Читать онлайн «Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г. - май 1944 г.). Документы свидетельствуют». Страница 43

зенитная оборона судна не была обеспечена, а поэтому авиации противника была облегчена атака.

Из-за ошибок капитана и экипажа этого судна оно было потоплено, в связи с этим прибывавшие затем суда грузились войсками из других групп, предназначенных к эвакуации.

д) Из докладов (приложения 5–6) видно, что на причалах Казачьей и Камышовой бухт суда, которые должны были туда подойти, не появились, поэтому там был также нарушен план посадки на корабли.

е) Из доклада (приложение 6) видно, что командир самоходной баржи не имел ясного приказа, а если имел, то не выполнил: все плавсредства нагружать максимально допустимо, ибо такие действия в условиях нехватки тоннажа были необходимы. Такие приказы обязано было отдавать морское командование. Таково было требование, и его справедливость признавало и морское командование.

Затем из донесения (приложение 6) видно, что пересадка в море на другие суда не осуществлялась, так как судов просто не было. В связи с тем, что не было пересадки, четыре самоходные баржи были вынуждены плыть в Констанцу, в связи с этим мы не смогли забрать еще около 2 000 чел. Это событие в ночь с 11 на 12 мая, безусловно, сильно отразилось на эвакуации. Согласно докладу, одна самоходная баржа пришла вообще пустой.

ж) В абзаце VI параграфа 4 доклада коменданта крепости Севастополь необходимо особенно подчеркнуть: необходимости подачи судов для проведения эвакуации 11.05 в 23.00 неоднократно требовал командир корпуса в течение дня от морского командования. Затем он требовал определенной организации подачи с моря судов к причалам.

4. Командир корпуса предусмотрел, и все подчиненные инстанции [130] знали, что он управляет через свой штаб по радио вопросами эвакуации. Ночью с 11 на 12.05 за его штабом не подошел скоростной катер по вине морского командования и тем самым штаб был оставлен на произвол судьбы. Это потребовало от командира АК самых энергичных действий (см. приложение 7–8).

5. При переговорах 10 и 11.05 между командиром АК и морским командованием нужно было все время напоминать о необходимости планомерной подачи кораблей, но связь между отдельными караванами была неустойчивой. Командир АК требовал внести ясность о количестве тоннажа и времени подачи к местам посадки. 11.05 между 14.00 и 15.00 морское командование доложило, что к 23.00 будет подан тоннаж для 3 500 чел., а также, что другие корабли находятся на подходе. На основании этого войска были ориентированы, что последние части будут сняты в последние часы ночи. Таким образом, считалось, что эвакуация всей массы войск будет обеспечена. Относительно численности войск и с каких причалов будет производиться эвакуация — было ясно, ибо штаб по эвакуации и морское командование имело по этому вопросу все согласованные данные, вопросов со стороны морского командования в это время не возникало.

Общая картина эвакуации в ночь с 11 на 12 мая для морского командования была ясна, было согласовано самое позднее время 23.00, с учетом возможного отклонения.

Также учитывалось сильное воздействие противника, но все же считалось — эвакуация будет проходить нормально, учитывая, что в помощь был создан "плавающий штаб", который самым энергичным путем будет реагировать на своевременную подачу кораблей к месту посадки. Понимание этих взаимоотношений было самым важным для командира АК, и после!3.00 [надо уточнить — Прим. lenok555] он лично со скоростного катера действовал на месте энергично с целью наведения порядка и посадки остатков войск на корабли.

Нет никакого сомнения, что на земле все было сделано согласно приказам и планам для проведения эвакуации.

Из вышесказанного следует:

Эвакуация войск проходила не так, как было приказано и оговорено, управление тоннажем, а именно подачей кораблей к причалам, находилось не в крепких руках.

Отдельные экипажи судов или не имели четких приказов, или их не выполняли, или не выдерживали огня противника с земли и авиации с воздуха.

Многие самоходные баржи, возможно, сами повернули в Констанцу, а поэтому не хватало тоннажа. Не забрали вовремя штаб управления, и это отрицательно сказывалось на эвакуации… Это относится также и к другим причалам, где ждали суда. Что видно из прилагаемых докладов.

Подпись: Хартман

Дело WF-03/5072. лл. 925–930:

Копия

Приложение № 2 к документу 17-й армии,

оперотдел № 2396/44

сов. секр. от 19.05.1944 г.

98-я пехотная дивизия.

Дивизионный штаб, 18.05.1944 г.

Командир

Штамп: Дневник боевых действий.

Приложение № 5440.

Относительно: Эвакуации группы Рейнгарта с малого плацдарма Севастополя.

Командованию 17-й армии.

Копия: командованию 5-го АК. [131]

Во время подготовки к эвакуации с плацдарма Севастополь последних (ведущих бои) войск командир группы эвакуации дивизии майор Керн (командир 3-го дивизиона 198-го артполка) доложил мне, что ему не удается связаться с офицером ВМФ, ответственным за подачу судов к причалам, чтобы с ним своевременно договориться о всех мероприятиях в решающие часы.

Майор Керн до этого времени и после не мог добиться четкого разъяснения ни от морского коменданта Крыма, ни от коменданта крепости Севастополь. Они утверждали, что ВМФ не может указать время, места посадки и тоннаж судов. Моя попытка 10.05 в 22.30 по телефону уточнить эти данные у командира 49-го горно-стрелкового АК также не увенчалась успехом, несмотря на мои замечания, что только отличная связь с войсками, предназначенными к отправке, и ВМФ, и четкое взаимодействие между ними может обеспечить успех. Своевременно налаженная радиосвязь между войсками и ВМФ, а также группой прикрытия (генерал Беме и я) обеспечит успешную посадку на корабли, но такого взаимодействия не получилось. Представители ВМФ заявлили "не вмешивайтесь в наше дело". Мои просьбы направить корабли к причалам Камышовой бухты морским комендантом Крыма и командованием 49-го АК были отклонены. Несмотря на это, я все же в телеграмме просил подавать суда и на другие причалы. (Смотрите приложение). В 5.00 я просил командование корпуса по телефону об этом, но получил ответ, что эти вопросы решает комендант крепости. Затем я послал майора Керна и начальника отдела капитана Шерцлера к начальнику оперативного отдела комендатуры крепости майору Гейчу, чтобы решить возникшие вопросы. При этом им было сказано, что группе Рейнгарта будут предоставлены другие причалы Камышовой бухты и бухты Омега и такой тоннаж, как это было условлено, учитывая количество войск, предназначенных к отправке. Так как майор Гейч заверил меня в этом, я больше не добивался получения новых причалов. В 9.00 меня вызвал по телефону командир корпуса и сообщил, что по последним данным тоннажа будет достаточно.

11.05 около 18.00 командир группы эвакуации 98-й ПД майор Керн прибыл к морскому коменданту Крыма адмиралу Шульцу и неожиданно открылось, что для группы Рейнгарта (9 000 чел.) нет ни одного причала. Майор Керн доложил морскому коменданту Крыма, что это приведет к катастрофе огромного размера. На это ему был дан ответ, что причалы бухт Омега, Камышовая, Казачья предназначены для группы Беме и там находятся 16 самоходных барж.

Я сам узнал об этом разговоре только после прибытия в Констанцу.

В 20.15 на моем КП появился заместитель начальника штаба флотилии этих самоходных барж старший лейтенант Шубель вместе с майором Керном. Он объяснил мне, что имеет задание этими баржами перебросить часть группы Рейнгарта за западную часть Казачьей бухты. Оттуда солдаты должны будут пешком через полуостров Херсонес достичь причалов, где они будут посажены на транспортное судно. Последняя боевая группа должна на самоходной барже уйти в Констанцу. Я договорился с ним, что он заберет штаб дивизии в 22.00 на самоходную баржу на причале Казачьей бухты, чтобы я мог иметь связь с корпусом и полками и чтобы мы могли забрать остатки прикрытия на причалах бухт Камышовой и Омеги.

Было совершенно четко оговорено, что я лично с некоторыми офицерами буду оставаться на месте, пока не закончится снятие войск.

Но на причал 1 Казачьей бухты не прибыло ни одно судно, чтобы снять меня и штаб.

Как я узнал 12.05 в 10.00 уже в море от ст. лейтенанта Шубеля и майора Керна, которые пересели на мой катер, морское командование не имело 16 самоходных барж в своем распоряжении, ибо к этому времени пароход «Хельга» был уничтожен, и самоходные баржи увезли спасшихся прямо в Констанцу. В конечном итоге ст. лейтенант Шубель имел под своим [132] командованием всего шесть самоходных барж. Они по приказу Шубеля подходили к причалам бухт Камышовой и Омеги, а последняя, шестая, с Шубелем на борту должна была подойти к причалу Казачьей бухты. Эта последняя самоходная баржа напоролась на препятствие по пути и не смогла прибыть к причалу. Морской транспорт, который должен был забрать войска, не прибыл к указанным причалам. Так рассказал Шубель. Не доложив об этом мне, суда ушли прямо в Констанцу.