Читать онлайн «Украинское национальное движение. УССР. 1920–1930-е годы». Страница 137

Но различия в национальной политике и в ее влиянии на судьбы украинского движения в СССР и странах Восточной Европы, в первую очередь Польши, были все-таки частным случаем, наглядным выражением различий между социально-экономическими системами Советской страны и буржуазной Европы. Вся социально-экономическая политика большевиков, социалистический уклад экономики, строительство которой резко активизировалось после «великого перелома», создавали новую действительность, которая охватывала все сферы общественного бытия и формировала общественное сознание, мировоззрение, систему нравственных ценностей. Подготовленное ходом развития страны сложение наднациональной и в то же время национальной советской общности людей также оказало серьезное влияние как на самосознание, так и на национальный тип украинцев.

Модернизация украинского общества, сложение соответствующей социальной структуры и прочие изменения, без которых появление нации невозможно, осуществлялись в социалистических формах. Результатом этого стало взаимное наложение социально-экономического и культурного процессов, благодаря чему социальный (социалистический) и национальный факторы оказались тесно взаимосвязаны между собой и стали важнейшей чертой национального самосознания украинцев УССР. Поэтому стоит отметить, что термин советские украинцы имеет не только территориальный или политико-государственный, но и национальный смысл. На Западной Украине всех этих процессов не было, социальная структура общества в корне отличалась от той, что сложилась в УССР в 1920–1930-х гг., национальное развитие проходило там в постоянной борьбе против полонизации (а также местных русофилов). Результатом стало то, что на Западной Украине процессы становления украинского самосознания протекали в национальных и националистических формах, а социальное мироощущение тамошних украинцев коренным образом отличалось от мироощущения украинцев советских.

На то, что именно в 1930-х гг. произошло закрепление различий в национальном самосознании между восточными и западными украинцами, указывает еще одно обстоятельство. Западноукраинские земли, находившиеся в составе межвоенной Польши, состояли из двух частей. Первой была Галиция, никогда не принадлежавшая России. Вторую составляли Западная Волынь (современные Волынская и Ровенская области Украины) и Холина, которые до Рижского мира 1921 г. были российскими территориями. По своему этническому и культурному облику (сильнейшая полонизация, окатоличивание[1342]) Холина может считаться особым регионом и в данном случае не браться в расчет. Показательнее будет сравнение Галиции и Волыни.

Эти земли во всем довольно заметно отличались друг от друга еще до Первой мировой войны. В предреволюционное время украинское национальное движение на Волыни было крайне незначительным (даже более слабым, чем на Подолье и Полтавщине). Об уровне развития украинского самосознания и распространенности украинской идентичности может свидетельствовать тот факт, что на Волыни большую популярность получили организации Союза русского народа (СРН). Например, в Почаевском отделе СРН в 1907 г. состояло 190 тысяч одних только домохозяев, без членов семей. Отметим, что участвовали в политической жизни, в том числе в правом движении, как правило, наиболее социально активные и политически развитые представители крестьянства. Нередко в Союз вступали целыми селами. Это не значит, что волынские крестьяне поголовно были идейными борцами за триединую русскую нацию и носителями общерусской идентичности. Над ее разработкой и пропагандой в массах, над преобразованием этих масс в общерусскую национальную общность трудились руководители отделов СРН, например монахи Свято-Успенской Почаевской лавры, служившей мощным форпостом православия и общерусских ценностей на границе униатской и «украинской» Галиции[1343].

А возможность выбирать у волынских крестьян имелась, благо Галиция была рядом и немало галичан приходило в Волынскую губернию на заработки. На выбор крестьян в пользу организаций общерусского толка влиял ряд причин. Несомненно, важным был религиозный фактор: у православных волынских крестьян украинство ассоциировалось с унией, а православная вера – с русскостью. Отчасти популярность СРН объяснялась позицией местных властей. Огромную роль играл экономический фактор (связанный с этническим и религиозным), а именно поддержка крестьянской кооперации и защита крестьянских экономических интересов от конкуренции со стороны помещиков-поляков и торговцев и арендаторов-евреев, которую ячейки СРН оказывали малорусскому населению[1344].

Но вне зависимости от того, какой из факторов имел определяющее значение, популярность Союза русского народа является свидетельством того, что украинские ценности в то время были чужды волынским крестьянам. Такое положение сохранялось до революции, а главное – до перехода этих земель Польше. В 1920–1930-х гг. усилиями украинского движения национальные украинские ценности настойчиво внедрялись в сознание народа. И результатом этой работы стало то, что в годы Второй мировой войны партизанское движение на Западной Волыни развивалось под национально-украинскими лозунгами, а советские партизаны встречали в селах кресты, увитые жовто-блакитными лентами. По своему национальному облику эта бывшая российская территория быстро догнала австрийскую Галицию.

Позднее вхождение западноукраинских земель в состав УССР уже не могло полностью снять имевшиеся различия. Социалистическая советская общность была для западных украинцев чужой, не отвечающей их представлениям о гармонии окружающего мира и его национальном устройстве. «Своим» СССР воспринимался всеми теми народами, судьба которых была связана с советской (а еще ранее – с российской) государственностью и действительностью, в том числе с «великим переломом» 1930 г. Поэтому украинцам восточным по мироощущению были ближе остальные советские люди, и, естественно, прежде всего русские, чем, казалось бы, на первый взгляд такие же украинцы, только из Западной Украины.

Итак, процессы образования в УССР украинской национальной общности активно протекали в 1920–1930-х гг., в известной степени завершились к 1939–1945 гг. и были неразрывно связаны с социалистическим характером экономики СССР и его общественного устройства, одним из выражений которого были объективные процессы формирования советского народа.

В конце 1930-х гг. Советский Союз стоял накануне больших испытаний. На пороге была Вторая мировая война. Она оставила глубокий след в памяти советских народов, и в том числе украинского, оказала сильнейшее влияние на его мировоззрение и самосознание. Война же стала практической проверкой того курса (в том числе в национальной политике), который советское руководство проводило в 1930-х гг. Политическое, экономическое, идеологическое единство страны выдержало испытание вой ной, ставшей для нашего народа (и для русских, и для украинцев) войной Отечественной. Но это уже другая тема.

Итак, подведем итоги. Стоит еще раз отметить, что данная работа – одна из первых попыток в отечественной историографии приступить к изучению крайне непростой (в силу своей противоречивости и незавершенности) истории становления украинской нации.

Нация – феномен не этнический, а социально-политический, хотя и тесно связанный с этничностью. Появление национального движения, призванного создать нацию, происходит на определенной экономической, социальной и политической стадии развития данного коллектива, соответствующей его индустриальной трансформации и превращения из общества традиционного, сельского в общество городского типа. Внимание было сосредоточено на одной из сторон процесса нациогенеза – на национальной модернизации общества. В центре внимания исследования находилась деятельность национального движения, преобразующего это общество национальной плоскости в коллектив, обладающий набором черт и характеристик, позволяющих ему считаться нацией.

Наиболее объективно и полно процесс украинского нациогенеза может быть проанализирован при помощи конструктивистского подхода, согласно которому нация является не врожденной постоянной величиной, а продуктом современной индустриальной эпохи, меняющей экономический уклад, идеологические императивы, уровень массовой грамотности и политизированности общества, его социальную структуру и сознание. Таким образом, черты, присущие такой общности, – национальная идентичность, национальное сознание, объективные признаки – приобретаются с течением времени и под влиянием множества факторов, а процесс ее создания предстает в виде нациотворения, строительства нации. Нелишним будет еще раз повторить, что нациостроительство – это совокупность культурных, политических, психологических процессов, направленных на выработку специфических национальных черт и признаков, присущих национальной общности – человеческому коллективу, находящемуся на определенной экономической и политической ступени развития, и преобразование последнего в соответствии с выработанным национальным типом.