Читать онлайн «100 великих сокровищ». Страница 38

Были в собрании А. Сулакадзева и древние пергаменты, например, «Перуна и Велеса вещания в Киевских капищах жрецам Мовеславу, Древославу и прочим», а еще рукописи на коже, бересте, свитки и книги из древних русских ведических храмов, огромное количество христианских книг (апокрифов, хроник, житий), а также арабские, греческие, скандинавские, древнегрузинские книги (подлинники и копии), книги гуннов, волжских булгар, пермяков… Их видели русский поэт Г.Р. Державин, писатель и государственный деятель А.С. Шишков и другие. Гаврила Романович Державин особо заинтересовался пергаментным свитком, на котором красно-черными письменами был записан «Боянов гимн». Поэт заказал А. Сулакадзеву копию текстов и подстрочники гимна, а также оракулов новгородских жрецов. Небольшие отрывки из «Боянова гимна» и свои поэтические обработки подстрочников Г.Р. Державин поместил в очередном номере сборника «Чтения в Беседе любителей русского слова», вышедшем в 1812 году. Впоследствии по мотивам «Боянова гимна» поэт написал балладу «Новгородский волхв Злогар».

В конце жизни А.И. Сулакадзев предлагал древности из своей коллекции Румянцевскому музею. Для ознакомления с ними из Москвы в Петербург прибыл некто А.Х. Востоков, выпускник Академии живописи и архитектуры, бывший помощником хранителя древностей Румянцевского музея. Потом оказалось, что настоящая фамилия его была Остенек, он был из семьи эстляндского немца, потомок тевтонского рыцаря… И А.Х. Востоков-Остенек будто бы вернулся в Москву с пустыми руками, ничего «достопримечательного не обнаружив» в сулакадзевском собрании.

Однако вот какая странность произошла спустя совсем немного времени. Ровно через год А.Х. Востоков, незаметный служащий весьма невысокого ранга, внезапно стал доктором философии аж Тюбингенского университета. А еще через год корреспондентом Немецкой академии наук. За какие такие заслуги? Как считает А. Асов, «за уничтожение ценнейших славянских рукописей и за те, что были им переправлены в Германию».

После смерти А.И. Сулакадзева в 1830 году часть его древних сокровищ была распродана, часть их ушла за границу, некоторые из них попали в частные собрания. В державинском архиве, который в конце XIX века поступил в публичную библиотеку, сохранилась копия «Боянова гимна», тогда как вся коллекция бесследно исчезла.

Некоторые рунические книги (либо их копии) еще не так давно хранились в библиотеке Эрмитажа, но она недоступна исследователям. Где-то в недрах публичной библиотеки затерялось сочинение «Опыт древней и новой летописи Валаамского монастыря», которое тоже содержало рунические тексты. Еще один список этого сочинения хранится в финском Ново-Валаамском монастыре. Сюда его привезли бежавшие от красного террора монахи, и теперь он нам тоже недоступен.

Еще в 1928 году вышла в свет статья киевского историка Миколы Макаренко «Молитвенник великого князя Владимира и Сулакадзев». Эта статья содержала немало важных сведений о рунических книгах, которые в свое время были приобретены Александром I для Русской комнаты Эрмитажа. Уже этот факт говорит о многом, так как император не стал бы покупать подделки.

Во время революционной смуты 1917—1918 годов Микола Макаренко, работавший в те годы в Эрмитаже, вынес из библиотеки, а затем увез с собою в Киев некоторые «копии рунических текстов», о чем он тоже упомянул в своей статье. Дальнейшая судьба этих текстов, да и самого Миколы Макаренко трагична.

В Киеве Микола Макаренко вступился за Софийский собор и Михайловскую церковь XII века, когда их хотели разрушить борцы с религиозным дурманом. За это он был осужден и выслан в Казань, куда увез с собой всю свою библиотеку, вероятно, вместе с руническими рукописями. В Казани М. Макаренко работал консультантом в Центральном музее, читал лекции. Но в 1936 году он был вновь арестован и выслан уже в Томск, а через год расстрелян как враг народа – «за контрреволюционную работу».

Рукописи М. Макаренко остались в Казани у его супруги – Анастасии Федоровны. Она не знала о расстреле и всю жизнь ждала мужа. У нее не было родственников, которым бы она могла передать это бесценное наследство. А ныне нет даже дома № 27 по улице Достоевского, где Анастасия Федоровна скончалась в 1971 году.

В небольшой долине среди гор, спрятанная от всего мира, находится святая святых ислама – город Мекка. Именно к нему пять раз в день обращаются взоры мусульман всего земного шара.

В отличие от других восточных городов Мекка не была обнесена стеной, а естественной оградой ей всегда служили горы. Через весь город тянется широкая улица Массаи, к которой с гор многочисленными ярусами сползают дома – большие и маленькие. Посреди улицы, в самой нижней части долины, расположена площадь, на которой стоит знаменитая мечеть Харам аш-Шериф, что означает «Дом Бога». Мусульмане уверены, что именно в этом месте находится центр мироздания, потому что это даже и не земля, а опрокинутая на землю часть неба. И в последний день существования мира она на небо и вернется.

Территория «Запретной мечети» – священное место для мусульман всего мира. Об этом многократно говорится во второй суре Корана: «И откуда бы ни вышел ты, обращай свое лицо в сторону Запретной мечети; и где бы вы ни были, обращайте ваши лица в ее сторону».

Площадь похожа на традиционный восточный двор, только очень больших размеров. Она окружена в три, а где и в четыре ряда колоннами из мрамора, гранита и обыкновенного камня. Поверху колонны соединены стрельчатыми арками и покрыты маленькими белыми куполами, а над ними возвышаются семь стройных минаретов.

Но почему именно Мекка считается киблой – стороной, куда должна быть направлена молитва мусульман и обращен михраб – священная ниша в мечети, где бы эта мечеть ни находилась? Ведь казалось бы, что молитва Аллаху должна возноситься на небо.

К Мекке обращали свои взоры еще древние арабы, потому что их языческие боги тоже находились в Каабе. Этот храм был подлинным пантеоном богов и мог удовлетворить все запросы. В нем было сосредоточено около 360 различных идолов и скульптурных изображений обожествляемых лиц. Среди них – арабские боги Илат, Узза, Хубал и другие; ассиро-вавилонские Мардук, Ассор, Син, Самас и Астарта; еврейский патриарх Авраам и Дева Мария с младенцем—Христом на руках.

По преданиям арабов, Кааба была воздвигнута как алтарь для молитвы прародителем людей Адамом. Адам очень страдал от того, что лишился не только рая, но и храма, в котором он привык молиться в раю. Тогда Бог смилостивился, и копия храма была спущена на землю.

Чтобы Каабу легче было строить, ангел Джабраил принес Ибрахиму (Аврааму) плоский камень, который мог висеть в воздухе и служить в качестве строительных лесов. Камень этот до сих пор находится в Каабе, и верующие могут видеть на нем отпечатки ног своего праотца.

В центре площади находится большой каменный куб высотой около тринадцати метров с плоской крышей. Это и есть Кааба, некогда языческое святилище, а ныне главный храм мусульманского мира.

Окон в Каабе нет, а обитая листами серебра дверь поднята от земли примерно на высоту 120 сантиметров, поэтому в храм можно попасть только по деревянной лестнице, которую специально подкатывают во время хаджа.

Сверху, примерно на три четверти своей высоты, Кааба покрыта кисвой – черным шелковым полотном, сшитым из восьми кусков. На нем золотыми и серебряными буквами вышиты изречения из Корана. Долгое время эта материя приготовлялась в Египте и высылалась в Мекку, а вышивать ее имеет право только одна семья, которая передает его по наследству из поколения в поколение.

Закрывать стены Каабы в виде особого почитания впервые стал владетель Керб ибн Эсед. При багдаском халифе Мамуне покрывало это делали из светлой материи и меняли три раза в год. Но в 1349 году египетский халиф Салих Исмаил стал высылать из Египта кисву из черной материи, и делалось это только один раз в год. С тех пор этот обычай сохранился до настоящего времени.

С восточной стороны Каабы есть ворота Баб-э-шейба. Паломник, входящий в эти ворота с правой стороны, оказывается рядом с Макам эль-Ибрахим (местом Ибрахима) – киоском из густой бронзовой решетки, внутри которого, в железном сундуке, покрытом расшитой золотом шелковой материей, находится тот самый камень, который служил Ибрахиму подмостками при строительстве Каабы. По желанию строителя он мог подниматься или опускаться.

Когда, по преданию, строительство Каабы было почти закончено, Ибрахиму понадобился другой заметный камень, чтобы обозначить на стене то место, с которого следует начинать ритуальное шествие вокруг храма. В раю Адам и ангелы, наученные самим Богом, семь раз обходили храм, и Ибрахим хотел, чтобы и на земле богослужение проходило правильно. Вот тогда ангел Джабраил и принес ему знаменитый Хеджер эль-Эсвад – Черный камень.