Читать онлайн «История Украинской ССР в десяти томах. Том второй». Страница 125

В эту тяжелую годину снова подняли голову предатели. В ночь на 28 мая они тайно схватили Наливайко и его ближайших помощников, в том числе Шаулу и Шостака, и выдали их Жолкевскому. В расчете на «милость» панов предатели хотели передать врагам также знамена и пушки, по поводу чего вступили с ними в переговоры. В это время в лагерь внезапно ворвалось шляхетское войско. Повстанцы не успели даже взяться за оружие. Началась страшная резня. Паны и жолнеры убивали всех, кто попадал под руку. И. Бельский писал, что «на протяжении мили или больше труп лежал на трупе, ибо всего в лагере с чернью и с женами их было до десяти тысяч». Только небольшой части повстанцев во главе с полковником Кремпским удалось пробиться и уйти на Запорожье, «где, — как замечает И. Бельский, — их оставалось на Коше… около пятисот человек».

Созванный вскоре сейм объявил Жолкевскому благодарность за то, что он «панства наши украинные волние и безпечние од них (повстанцев. — Ред.) учинил и успокоил». В награду за подавление восстания сейм постановил пожаловать Жолкевскому ради «его великих зацных и преважных заслуг» урочища Боришполь, Горошин, Слепород на Суде, а также все земли «при самой граници татарской и при рубежу московском лежачие»[208]. Одновременно сейм вынес постановление о конфискации земель у всех казаков и предоставлении коронному гетману неограниченных прав «для искоренения до конца тех своевольников». 22 августа 1596 г. был издан королевский универсал. Шляхте и урядникам Киевского, Волынского о Брацлавского воеводств повелевалось истреблять тех казаков, которые еще и теперь «при замках, местах и маетностях… господарских и шляхетских гуляют се… и погрозки пущают». Универсал призывал также шляхту запретить своим подданным собираться в группы даже по 5–6 человек. Кроме того, она должна была принять меры, чтобы разорвать всякие связи населения с Запорожьем, а при появлении запорожцев «на волости» встречать их как врагов государства — «конно и оружно». Таким образом, все шляхтичи и урядники в любое время и в любом месте могли схватить и покарать каждого, кого они считали «своевольником», хотя бы это был и реестровый казак. В Восточной Украине устанавливался режим террора.

Наливайко привезли в Варшаву и бросили в тюрьму. Целых десять месяцев его подвергали пыткам, но сила духа героя преодолела все. 11 апреля 1597 г. предводителя повстанцев вывели на казнь. Площадь старой Варшавы заполнили толпы людей. Когда на эшафоте появилась могучая фигура украинского народного героя, все взоры устремились на него. «Был он человеком прекрасной наружности и незаурядных способностей, к тому же знаменитый артиллерист», — писал И. Бельский. Отрубив Наливайко голову, палач четвертовал его и выставил на эшафоте части тела.

Предания о смерти Наливайко передавались из поколения в поколение. Рассказывали, например, что палач, издеваясь над народным героем, надел ему на голову раскаленный железный венец и посадил на такого же коня. Согласно другому преданию, Наливайка сожгли в медном быке. Эту легенду, в частности, заимствовал автор «Истории русов».

Имя Наливайко стало на Украине символом борьбы против крепостничества и национального гнета. «Наливайковцами» папы называли также участников позднейших крестьянско-казацких восстаний. Слава Наливайко распространилась и за пределы Украины. Через десять лет, во время восстания Ивана Болотникова, предводитель одного из повстанческих отрядов называл себя Наливайко. Через два столетия, в мрачную эпоху господства крепостнической реакции, революционер — декабрист К. Рылеев обратился к образу украинского героя в своей знаменитой поэме «Наливайко».

Крестьянско-казацкие восстания конца XVI в. были ответом народных масс на усиление эксплуатация и закрепощение крестьян, на экспансию польских феодалов и католической церкви. Если восстание 1591–1593 гг. под руководством К. Косинского ограничивалось территорией Киевщины, Запорожья, частью Брацлавщины и Волыни, то восстание 1594–1596 гг. под предводительством С. Наливайко охватило также Подолию, Волынь, значительную часть Белоруссии и нашло отклик в Польше. Оба восстания потерпели поражение, но они нанесли чувствительные удары польским, литовским, украинским и белорусским феодалам. В этих массовых народных выступлениях проявились как слабые стороны, свойственные всем крестьянским восстаниям эпохи феодализма (стихийность, неорганизованность, локальность), так и особенности, характерные для крестьянско-казацких восстаний на Украине. Эти особенности заключались в противодействии части реестровой старшины, присоединявшейся к восстанию, расширению антифеодального движения и постоянной склонности ее идти на компромисс с панами.

Начало борьбы против агрессии. Нападения на Украину татарских орд особенно усилились с образованием в XV в. Крымского ханства, вскоре ставшего вассалом Турции. Первой жертвой нападений всегда становилось население юго-восточных украинских степей, главным образом казачество. Поэтому, естественно, казачество оказалось в первых рядах тех, кто с оружием в руках давал отпор захватчикам.

Казаки громили врага в близких и далеких походах. В 1490 г. «черкасцы киевские» предприняли поход на Очаков, а в 1502–1503 гг. они же, спустившись на лодках по Днепру, напали вблизи Тягинского перевоза (порога) на татарский отряд и разгромили его. Нередко предводителями в таких походах становились представители пограничной администрации. Жестоко угнетая население, прежде всего казачество, они вместе с тем играли важную роль в обороне края от татарских орд, поддерживаемых Турцией. Поэтому историческая оценка подобных личностей должна быть конкретно-исторической и классовой.

Одним из таких смелых и предприимчивых предводителей был черкасский и каневский староста Евстафий Дашкевич. С его именем связан ряд успешных походов на татар и турок в 20—30-х годах XVI в. В одном из документов, повествующих о походе Дашкевича на Очаков[209], говорится, что он счастливый воитель, ставший настоящей грозой для врагов.

Борясь против татар, Дашкевич не раз оказывал услуги русскому правительству, передавая ему важные военные сведения. В связи с этим хан Сагиб-Гирей писал: «Черкасские и каневские властители пускают казаков… вместе с казаками путивльскими по Днепру под наши улусы и что только в нашем панстве узнают, дают весть в Москву».

С возникновением Запорожской Сечи борьба с турецко-татарской опасностью усилилась. Весной 1538 г. казаки напали на Очаков, теперь уже турецкую крепость, и произвели значительные разрушения. Через три года, в 1541 г., казаки повторили свой поход. Они захватили и убили санджака (начальника) Очаковской крепости, двух его помощников, много стражников, разрушили часть замка и порта. 19 сентября 1545 г. казаки на 32 лодках вновь явились под Очаков, где уничтожили и захватили в плен множество турок.

Походы 50—60-х годов. Дмитрий Вишневецкий. Татарские орды беспрерывно совершали нападения и на южные пределы Русского государства. Только в первой половине XVI в. татары предприняли более 40 походов. Со своей стороны, русское правительство для отражения нападений татарских орд посылало в Крым, под Очаков и в другие места военные отряды. Вместе с донскими и украинскими казаками они наносили ощутимые удары противнику. В марте 1556 г., например, на территории Черкасского староства появился русский отряд под начальством дьяка Ржевского. Этот отряд, состоявший преимущественно из путивльских казаков, спустился по Пслу (левый приток Днепра) в Днепр и проследовал в направлении Запорожья. Ржевский, выполняя поручения русского правительства, должен был произвести глубокую разведку, чтобы собрать сведения о татарах.

На Днепре к Ржевскому присоединился отряд украинских казаков, посланный черкасским и каневским старостой Дмитрием Вишневецким. Об этом в Москву сообщалось, что к Ржевскому на Днепре «пристали Литовские люди, атаманы Черкасские, Млынскым зовут да Михайло Ескович, а с ним триста казаков, каневских черкас»[210].

Ржевский успешно выполнил поручение. Отбив у татар под Ислам-Керменом табуны лошадей, он двинулся к Очакову и взял его штурмом. Причинив значительный ущерб врагу и захватив пленных, Ржевский вернулся к Ислам-Кермену. Но тут его уже ждал большой татарский отряд («царевич Калга Крымский, а с ним, — как показалось дьяку, — весь Крым, князи и мырзы»). Ржевскому пришлось остановиться на одном из днепровских островов и шесть дней отбиваться «ис пищалей» от многочисленного татарского войска. Ночью люди из отряда Ржевского захватили у противника лошадей, перегнали их к себе на остров, а затем, двигаясь вдоль Днепра, благополучно достигли границ Русского государства. Украинские казаки вернулись в Черкассы.