Читать онлайн «О положении в биологической науке». Страница 124

Врачи дали мне некоторое истолкование конституциональной разницы между мною и Ефимом Федотовичем. Врачи уверяют, что гипертоник (человек с повышенным кровяным давлением) имеет меньше шансов дожить до почтенного старческого возраста и больше шансов на быструю, внезапную смерть, без длительных предсмертных мучений.

Из этого врачебного прогноза я делаю некоторые выводы, очевидно, противоположные тем, которые может делать Для себя Ефим Федотович. Ефим Федотович может не торопиться высказать свое мнение. У него кровяное давление низкое. (Смех, оживление в зале.)

У меня кровяное давление высокое. Я откладывать не могу. Академик Перов даег мне с места врачебный совет не волноваться. Да, Сергей Степанович, если жить для того, чтобы продлить свое существование, хотя бы в виде вегетации, то волноваться действительно не нужно. Но мне кажется, что волноваться должно. Речь идет о слишком серьезном и важном деле, поэтому оставаться спокойным нельзя.

У многих зоотехников, а в еще большей степени у незоотехников, существует совершенно ложное представление о породе и процессе породообразования.

Голос с места. О породном районировании.

Д.А. Кисловский. Да и о породном районировании. Это одно с другим связано. Здесь много вредного упрощенчества.

Товарищ Сталин нас учит, что ни одно явление не может быть понято, если его взять в отрыве от определяющих его условий. Каковы же основные определяющие условия образования пород, в чем внутренняя сущность породы, и компетентны ли биологи, игнорирующие зоотехническую практику и ее теоретическое осмысливание, в вопросе о породе? Я скажу, что не компетентны.

Тот высокомерный по отношению к практике биолог, который держит себя по отношению к зоотехникам так, как в выше цитированном отрывке из Ленина относились «друзья народа» к практикам, не может понять сущности породы. Не надо забывать, что величайший теоретик в мировой истории Владимир Ильич Ленин не зря дал такую формулировку: «Практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности, но и непосредственной действительности» (Ленин, Философские тетради, стр. 204).

Существенными условиями, определяющими сущность породы, без учета которых всякое понимание породы неизбежно будет превращено в бессмыслицу, есть то, что порода – продукт производства.

Может быть многие сочтут, что я не прав, но меня коробит, когда говорят: «Основная задача Академии сельскохозяйственных наук есть агробиология». По-моему, основная задача Академии сельскохозяйственных наук состоит в том, чтобы разрабатывать теорию сельскохозяйственного производства при социализме. Это ко многому обязывает. Агробиология здесь должна играть лишь роль одного из средств, которое поднимает производство.

Основным и ведущим фактором породообразования есть люди, их организованный труд. К сожалению, на этом подробно остановился лишь заместитель редактора газеты «Правда Украины», большинство же обращали главное внимание на биологию. Человеческий труд создает породы. Порода есть продукт человеческого труда, человеческой воли, человеческой мысли. Порода есть созданная человеческим трудом ценность. А кто читал Маркса знает, как тонко он высмеивал всех тех, которые думают, что элемент ценности в предмете можно увидеть при помощи химии или микроскопа. Ценность есть материализированный труд. Сама техника – прогрессивный момент. Производственно ценный труд должен вдохновлять и теоретическую науку. Эгот труд дает ей все время новый материал для обобщений и анализа.

Я в своей научной работе занимался анализом практики племенной работы с целью вскрыть те технические приемы развивающегося капиталистического племенного дела, которые должны были войти в противоречия с капиталистическими отношениями.

Я считаю, что в нашей практической зоотехнической работе нельзя руководствоваться теориями, построенными только на основе биологии. Основным материалом зоотехнической теории должны быть факты самой зоотехнической практики, подвергшиеся марксистскому анализу.

Анализируя развитие практики капиталистического племенного животноводства, я установил два момента, в которых практика вошла в конфликт с капиталистическими производственными отношениями, в которых общественные отношения капитализма оказались тормозом для реализации и дальнейшего развития тех новых производственных перспектив, на которые способны возникшие при капитализме производительные силы.

Первым таким моментом, зародившимся, но приостановившим свое развитие, была необходимость индивидуального подхода к Каждому отдельному животному (и при уходе, и при содержании, и при подборе, и т.д.). Необходимость этого прогрессивные (технически!) заводчики осознали, но не смогли реализовать из-за антагонистических взаимоотношений между заводчиками и их «рабочими руками» (при индивидуальном подходе одних рук мало, необходима еще напряженная и глубокая деятельность ума!). Поэтому мы по-настоящему узнали и смогли правильно оценить те богатые возможности, которые сулит индивидуальный подход лишь при развитии стахановского метода в животноводстве! Здесь очень во многом помогает и должна помочь мичуринская генетика.

Второй прогрессивный момент, возникший в поступательном развитии производительных сил капиталистического животноводства, состоит в том, что разведение отдельных животных не имеет длительно-прогрессивного успеха. Для этого необходимо разводить большие, организованные при своем эволюционном направлении, группы животных – породы. Надо понять, что порода и животное – это не одно и то же.

Метафизики от зоотехнии из-за животных не видят породы или хотят видеть породу: Шаумян – в кровяном давлении, Жебрак – в хромосомах. Одно другого не лучше. Порода есть большая группа животных, находящихся в специфических взаимоотношениях в своем эволюционном поступательном движении. Проникновенный ум Павла Николаевича Кулешова еще в 1910 г. определил примерный объем, который должна иметь группа, чтобы именоваться породой. Он понял, что количество должно достигнуть определенного уровня высоты, чтобы произошел качественный скачок, чтобы из простой суммы индивидуумов возникла порода. Советская зоотехническая наука подтверждает высказывание Кулешова, но уже с определенной теоретической трактовкой и определенным теоретическим анализом.

Но порода не аморфная смесь «нескольких тысяч превосходных животных», порода есть целое, порода расчленяется на части. Это расчленение на качественно (по наследственности) различные части обогащает эволюционные возможности породы как целостной группы. Порода, рассматриваемая в совокупности, имеет большие эволюционные возможности по сравнению с теми, которые получаются от суммирования эволюционных возможностей, присущих всем отдельным индивидуумам, рассматриваемым изолированно, вне взаимных связей.

Части породы, разделенные громадными пространствами, не только могут, но и должны находиться во взаимосвязи. В каждой экологически различной обстановке вырабатываются качественно различные приспособления. Некоторые из этих приспособлений, выработанных в далеко расположенной от нас части породы, могут быть использованы и в другом месте. Достигается это обменом производителей между частями.

Порода, отдельные части которой развиваются в разных экологических условиях и находятся во взаимосвязи, несомненно. должна иметь большие эволюционные возможности, чем если бы каждая из этих частей в своим эволюционном развитии была изолирована от прочих, признана отдельной породой.

Порода есть большая общественная ценность. К проблеме породы, породообразования, пространственного размещения пород, к вопросам взаимосвязи племенного и пользовательного животноводства и к многим другим проблемам необходимо подходить как к важнейшим и сложнейшим проблемам советской экономики.

Проблема развития племенного животноводства в докладе академика Т.Д. Лысенко развита недостаточно и на недостаточно высоком теоретическом уровне. В целом же, несомненно, доклад правильно и политически верно заострил внимание на важнейших недостатках современного положения в биологической науке. Я считаю, что развернувшиеся прения достаточно ясно показали, что на идеологическом фронте науки у нас имеются большие недостатки. Преодолеть эти недостатки штурмовщиной нельзя. Тут требуется длительная систематическая воспитательная работа по искоренению пережитков буржуазной идеологии в сознании некоторых советских людей.

Воспитание социалистического сознания у будущих специалистов сельского хозяйства возложено на высшие учебные заведения. При подготовке советских агрономов и зоотехников на эту сторону дела надо обратить самое серьезное внимание. Но, мне кажется, мало будет сделано, если ограничиться заменой формальной генетики мичуринской. Вся система современного воспитания молодого специалиста у нас поставлена так, что ему, в соответствии с неверным положением о примате «чистых» наук над производственными дисциплинами, всячески внушается раболепие перед естествознанием и чуть ли не презрительное отношение к производству. Вспомним, каких трудов стоило добиться, чтобы молодые специалисты, окончившие Академию, не уклонялись от посылки на производств;). Если бы студентам прививалось ленинское положение о слиянии теоретической и практической работы в одну работу, то они должны были бы сами рваться на производство. При современном положении, приходящие ко Мне на III курс студенты-зоотехники бывают искренне удивлены тем, что они все еще не избавились от «теорий». Их так воспитывают, будто, раз открыты и показаны эти пути, кончается теоретическая работа и начинается лишь работа чисто практическая, Перед нами стоят большие и трудные задачи, но я уверен, что советская общественность, советская власть, наша большевистская партия под водительством товарища Сталина так же преодолеют их, как были преодолены трудности, стоявшие в прошлом на пути нашего общественного развития! (Аплодисменты.)