Читать онлайн «Археология. В начале». Страница 138

Просто изучение распределения артефактов дает чрезвычайно неадекватную картину торговли в древности, так как такие факторы, как логистика транспортировки, а также местные политические и экономические условия, оказывали влияние на все аспекты торговли и обмена. Немногие археологические находки могут сравниться с необычайным грузом на борту корабли бронзового века, потерпевшего крушение на опасных скалах Улубуруна на юге Турции. Кораблекрушения дают нам уникальную возможность изучать древнюю торговлю, так как каждый корабль на морском дне является запечатанной капсулой, содержащей материал об условиях торговли в свое время. Раскопки Джорджа Бэсса и Кемаля Пулака Улубурунского корабля дали много информации о торговом мире Восточного Средиземноморья в XIV веке до н. э (Бэсс и другие — Bass and others, 1989; см. также заключения у Фагана — Fagan, 1995). Тяжело груженое судно двигалось на запад от Восточного Средиземноморья, когда напоролось на острые скалы Улубуруна приблизительно в 1316 году до н. э. (эта дата была определена по древесным кольцам дров на месте крушения). Корабль затонул на глубине 48 метров. Бэсс и Пулак регистрировали точное местоположение каждого предмета оборудования корабля и груза, когда поднимали их со дна моря. Они раскрыли уникальную картину торговли в Восточном Средиземноморье три тысячи лет назад.

Ученые изучали источники сырья для изготовления каменных орудий еще задолго до появления спектрографического анализа, полагающегося как на петрологию, так и на отличительные породы, такие как высококачественный кремень, широко использовавшийся земледельцами каменного века во Франции. Высокотехнологичные аналитические методы преобразили изучение источников в 1960-х годах, когда британский археолог Колин Ренфрю с коллегами начал использовать спектрографический анализ для идентификации не менее чем двенадцати древних земледельческих поселений, которые получали обсидиан из региона Чифтлик в центральной части Турции (Кэнн — R. Cann and others, 1995) (см. рис. 16.13). Это новаторское исследование показало, что 80 % всего обтесанного камня в селениях в радиусе до 300 километров от Сифтлика являлось обсидианом. Вне этой «зоны поставки» процент обсидиана резко падал по мере удаления, до 5 % в сирийском селении и до 0,1 % в долине Иордана. Если эти расчеты правильны, то получается, что каждое селение передавало далее до половины всего ввезенного обсидиана. Ренфрю со своими коллегами идентифицировали не менее девяти взаимодействующих обсидиановых зон между Сардинией и Месопотамией, каждая из которых (зон) относилась к легко определяемым источникам, а каждый источник выдавал обсидиан с характерными признаками, определяемыми спектрографически.

Рис. 16.13. Торговля обсидианом в восточных регионах Средиземноморья. Изучение источников обсидиана показывает, что древние земледельческие общины на Кипре, в Анатолии и Леванте получали обсидиан из двух источников в Центральной Анатолии, в то время как такие селения, как Ярмо в горах Загрос и Али Кош (Ali Kosh) далеко на юго-востоке, полагались на источники в Армении. Такие поселения, как Чатал-Хююк в Анатолии, находились настолько близко к источникам обсидиана, что, возможно, сами себя им снабжали. Более 80 % их каменных артефактов сделаны из этого материала, чем дальше от источника обсидиана, тем реже встречаются орудия из него

Улубурунский корабль был гружен шестью тоннами медных чушек, возможно добытых на Кипре, а также оловянными брусками и предметами (см. рис. 1.11). Олово могло происходить с юга Турции. Ханаанские сосуда из Палестины или Сирии содержали маслины, стеклянные бусы, смолу дерева живицы, возможно используемого в религиозных церемониях. Также там были балтийский янтарь, возможно доставленный в Средиземноморье по суше, древесина дерева, подобного черному (эбеновому), из Африки, слоновая и гиппопотамовая кость, скорлупа страусиных яиц из Северной Африки или Сирии. На борту находились также египетские, левантийские и микенские кинжалы, мечи, наконечники копий, орудия для обработки дерева, наборы разновесов, некоторые из них в виде животных. Там были дорогие стеклянные бруски, месопотамские цилиндрические клейма, Микенский камень для печатей, даже золотая чаша и части черепаховой лютни. На корабле везли египетских скарабеев, десятки рыболовных грузил, крючков, двадцать три каменных якоря, жизненно важных при остановки в ветреных бухтах. Сохранился даже колючий куст кровохлебки, использованной для упаковки груза. И совершенно уникальная находка — диптих — деревянный складень для вощеной дощечки, на которой фиксировались коммерческие сделки (рис. 16.14).

Рис. 16.14. Диптих с места Улубурунского кораблекрушения

Используя распределения находок на памятниках на суше и множество методик определения источников, Бэсс и Пулак реконструировали последнее путешествие неизвестного шкипера. Они считают, что свое путешествие он начал на Левантийском побережье, двигался на север вдоль побережья к Кипру, затем двигался вдоль южного турецкого берега. На своем пути на запад корабль заходил в порты, большие и маленькие, двигаясь по хорошо известному пути к Криту и некоторым Эгейским островам и, возможно, к материковой Греции, воспользовавшись преимуществом меняющихся сезонных ветров. Шкипер проходил по этому маршруту много раз, но на этот раз удача отвернулась от него, и на безжалостный камнях Улубуруна он потерял свой корабль, груз, а возможно, и жизнь. С археологической точки зрения Улубурунское кораблекрушений является подарком богов, так как оно позволяет исследователям восстановить детали сложной торговой сети, связывавшей Средиземноморье с Египтом, Эгейскими островами и Грецией 3300 лет назад. Бэсс и Пулак высказали предположение, что Улубурунский корабль мог перевозить необыгаайно ценный груз, но его владельцы остались неизвестными.

Улубурунский корабль перевозил чрезвыгаайно драгоценный груз, предназначенный, возможно, для какого-нибудь монарха. Эта эффектная находка проливает свет на степень взаимосвязей между даже очень удаленными местами и людьми в древности. Порой об этих замечательный связях и не подозревали. Благодаря современной науке мы со значительной точностью можем проследиты последнее путешествие корабля и его груза.

Новое поколение археологического исследования отворачивается от безличных культурных процессов в сторону изучения людей и небольших групп. Такое исследование объединяет современные методы раскрытия археологических данных с новыми интерпретативными подходами, в которых археолог рассматривается как «активный посредник» археологического материала.

Обнаружение таких конкретных людей из прошлого, как Ледяной человек в европейских Альпах, позволяют нам провести подробное изучение здоровыя, питания и занятий отдельных людей.

Изучение социального ранжирования по археологическим свидетельствам затруднительно. Его можно изучаты по археологическому материалу, используя захоронения и связанную с ними погребальную обстановку, как это было в Уре в Месопотамии, а также другие постройки или артефакты.

Гендерная археология становится более значимой как средство идентификации изменяющихся ролей мужчин и женщин в прошлом и изучения отдельных личностей в доистории. Такие исследования включают в себя подробное изучение погребальной обстановки, патологий женщин, которые отражают такие занятия, как постоянное измелычение зерновыгх, и экстраполирование материальных данный в гипотетические сценарии изменения отношений на гендерном уровне.

Этническое и социальное неравенство изучали археологи, работавшие на афроамериканских и других памятниках в Северной Америке. Такие исследования включают в себя идентификацию отличительных артефактов, отражающих африканские религиозные верования, и материальные признаки молчаливого сопротивления доминантной культуре.

Торговля и обмен являлисы важными средствами взаимодействия людей с древнейших времен. Возможно, что большая часты древней торговли приняла форму обмена подарками и обмена пищей и другими товарами с соседними поселениями. Обычно торговля опознается в археологическом материале по обнаружению экзотических объектов, находящихся далеко от места происхождения. Доисторические торговые сети изучаются посредством рассмотрения распределений таких объектов и источников сырыя, используемого для изготовления артефактов. Примером является Улубурунское кораблекрушение на юге Турции, которое показало степень сложности торговли в Восточном Средиземноморье в XIV веке до н. э.