Читать онлайн «Битвы, изменившие историю». Страница 34

В тот момент произошла необычная ситуация в династической историй Габсбургов. Ни один из сыновей императора Максимилиана II не имел детей, и возникла кандидатура Фердинанда Штирского, воспитанника иезуитов, на обладание наследием Габсбургов, за исключением Испании и Нидерландов. Это не слишком обрадовало протестантов и дало повод для трений в Богемии. Подобно большинству восточноевропейских государств, она представляла собой выборную монархию. И в 1617 году, когда последний из бездетных сыновей Максимилиана император Матиас стоял уже одной ногой в могиле, богемских выборщиков убедили избрать Фердинанда Штирского королем.

Император Матиас больше интересовался упрочением личной власти и очень мало внимания уделял вопросам религии. Его предшественник Рудольф II, отличавшийся меланхоличным характером, предпочитал прочим занятиям искусство и издал так называемый «Маестат», даровавший протестантам полную свободу вероисповедания. Указ был исполнен; в 1617 году, когда Фердинанда избрали королем, протестантов в Богемии было больше, чем католиков. Но в один момент все переменилось; власть получили иезуиты. Крестьян, отказавшихся принять католичество, отправляли в ссылку; в городские советы допускались только католики; известно не менее двух случаев, когда были снесены протестантские церкви.

В оппозицию вошли силы, отчасти преследовавшие политические и династические цели. Вся история немецких земель со времен Карла Великого — это история стараний династий Виттельсбахов, Веттинов, Церингенов, Гогенцоллернов и других по укреплению своей независимости, что подразумевало сопротивление владычеству австрийской династии. В то время, о котором идет речь, Гогенцоллерны играли незначительную роль, Веттинов представлял один из их слабейших отпрысков, а главой Виттельсбахского дома был Максимилиан II Баварский (не путать с императором Максимилианом II), который, как Фердинанд, был воспитан иезуитами и от всей души поддерживал его религиозные начинания. Согласно воззрениям эпохи, богемским протестантам нужен был титулованный вождь, правитель королевской крови, и они выбрали в таком качестве Фридриха из рода Циммернов, пфальцграфа и мужа английской принцессы Елизаветы, что должно было гарантировать некоторую финансовую поддержку из Англии. (Интересно, что в течение многих лет финансовая помощь со стороны Англии или надежда на такую помощь оказывала на политиков континентальной Европы большое влияние.)

23 мая 1618 года в Пражских Градчанах состоялось заседание протестантских штатов Богемии; они денонсировали католический регентский совет, правивший страной от имени Матиаса, выбросили двух членов совета из окна и назначили около тридцати человек временным правительством. Это событие получило название Пражской дефенестрации[10] и положило начало Тридцатилетней войне. Граф Матиас Турн, вождь протестантов, признал, что совершил акт восстания, и сразу приступил к сбору войск, но мало чего достиг, поскольку располагал скудными собственными ресурсами и не ожидал финансовой поддержки из Англии. Армия Фердинанда той же осенью перешла богемскую границу и принялась жечь деревни, но серьезных схваток не было до марта 1619 года, когда после смерти императора Матиаса, умершего от удара, богемские штаты на своем заседании объявили Фердинанда смещенным и выбрали королем Фридриха.

Известие о происходящем достигло Франкфурта-на-Майне как раз во время официальных выборов, которые должны были утвердить нового императора, наследника Матиаса. В Священной Римской империи такое право голоса имели семь выборщиков. Тремя из них были епископы Майнца, Кельна и Тревеса, и в их преданности католической церкви не приходилось сомневаться; еще тремя были протестанты курфюрст Бранденбургский, курфюрст Саксонский и курфюрст Пфальца; и седьмой — выборщик от Богемии. Таким образом, если бы Фердинанда не выбрали королем Богемии, он не смог бы стать императором. Ему было необходимо завоевать Богемию, а он не имел ни достаточного количества денег, ни достаточного количества войск. Его единомышленник Максимилиан Баварский предложил Фердинанду помочь тем и другим в обмен на передачу ему прибыльного курфюршества Баварского. Тогда министры испанского короля Филиппа III, который был слишком глуп, чтобы жить своим умом, прислали свою помощь в виде финансовых средств и испанской армии из Нидерландов, поскольку Испания, вступившая вместе с Фердинандом в Католическую лигу, решила оказать ему содействие в вопросах веры.

Ушло некоторое время, чтобы эти силы пришли в движение, и армия не переходила богемской границы до июля 1620 года. Поход Фердинанда имел большое значение; он вывел на арену действия Иоганна Церкласа фон Тилли, в то время шестидесяти одного года от роду, профессионального солдата родом из Брабанта, который начинал простым пикинером и проложил дорогу к власти в битвах с турками, французами и всеми теми, кто нарывался на драку. Это был непревзойденный мастер, в совершенстве овладевший испанским боевым построением, основанным на прочных блоках пикинеров с расставленными по углам мушкетерами, пушками по фронту и кавалерией с флангов, прошедших через всю Европу. В 1610 году он поступил на службу к Максимилиану Баварскому; Максимилиан сделал его генералом Католической лиги и главнокомандующим войск, предназначенных для вторжения в Богемию. 8 ноября 1620 года фон Тилли и его армия столкнулись с протестантами на Белой горе в окрестностях Праги.

Подробности не имеют существенного значения. Протестантская армия, составленная из феодальных новобранцев, и минуты не могла продержаться против железных испанских терциариев, которые разнесли ее в пух и прах. В то же время Амвросий Спинола с войском из испанских Нидерландов занял большую часть Пфальца, после чего Фридриха прозвали Зимним королем: процарствовать в Праге ему удалось всего одну зиму.

Эта двойная неудача разрушила Евангелистский союз протестантских правителей, созданный для противостояния Католической лиге. Фердинанд продолжал действовать в соответствии со своим государственным принципом: «Лучше править пустыней, чем еретиками». Пфальцское курфюршество по уговору было передано Баварии, а на Богемию обрушились репрессии. Казни подверглись всего двадцать семь человек, но более семисот дворян и помещиков лишили имущества и приговорили к ссылке, если они откажутся признать господство католической церкви. Протестантские храмы закрывали или сносили; учителям и профессорам из протестантов дали три дня на то, чтобы покинуть страну; доходами Пражского университета стали распоряжаться иезуиты; богослужения любых конфессий, кроме католической, были запрещены; те, кто пожелал уехать за границу, должны были оставить все свое имущество. Не прошло и двух лет, как почти половина земельной собственности в Богемии перешла во владение Фердинанда, и он объявил, что готов все отдать за наличные, которых ему, как всем герцогам Австрии и императорам Священной Римской империи, всегда не хватало.

Такую же экономическую ошибку допустил герцог Альба в своих стараниях водворить католичество в Нидерландах. Среди тех, чье имущество было конфисковано, большинство составляли протестанты, но попалось и несколько добрых католиков, которые считали передачу почетной обязанности избирать императора и поступки не признанного ими короля нарушениями прав и вольностей. Того же мнения придерживались и в других частях Священной Римской империи, например курфюрст Иоганн Георг Саксонский, лютеранин, питавший отвращение к кальвинистам Бранденбурга и Пфальца и до сих пор стоявший за Габсбургов, хотя без особого, рвения. Возможно, Фердинандом двигали только религиозные побуждения, но когда религиозный пыл приносит такую прекрасную прибыль, то возникает по меньшей мере подозрение, что он не так бескорыстен. Более того, если признать исключительную религиозность его мотивов, то методы их осуществления вызывают опасения. Фердинанд практически истребил богемское дворянство и заменил его немецким, испанским и итальянским. Если это свершилось в Богемии, значит, могло произойти где угодно, поэтому никто не мог быть уверенным в своей безопасности.

А Фердинанд продолжал убеждать, что так оно и есть. В Пфальц прибыли протестантские дворяне и наемники; фон Тилли разбил всех в ряде сражений, и Фердинанд приступил к такой же бескомпромиссной контрреформации, как и в Богемии. В Пфальце и Австрии, где он обещал дворянам свободу вероисповедания, начали изгонять протестантских священников, передавать иезуитам храмы и университеты, в том числе Гейдельбергский университет, старинный интеллектуальный центр кальвинизма. Его знаменитую библиотеку, одну из самых выдающихся в Европе, увезли в Рим, и в дальнейшем большинство ее книг пропало неизвестно куда.