Читать онлайн «История Украинской ССР в десяти томах. Том второй». Страница 116

Наиболее тесными были экономические связи между Левобережной Украиной и пограничными землями Русского государства, хотя и Правобережье, и Волынь, и Галичина тоже участвовали в украинско-русской торговле. Особое значение украинско-русские экономические связи приобрели с конца XVI в. в условиях расширения антифеодальной и освободительной борьбы украинского народа.

Развитие экономических связей между отдельными украинскими землями, тенденция к слиянию местных рынков в единый общеукраинский рынок способствовали укреплению территориальной, языковой, культурной и психической общности украинского народа, росту его национального самосознания. В свою очередь, консолидация украинского народа в единую народность оказала положительное влияние на развитие производительных сил, культуры, общественного сознания и дальнейший подъем освободительной борьбы.

Дальнейшее усиление феодального гнета, закрепощение крестьянства, ухудшение положения основной массы городского населения, насильственное насаждение католичества и церковной унии, дискриминация горожан-украинцев, ограничение украинского языка и ущемление украинской культуры во второй половине XVI— первой половине XVII в. вызвали резкое обострение классовой борьбы и рост освободительного движения на всех украинских землях. Движущей силой антифеодального и освободительного движения было крестьянство, составлявшее основную и наиболее жестоко эксплуатируемую часть населения. Одновременно и все чаще вместе с крестьянством на борьбу поднимались городские низы. Против эксплуататоров активно выступало также рядовое казачество. Его четкая военная организация, богатый боевой опыт играли важную роль в сплочении восставших крестьян и мещан, в овладении ими навыками вооруженной борьбы против правительственных и магнатских войск.

Как и прежде, борьба народных масс проявлялась в самых разнообразных формах: в подаче жалоб, побегах, поджогах панского имущества, убийстве угнетателей, локальных вооруженных выступлениях в одном или нескольких населенных пунктах и, наконец, массовых антифеодальных восстаниях… С последней четверти XVI в. широкие народные восстания стали основной формой антифеодальной и освободительной борьбы, развернувшейся на Украине. Таковыми массовыми народными выступлениями явились восстания 90-х годов XVI в. под руководством Криштофа Косинского и Северина Наливайко и особенно крестьянско-казацкие восстания 20—30-х годов XVII в., ставшие грозным предвестником взрыва освободительной войны 1648–1654 гг.

Основным районом народных восстаний было Среднее Поднепровье, население которого в значительной степени состояло из беглых крестьян. Крестьяне, казаки и мещане решительно противились попыткам магнатов установить в этом районе те же феодальные порядки, что и на других украинских землях, где крестьянство уже было закрепощено и подвергалось жесточайшей эксплуатации.

В рассматриваемый период обострение классовой борьбы имело место также в России и Белоруссии. Нередко русские, украинские и белорусские крестьяне вместе боролись против усиливавшегося феодального гнета. Ярким примером совместной борьбы трудящихся масс является первая крестьянская война в России в начале XVII в., в которой вместе с русскими активное участие принимали украинские и белорусские крестьяне, мещане, работные люди и казаки.

Классовая борьба тесно переплеталась с освободительной. Выступая против феодальной эксплуатации, народные массы одновременно боролись и за освобождение своей земли от иноземных поработителей, против католической реакции, за сохранение родного языка и культуры, за свою самобытность.

Со второй половины XVI в. украинский народ резко усилил отпор турецко-татарской агрессии. Во все усиливавшейся борьбе против захватчиков важная роль принадлежала запорожскому казачеству, превратившемуся в крупную и эффективную военную силу.

Побеги и переселения крестьян. Усиление народной колонизации свободных земель. Одним из важнейших социальных явлений во второй половине XVI в. были массовые побеги крестьян. Основной причиной побегов послужило усиление феодально-крепостнического гнета. Беглые крестьяне направлялись преимущественно в южные районы Подольского, Брацлавского и Киевского воеводств, а также на Левобережную Украину и в южные окраины Русского государства (южные районы Чернигово-Северщины и Слобожанщину) — в места, еще не захваченные феодалами или где феодальный гнет был значительно слабее. Многие беглые пополняли ряды казачества на Поднепровье, что отмечал и К. Маркс[192].

В эти же места переселялись многие крестьяне, еще не попавшие в крепостную зависимость, но которым она угрожала, а также выходцы из городских низов. Все они рассчитывали на новом месте избавиться от возраставшего феодального гнета. Среди переселенцев встречались и зажиточные хозяева, рассчитывавшие на вновь осваиваемых землях еще шире развернуть предпринимательскую деятельность.

На свободные земли бежали и переселялись тысячи и тысячи крестьян и мещан с семьями, причем поток их все возрастал. Многим беглецам удавалось захватить с собой кое-какое движимое имущество, в том числе скот. Беглые сыграли решающую роль в хозяйственном освоении вновь заселяемых земель. Новопоселенцы основывали города и села, распахивали и засевали целинные земли, разводили скот, устраивали пасеки, закладывали сады, занимались охотой, рыболовством и другими промыслами. Экономическому развитию осваиваемых земель способствовали благоприятные природные условия.

Факты полностью опровергают утверждения старой польской шляхетской и буржуазной историографии о якобы цивилизаторской миссии польских магнатов и шляхты в освоении так называемого Дикого Поля, его заселении, создании городов и сел, развитии хозяйства. В действительности жадные к наживе польские феодалы устремлялись на вновь осваиваемые земли тогда, когда производительные силы здесь уже были приведены в действие беглыми. При этом они наталкивались на решительное сопротивление трудящихся масс, не желавших вновь надеть на себя феодальное ярмо. К тому же употребляемый в шляхетской и буржуазной историографии термин «Дикое Поле» (его некритически восприняли и некоторые советские исследователи), т. е. неосвоенная, пустынная степь, не соответствует действительности. Территория, которую народные массы усиленно колонизировали во второй половине XVI — первой половине XVII в., никогда не была пустынной. Тут постоянно промышляли многочисленные уходники — жители Киевщины и Чернигово-Северщины, Подолии и Брацлавщины. Некоторые данные дают основание считать, что на этих землях в то время имелось и постоянное, правда немногочисленное, население, которое строило зимовники и занималось скотоводством, земледелием, пчеловодством и другими промыслами.

Освоение новых земель происходило в исключительно трудных условиях и было сопряжено с огромным риском. Турецко-татарские захватчики почти непрерывно предпринимали набеги на украинские и южные русские земли. От них страдало прежде всего население южных и юго-восточных пограничных земель. Враги уничтожали или захватывали людей и плоды их тяжелого труда.

Крестьяне западноукраинских земель бежали также в Карпаты, где они, как и значительная часть местного населения, вплоть до 1647 г. пользовались волошским правом и не отбывали барщины. Кроме того, в Карпатах сходились границы Польши, Венгрии и Молдавии, часто враждовавших между собой, что в определенной степени задерживало в этом обширном районе насаждение крепостничества. Благоприятствовала беглецам и труднодоступная горная местность, где они могли довольно легко укрыться и на «сыром корене», т. е. на свободном месте, создавать свои хозяйства. Особенно интенсивное освоение Карпат новопоселенцами происходило начиная с рубежа XVI–XVII вв., когда поток беглецов сюда значительно возрос. Отражая попытки феодалов поработить поселенцев Карпат, многие из них вступали в ряды опришков.

Характерной особенностью переселенческого процесса было то, что в нем принимали участие все слои трудящегося украинского населения. На Поднепровье, Левобережье, Слобожанщину, Запорожье и в Карпаты кроме крестьян бежали выходцы из других социальных групп с Киевщины, Чернигово-Северщины, Брацлавщины, Волыни, из Восточной и Западной Подолии, Галичины, Буковины и Закарпатья. Определенную часть поселенцев составляли русские, белорусы и лица других национальностей. На вновь осваиваемых землях оседали беглые крестьяне и частично выходцы из других сословий Польши и Литвы, Словакии и Венгрии. Здесь селились также молдавские и валашские крестьяне, спасавшиеся от феодального гнета и турецкого порабощения. Украинские, русские, белорусские и другие переселенцы часто селились вместе, в одних селах, совместно организовывали защиту от турецко-татарских завоевателей и вместе боролись против феодалов Речи Посполитой, пытавшихся прибрать к рукам плоды их труда, а самих их поработить.