Читать онлайн «О положении в биологической науке». Страница 139

Вот уже четвертый год плодоносят гибридные деревья от скрещивания вегетативного гибрида вновь с яблоней, и гибриды все продолжают приносить грушевидные плоды. Единственное средство спорить против этого неоспоримого факта, это заявлять, что хотя полученные плоды на яблоне и похожи на грушу, однако этого не может быть.

П.М. Жуковский. А вы знаете дикую яблоню с грушевидными плодами?

И.И. Презент. В данном случае ведь было произведено скрещивание не с дикой, а с культурной яблоней, и где же вы видели, чтобы при прививке одного культурного сорта на другой, тоже культурный, получился дичок? Правда, вы можете возразить, что так иногда бывает при половом скрещивании. Принимаю такое возможное возражение, однако и оно говорит в пользу того, что я доказываю. Ведь если принять такое возражение, что при прививке проявился некий дичок с грушевидными плодами, то это лишь доказывает, что вегетативный гибрид может давать такой же эффект, как и половой. Нет у вас выхода, академик Жуковский. Не придумаете его, гарантирую!

Говорят, нет вегетативных гибридов. А известен ли вам, академик Жуковский, такой случай, который был в Тимирязевской академии. Некоторые сотрудники этой Академии, вопреки насаждаемому в этой Академии духу неприязни к мичуринскому учению и методам (кстати укажу, академик Немчинов, что мичуринцы все же у вас в Академии есть, и могу вас утешить, что их скоро будет еще больше) (смех), некоторые мичуринцы в Тимирязевской академии провели вегетативную гибридизацию и высеяли семенное потомство гибридов. Так как это были вегетативные гибриды помидоров на дурмане, то и была вывешена предостерегающая надпись: «Осторожно, плодов не рвать, опасно». И все-таки, не по неверию, понятно, в вегетативные гибриды, а просто по незнанию, проходящие срывали эти плоды и попадали потом в больницу.

Если и этих фактов мало, то могу напомнить, что на экспериментальной базе Академии Горки Ленинские, незадолго перед войной были привиты помидоры на паслен. Не только в самих гибридных плодах, но и в семенном потомстве от этой прививки получился довольно приятный острый привкус плодов. Семенного потомства этих вегетативных гибридов было получено так много, что пришлось их плоды сдать в местный кооператив для реализации. Люди из соседних сел, которым, видно, понравился этот особый вкус гибридных плодов, приходили в кооператив и запросто спрашивали: «Отпустите килограмм вегетативных гибридов». Это все были простые люди, ценящие плоды по вкусу, а не по названию. Академик же Жуковский и здесь наверняка вышел бы из положения и, покупая помидоры вегетативных гибридов, говорил бы: «Отпустите мне килограмм мутаций».

Много басен рассказывают морганисты о мичуринцах. Морганисты пользуются этим оружием за неимением другого, лучшего. Так, в своем выступлении академик Жуковский сказал, что он слышал от кого-то, будто Лысенко и его единомышленники объявили несуществующим открытое русским ученым С.Г. Навашиным двойное оплодотворение, приводящее к образованию эндосперма.

Я спрашиваю: кто развивает прогрессивную сторону работ С.Г. Навашина? Что сделали морганисты, чтобы явление и эффект двойного оплодотворения теоретически объяснить с дарвинистских позиций? Ничего. А мы, скромные мичуринцы, подняли и исследуем эту проблему под углом зрения теории биологического прогресса, разработанной другим крупным русским ученым А.Н. Северцовым, с позиций дарвиновско-мичуринского учения о пользе оплодотворения вообще и перекрестного оплодотворения в особенности. Я позволю себе вкратце здесь указать, что, экспериментально работая над этим вопросом, я пришел к выводу, что двойное оплодотворение имеет тот же биологический смысл, что и оплодотворение вообще. Благодаря двойному оплодотворению получается пища особого рода, совмещающая в себе видовое богатство приспособления. Двойное оплодотворение, как и оплодотворение вообще, ведет к расширению приспособив тельных возможностей организма, к расширению амплитуды его связей с внешними условиями, при одновременной меньшей морфологической зависимости развивающегося организма от колебаний внешней среды. Это и есть тот общий подъем жизнедеятельности, который академик А.Н. Северцов определил как «ароморфоз». Эффект этого вида ароморфоза противоположен инцухту. И когда мы в наших экспериментах снимали продукт двойного оплодотворения, т.е. эндосперм, выращивали растения из изолированных от эндосперма зародышей, то получали явление, аналогичное инцухту: растения устойчивых выровненных сортов оказывались чрезвычайно разнообразными, изменяли признаки, вплоть до разновидностных. Это относится к негибридным и, в еще большей степени, к гибридным формам. Что касается последних, то я позволю себе ответить еще на одно утверждение академика Жуковского, заявившего, что он не знает исключения из правил Менделя. Он был бы гораздо ближе к истине, если бы сказал, что не знает подтверждения этих правил. Что же касается исключений, то позвольте вам продемонстрировать следующее (демонстрация). Вы говорили, академик Жуковский, что правила Менделя являются твердо установленными.

П.М. Жуковский. Для однолетних самоопылителей.

И.И. Презент. Позвольте вам продемонстрировать гибридные растения пшеницы от скрещивания безостого опушенного сорта с остистым неопушенным. Как видите, это самоопылители и притом однолетние. Так вот извольте сказать, какое же это поколение? По-вашему и по Менделю это ведь не может быть первым, поскольку здесь имеются в одном и том же поколении и остистые и безостые формы, и опушенные и неопушенные. Но это именно первое поколение. И для получения такого «расщепления» достаточно было вырастить гибридные растения в первом поколении из изолированных от эндосперма зародышей, лишить их гибридной пищи.

Уважаемые товарищи! Наши менделисты-морганисты ныне пытаются выдавать себя за дарвинистов, называя иногда себя доподлинными дарвинистами или еще ортодоксальными дарвинистами. И, конечно, таким дарвинистом в первую очередь провозглашается академик И.И. Шмальгаузен.

Я давно ждал, что если у академика Шмальгаузена есть какие-либо замечания или опровержения на сделанный мной анализ его работ как антидарвинистских, то он выскажет их перед лицом научной общественности. И вот уже прошло два года, а академик Шмальгаузен, не выступая в научной печати по данному вопросу, одновременно пишет всюду заявления, жалуется, что Презент его искажает. Но ведь эти заявления не заменяют научной аргументации. Наконец, после долгих усилий удалось упросить академика Шмальгаузена выступить здесь, с этой научной трибуны.

Голос с места. Он же болен.

И.И. Презент. Два года болен? Если он болен и не может писать опровержения, то почему же он здоров, когда пишет на меня заявления?! (Смех.)

Сегодня академик Шмальгаузен заявил, что он доподлинный дарвинист и никаких отступлений от Дарвина в его работах найти нельзя.

Полностью разбирать ошибки Шмальгаузена – это значит строка за строкой цитировать его работы. Я не имею этой возможности; поэтому остановлюсь только на некоторых его ошибочных положениях.

Укажу, прежде всего, на такой парадокс. Шмальгаузен объявляет себя врагом Ламарка. Известный буржуазный биолог идеалист Копп является одним из крупнейших столпов идеализма в биологии, берущего из учения Ламарка самое гнилое, самое отсталое, отбрасывающего при этом прогрессивные и материалистические стороны учения Ламарка. Как известно, Копп обнародовал так называемую «доктрину неспециализированного».

Сущность этой доктрины заключается в том, что всякое новообразование может иметь своим источником только неспециализированную организацию живых существ и чем больше идет процесс специализации организма и его свойств, тем меньше шансов для всякого рода новообразований. Из этой «доктрины» последователи Коппа сделали соответственные выводы. Они говорят: мог ли, например, человек произойти от какого-либо предка современной обезьяны? И, просмотрев всех ископаемых обезьян, доказывают, что любой из них присущи в какой-то мере черты специализации. Ведь, на самом деле, моря и континенты никогда не были заселены схемами, а были заселены приспособленными, в какой-то степени специализированными, организмами. И если «доктрина неспециализированного» права, то предком человека нельзя считать ни одну из ископаемых обезьян и человек имеет свой собственный, независимый от всех остальных животных, источник происхождения. Нетрудно видеть, что такого рода аргументация является полностью антидарвинистской, открыто ведет к поповщине.

Наши крупные русские ученые, такие, как академик Сушкин, опровергли эту ложную антинаучную копповскую «доктрину», а академик Шмальгаузен, несмотря на всю абсурдность копповской «доктрины», ее принимает. При этом Шмальгаузен прославляет Коппа в книге «Проблемы дарвинизма». А ведь указанную книгу Шмальгаузен с этой трибуны рекомендовал как вполне мичуринскую и дарвинистскую.