Читать онлайн «Хмельницкий (Книга вторая)». Страница 70

И Конецпольский рассуждал вслух:

- Инфляндцы - это капля шведской крови и в роду королей Речи Посполитой... Не эта война должна принести мне славу выдающегося полководца, достойного преемника самого Жолкевского!

И эта назойливая мысль не давала ему покоя именно в тот момент, когда он должен трезво решить: возглавить ли ему карательную экспедицию на Украину или ограничиться подкреплением уже направленных туда королем войск?

Поэтому, получив дополнительные сведения из коронной канцелярии о том, что король весьма озабочен событиями на Украине, Конецпольский с курьером, доставившим ему письмо Сигизмунда III, послал уведомление из Бара, что сам идет со своими войсками на усмирение взбунтовавшихся хлопов.

"Обеспокоенный событиями в Киеве и на Приднепровье, сам отправляюсь в Белую Церковь и Черкассы. Намереваюсь войска карательной экспедиции объединить с войсками из Бара, немецкими рейтарами и полками Потоцкого и Тишкевича, которые по приказу вашего величества двинулись на Украину. Мне кажется, ваше королевское величество, на Украине надо защищать не униатскую веру, а честь Речи Посполитой!.. Турецкие султаны господствовали в покоренных ими странах с православным населением до тех пор, покуда не стали насаждать там мусульманство... Но за мученическую смерть в Киеве представителей святейшего папы римского Урбана мы должны сурово наказать виновных, чтобы поднять в этих землях престиж королевства вашего величества! Мы должны положить конец этим беспорядкам и проводить королевскую политику в этом краю. Правильно ли мы проводим ее - не мне, покорному слуге вашего величества, судить. Но я считаю, что Короне следовало бы найти опору среди украинских хлопов, предоставив наиболее выдающимся и влиятельным из них шляхетство и соответствующие привилегии!.. Дальновидный хозяин волкодавами и псарню охраняет!.."

Так рассудительно писал коронный гетман своему королю, выезжая из Бара. Воевода Хмелевский возглавил двухтысячную армию нерегулярного войска. А гетман с несколькими полками гусар, с отрядами немецких рейтар, четырьмя пушками, с обозом ядер, пороха, средств долговременной осады двинулся на Украину.

Казацкий гонец неожиданно прискакал из Канева в Сечь. Белая пена падала из-под удил оседланного коня, выступала из-под подпруг седла. На коне прискакал Роман Харченко, прозванный Гейчурой.

- Мне к наказному. Где он? - торопливо спросил юноша, ведя разгоряченного коня.

- Кто же ты будешь, откуда прискакал? - допрашивал его пожилой запорожец, охранявший вход в курень наказного атамана.

- Разве по коню не видно, кто я? Зачем за здорово живешь я гнал бы такого коня? - с достоинством ответил гонец. - Не видишь разве, папаша, что я гонец из Канева! Пустите меня к наказному. Скажите, Гейчура прибыл, - меня знают.

- Гейчура? Так ты и есть тот Гейчура, которого под Васильковом ранило?

- Вот это другой разговор! А то... допрашиваете тут. Что-то не помню я вас, папаша, в том бою.

- Не помнишь потому, что я там не был. А зовут меня Оныськом вот уже шестьдесят лет. А о Гейчуре и тут был разговор. Тебя же в терехтемировском шпитале оставили.

- Когда это было, отец!.. Так есть пан наказной или нет? - нетерпеливо спросил Гейчура, привязывая коня.

Приоткрылась дверь из куреня, и оттуда донеслись голоса споривших, а вскоре вышли несколько представительных полковников разного возраста. Они, выходя, продолжали спорить.

- Видишь? - спросил Онысько. - Советую и тебе, казаче, идти на Круг. Потому, что сейчас казаки собираются выбирать наказного, готовятся к морскому походу...

Но возле Гейчуры уже остановились старшины и полковники, вышедшие из куреня.

- Что это за гонец, откуда? - спросил голый по пояс рослый старшина, искусанный луговой мошкой. Вьющиеся густые волосы на груди серебрились сединой, как и оселедец на блестевшей от загара бритой голове.

- Да это же я, пан Нестор, Гейчура! Дай бог вам доброго здоровья. От каневцев я...

- Роман Гейчура!.. Гляди, выздоровел уже. Не гонцом ли прибыл к нам на таком коне? Здравствуй, здравствуй, казаче!

- Гонцом, пан полковник! К наказному послали меня каневцы. Там такое...

- Погоди, если к наказному. Айда на круг, там наказного сейчас будем выбирать. Готовимся к морскому походу. Хочешь с нами?

- Не на море надо было бы, батько, готовиться. Польские полковники с войсками и пушками на Украину хлынули!

Гейчура не только сообщал об угрожающих событиях, но и советовал старшинам и полковникам, как опытный воин. Весь Каневский полк снимается и идет вдоль Днепра на соединение с черкассцами, чтобы вместе встретиться с запорожцами!

Сообщение неожиданного гонца ломало все планы запорожцев. С каким усердием они готовили чайки, подбирали рулевых и старшин для морского похода! Ни одного реестрового казака не брали с собой в этот свободный поход. Полковники и старшины собрались у куренного атамана на совет, готовясь избрать старшого этого похода. Недолго спорили, выдвинув на такой ответственный пост Михайла Дорошенко. Старый, опытный казацкий полковник всегда был правой рукой и у Сагайдачного.

Большой Круг запорожцев, собравшийся на лужайке, окруженной столетними осокорями, уже поджидал старшин и полковников, совещавшихся у кошевого. Разбившись на группы, казаки стояли или лежали под кустами, обсуждая, кого выбрать наказным в этом морском походе. Большинство из них были оголены до пояса, хотя уже наступил конец лета. Но все они вооружены, чисто выбриты, а длинные оселедцы свисают у них за ушами. Из рук в руки передавали расписные табакерки, рожки с нюхательным табаком. Время от времени раздавались взрывы хохота, аппетитное чиханье, выкрики.

- Братья казаки, просим внимания! - обратился к запорожцам кошевой атаман Олекса Нечай, тяжело поднимаясь на бревна.

Его окружили полковники, сотники, есаулы. Срубленные деревья служили им помостом. На эти бревна и поднимались атаманы. Собралось более полусотни известных каждому казаку атаманов, отличившихся "в бурях своей фортуны", как говорили в казацкой среде. Острянин что-то говорил куренному, когда они торопливо взбирались на помост. Михайло Дорошенко до сих пор еще спорил с Нестором Жмайло.

- Не время, говорю тебе, Нестор, не время. Такая хорошая погода! А неделя нашей казацкой осени целую зиму кормит! Этому учили нас отцы...

- Вернешься ли, Михайло, с добычей на кош, ежели и впрямь коронные гетманы со своими войсками преградят нам путь? - горячо возражал Жмайло. Конецпольский не потащится на Днепр, чтобы только подразнить наших людей. Нужно разобраться, пан Михайло. Разобраться и сначала тут навести порядок. А идти на турок вместе с крымчаками или без них можно и зимой. Да и эта неожиданная дружба с крымчаками в такую пору не по душе мне. Не с крымчаками бы надо союзничать казакам...

Иван Сулима, стоявший на помосте, протянул руку Жмайлу, чтобы помочь ему подняться.

- Горелым запахло, брат Нестор! Не время сейчас думать о походе, да еще с такими ненадежными союзниками...

Казаки поднялись с бревен, с земли. Теснее сбивались группы, затихали разговоры. Нечай уже стоял на помосте, впереди полковников. Он откашлялся и сообщил казакам неприятную весть, принесенную гонцом из Канева:

- Около трех тысяч вооруженных каневских казаков отошли на Черкассы. Очевидно, не от хорошей жизни пришлось им на зиму сниматься с насиженных мест. Да пускай сам казак Роман обо всем вам скажет.

- Каневские полковники уже собрали казаков, чтобы отходить, когда меня послали к вам, - громко начал Роман. - Два полка королевских войск вышли из Белой Церкви. Следом за ними идет и сам коронный гетман со своими чванливыми гусарами, пушками и немецкими рейтарами. На письменный запрос Каневского полковника Потоцкий не ответил. Думаю, братья казаки, что не с добрыми намерениями и не в гости идут они.

Дорошенко протянул вперед руку, отстранил речистого казака и, заняв его место, продолжал:

- Панове казаки! Коронные войска, как мы знаем, не впервые приходят на Украину. Ясное дело, без надобности король не послал бы их сюда вооруженными до зубов... Да как будто бы и нет никакого повода... Разве что проклятые снова собираются реестры пересматривать. Я советую, товарищество наше запорожское, послать навстречу коронным шляхтичам доверенных людей с полковником...

- Доколе будем им кланяться да просить?! - воскликнул стоявший среди казаков старшина Дмитрий Гуня. - Кланяемся, упрашиваем, а они прут. Реестрами, словно путами, хотят стреножить наших людей, узду надеть на нас, чтобы остальных легче было гнать на панскую ниву!

- Не горячись, Дмитро, - прервал его Нечай. - Для того чтобы управлять казацкими войсками на Украине, мы прежде всего должны избрать наказного атамана.

- Зачем избирать его? - снова выкрикнул кто-то. - Чтобы стать перед Потоцким на колени, просить мира и милости, для этого наказного не нужно.