Читать онлайн «О положении в биологической науке». Страница 91

Наш сектор селекции трав также на основе новых методов, предложенных академиком Лысенко, добился значительных результатов, вывел сорт желтой гибридной люцерны Степная 600, превосходящий по урожаям сена выдающийся стандартный сорт Гримм-Зайкевича.

Хочу сказать несколько слов о семеноводстве. Сортовое управление Министерства может подтвердить, что Каменностепная станция, а теперь Институт, последние 8 лет дает ежегодно своей области элиты больше ее потребности и высоких урожайных свойств. Почему так произошло? Потому что был создан высокоплодородный фон в результате введения травопольной системы земледелия, а также потому, что элита стала создаваться по методу академика Лысенко с применением внутрисортового скрещивания, дополнительного опыления и непрерывно улучшающего отбора.

В течение последних трех лет мы изучаем вопрос об эффективности свободных межсортовых скрещиваний. Результаты получились интересные. Они полностью соответствуют данным тов. Ольшанского. Путем свободных межсортовых скрещиваний сорта озимой пшеницы повышают свою зимостойкость, урожайность и качество зерна. Так, например, в 1947 г. по сорту Гостианум 227 обычные семена дали урожай 17,4 ц, второе поколение переопыленных семян – 18,7 ц, третье поколение – 20,8 ц с каждого гектара.

Особенно разительные результаты получились при применении этого метода к иностранным, плохо устойчивым к нашим условиям сортам. По сорту Кларкен обычные семена дали урожай 4,2 ц, переопыленные – второе поколение 16,3 третье поколение – 13,3 ц с каждого гектара.

У нас проверялись и конкретизировались применительно к условиям степного земледелия предложения академика Лысенко. Тов. Дмитриев уже сообщал здесь об успешной культуре летних посевов люцерны на семена в Каменнэй Степи; высокую эффективность дали также летние посадки картофеля, предпахотное рыхление и др.

Таким образом, на примере 56-летней работы нашего научно-исследовательского учреждения можно лишний раз подтвердить, что успехи и творческие достижения относятся к тем периодам, когда коллектив руководствовался правильной биологической теорией. И, наоборот, застой, топтание на месте характерны для того времени, когда среди научного коллектива брали верх формально-генетические представления о живой природе.

Чем ближе научно-исследовательское учреждение к практике, ставя своей целью работу для народа, тем больше выявляется никчемность формальной генетики и становится ясным, что единственно правильным являются воззрения Мичурина, Вильямса, Лысенко. С именами этих советских ученых связано создание новой, более прогрессивной, чем учение Дарвина, агробиологии. Чем скорее и глубже работники сельскохозяйственной науки освоят эту прогрессивную агробиологию и положат в основу своих исследований, тем более плодотворным будет их творческий труд.

В заключение следует еще раз остановиться на затронутом академиком Завадовским вопросе о праве на широкую пропаганду взглядов менделистов-морганистов и свободе изложения их взглядов. Академик Завадовский и другие представители формальной генетики утверждают, что Лысенко и его последователи зажимают рот менделистам-морганистам, не дают им работать. Но это не соответствует истине. Происходит как раз обратное – менделисты прилагают все усилия, чтобы не только замолчать, но и как можно больше скомпрометировать мичуринское направление в биологии. К уже сообщенным на данной сессии фактам со своей стороны могу добавить следующее: в 1939 г. мне пришлось обследовать по поручению Комитета по делам высшей школы ход экзаменов на кафедре генетики Тимирязевской сельскохозяйственной академии, возглавляемой А.Р. Жебраком. Сразу бросилось в глаза, что среди вопросов, которые задаются студентам на экзамене, нет ни одного по мичуринской генетике; бумага вопросников пожелтела от времени так, что напоминала египетский папирус. Я задаю вопрос Антону Романовичу (причем я этот факт сообщал на совете Тимирязевской академии): чем это объяснить, почему вы не обновите вопросов? Где вопросы, связанные с проверкой правильности усвоения знаний новой мичуринской школы, школы академика Лысенко? Он заявил – в науке не произошло никаких новых открытий, и нечего мне эти вопросы задавать студентам.

Такая картина повторяется со студентами Тимирязевской академии до сих пор. Они очень плохо знают мичуринское направление в науке. Они насыщены формально-генетическими представлениями в области биологии. Только попадая на практику, они немного переучиваются. Правда, последнее время почему-то к нам в Институт не стали посылать студентов Тимирязевской академии.

Теперь второй пример, уже из воронежской действительности. Воронеж, крупный вузовский центр, готовящий кадры агрономов – зоотехников и биологов. Там имеются: сельскохозяйственный институт, зооветинститут, биологические факультеты университета и педагогического института. Кому же Министерство высшего образования доверило формировать мировоззрение студентов в области биологии? Небезызвестному менделисту-морганисту профессору Петрову.

Петров заведует кафедрой генетики в университете, по совместительству заведует кафедрой селекции плодовых и овощных культур в сельскохозяйственном институте. Петров читает курс генетики в зооветинституте и пединституте. Он не пропускает ни одного совещания, заседания, при случае и без случая, чтобы в самой отвратительной форме не ошельмовать мичуринского направления и лично академика Лысенко.

Кроме того, в университет и сельскохозяйственный институт периодически вызывается «подкрепление» из Москвы – профессор Дубинин – для чтения лекций студентам, аспирантам и научным работникам, причем лекции эти широко рекламируются, а их автору создается ореол лучшего ученого-генетика.

Петров категорически запрещает студентам и аспирантам читать книги Лысенко, преследует всех, кто в какой-либо форме высказывается за мичуринскую генетику. И после всего этого менделисты набираются смелости говорить, что мичуринцы зажимают менделистов-морганистов!

Нет, к сожалению, получилось так, что многие сельскохозяйственные и биологические вузы страдают от засилия менделистов-морганистов. Это положение должно быть исправлено. Ведь там формируются специалисты сельского хозяйства, специалисты-биологи.

Нам нужно обязательно, чтобы студенты учились на основе правильной теории – мичуринской генетики, ведь это будущие строители коммунизма, которые должны по указаниям нашей партии, товарища Сталина добиваться новых успехов в сельском хозяйстве на благо нашей социалистической Родины. (Аплодисменты.)

Академик П.П. Лобанов.Слово имеет профессор Б.А. Рубин.

Б.А. Рубин (Институт биохимии имени А.Н. Баха Академии наук СССР). В эволюционном учении одно из центральных мест занимает проблема взаимоотношений организма с внешней средой. Академик Т.Д. Лысенко в своем докладе уделил данной Проблеме много внимания и с полным основанием подчеркнул громадное значение, которое имеет правильное, мичуринское понимание сущности этих взаимоотношений для деятелей агрономической науки и для работников всех отраслей биологии. В самом деле, стремясь постичь внутренний смысл химических особенностей организма, особенностей процессов обмена веществ в этом организме, биохимик не может рассматривать эти процессы, не учитывая влияния, которое оказывают на их ход внешние условия. Именно здесь лежит ключ к пониманию того, как осуществляется целесообразная реакция организма на внешнее воздействие, реакция, обеспечивающая нормальное развитие организма и, что наиболее интересно для биохимика, синтез определенных органических веществ.

Внимание биохимиков, занимавшихся этой проблемой, до последнего времени было сосредоточено на так называемой географической, или климатической, изменчивости химического состава растений, представляющей пример нестойкого приспособления в онтогенезе.

Трудами главным образом русских, советских ученых установлено много весьма ценных и важных фактов, касающихся зависимости химического состава растений от условий внешней среды. В то же время в этих исследованиях оставался незатронутым вопрос о сущности влияния, оказываемого средой на ход процессов обмена, о причинах, определяющих специфический характер реагирования растений различных групп на внешнее воздействие. Материалы, полученные в этих исследованиях, при большой их ценности, вовсе не касались важнейшего вопроса о внутренней природе приспособительных реакций растения к условиям внешней среды. Исходя из учения А.Н. Баха и А.И. Опарина о биологической роли ферментов в растительном организме, необходимо при изучении данной проблемы отводить основное внимание не установлению содержания в тканях растения тех или иных химических соединений, а исследованию процессов, приводящих к синтезу этих продуктов.