророка, тем самым как бы высказалось за выселение из Мекки.

Спор между сторонниками и противниками выселения был окончательно решен так, как этого хотел Мухаммед и его ближайшие сподвижники.

Сразу после ночного путешествия Мухаммед изменил киблу, направление молитвы. Он стал во время молитвы обращать лицо не в сторону Каабы, а в сторону Иерусалима, и его примеру последовало большинство верующих.

В начале 622 года во время традиционного паломничества в Мекку прибыли единомышленники Мухаммеда из Ясриба. Они совершили хадж вместе с язычниками-соплеменниками и вместе с ними раскинули лагерь в долине Мина для жертвоприношений, молитв и участия в ярмарке. В первую же ночь после окончания священных обрядов ясрибские мусульмане тайно пришли к холму Акаба, где их уже поджидал Мухаммед.

В глубоком овраге на склоне Акабы состоялись переговоры между Мухаммедом и семьюдесятью пятью мусульманами Ясриба, представлявшими племена Хазрадж и Аус. Среди явившихся для переговоров с Мухаммедом были две женщины, что никого не удивило, так как в земледельческом Ясрибе женщины пользовались большими правами, чем в патриархальной торговой Мекке.