Читать онлайн «Другая победа. Если бы победил Гитлер». Страница 64

Ранним утром 11 июля немцы повели полномасштабную контратаку на береговые плацдармы. Какое-то время необстрелянные солдаты 36-й дивизии и подразделение техасской Национальной гвардии держали оборону своими силами. Но поскольку у них не было необходимых средств для борьбы с бронетехникой, их оборона дрогнула под напором немецких танков. Пока 15-я танковая шла с боями вперед, объединенные войска Италии и Германии нанесли удар и по самому городу Гела, выдворив оттуда обороняющихся американцев. Контратака, в которой участвовали саперы и рейнджеры, на короткое время вернула город американцам, но вскоре он снова пал под концентрическими ударами войск стран «оси». В этом бою был практически полностью уничтожен батальон рейнджеров. Уцелевшие солдаты присоединились к 36-й дивизии на береговом плацдарме, где обороняющихся поддерживал огонь корабельной артиллерии.

Но катастрофа, нависшая над Гелой, ни в какое сравнение не шла с катастрофой, которая постигла в этот день англичан. Ранним утром того дня, когда генерал Монтгомери сошел на берег и направлялся на позиции, он и его свита были обстреляны истребителем-одиночкой Bf-109. При этом был убит начальник штаба и серьезно ранен сам командующий 8-й армией. Весть о том, что Монти ранен, быстро разнеслась по всем частям, и потеря горячо любимого командира ошеломила войска и буквально парализовала целую армию.

Командуя войсками с борта корабля, генерал Паттон ответил на критическое положение, которое сложилось на берегу, тем, что для борьбы с танками он приказал высадиться последнему полку 36-й дивизии и первому отряду особого назначения из 2-й бронетанковой дивизии. Посланное подкрепление исправило положение вещей, но 7-я армия США оказалась растянутой между двумя отдельными плацдармами и лишенной устойчивой связи с портами, а это ограничивало возможности снабжения войск. Немцы отбили несколько контратак, сея потери в рядах американских танкистов при каждой их новой попытке атаки.

Ночью того же дня Паттон ввел в бой еще один резерв – 504-й парашютный полк 82-й воздушно-десантной дивизии. К сожалению, как и в двух первых случаях, неудачи преследовали эту попытку воздушно-десантной операции в такой же степени, как и две предыдущие. Как только транспортные самолеты подошли к берегам Сицилии, корабли союзников, которые не успели прийти в себя от продолжавшихся весь день налетов авиации стран «оси», подвергли их обстрелу из своей зенитной артиллерии. В результате этой ужасной ошибки двадцать три машины было сбито заградительным огнем необычайно высокой плотности, а многие другие получили сильные повреждения. Еще до того как прозвучала команда к выброске, парашютисты потеряли 10 процентов своего личного состава, в число которых вошел и заместитель командира дивизии, а те, кто уцелел, оказались разбросанными на большом расстоянии друг от друга.

Пока 7-я армия США сражалась, отбивая контратаки немецких и итальянских войск, англичане бились за то, чтобы справиться со своей собственной бедой. Генерал Александер, сраженный ранением Монтгомери не менее чем вся армия, казалось, был не в силах управлять ходом событий. Двенадцатого июля, когда с момента ранения Монтгомери прошло уже более суток, Александер вышел из своего блиндажа, чтобы объявить, что командование 8-й армией возлагается на командующего XXX корпусом генерал-лейтенанта Лиза. Трудно было найти более подходящую кандидатуру, чем Лиз: он пользовался покровительством Монтгомери и являлся хорошим корпусным командиром. Однако он гораздо меньше, чем Монти, был последователен в отношениях с подчиненными и впадал в приступы гнева, недостойные его. После того как наконец было произведено это изменение в командовании, Лиз попытался вернуть 8-ю армию к активным боевым действиям.

Гуццони, Кессельринг и фон Зенгер отдавали себе отчет в том, что своими атаками на Гелу они причинили противнику такой максимально возможный ущерб, который только был им по силам. Но поддержка десантной операции кораблями союзников с моря и растущая интенсивность атак с воздуха создавали надежный щит, который не позволял немецким танкам сбросить десант в море. Относительно легко можно было компенсировать потери пехоты, направив туда солдат из немецких тыловых гарнизонов. Однако в прошедших боях было потеряно множество танков, включая почти все «тигры», и эти потери почти не подлежали восстановлению. К тому же в условиях, когда обе немецкие дивизии наносили контрудары по американцам, путь англичанам преграждали только части итальянской армии, но, если не считать солдат из дивизии «Ливорно», сдача в плен у итальянцев носила массовый характер. Фон Зенгер отдал командирам своих дивизий приказ отойти от побережья в глубину острова и, выйдя из-под огня корабельной артиллерии, перейти к тактике мобильной обороны.

Поскольку итальянские дивизии берегового охранения плохо зарекомендовали себя в бою, Кессельринг размышлял над тем, не стоит ли ему послать еще немецких войск на остров. Его по-прежнему беспокоили возможная высадка десанта союзников на основную территорию Италии и последующая блокада Сицилии. А пока ситуация не прояснилась, он направил свои отборные части парашютистов-десантников на аэродром возле Аугусты, поставив перед ними задачу поддержать обороняющихся.

К 15 июля Лиз наконец снова привел в движение 8-ю армию, направив 5-ю и 50-ю дивизии прямо на Сиракузы. Но промедление дорого обошлось англичанам. Ожидая встретить немногие разрозненные очаги сопротивления в условиях, когда основные силы неприятеля брошены на борьбу с американской 7-й армией, англичане на своем пути встретили противника, в рядах которого находились отличные солдаты. Атака 5-й дивизии захлебнулась в крови наступающих, но 50-я дивизия смогла прорваться и удержаться на плацдарме на противоположном берегу реки Анапо. Несмотря на кровопролитные бои, четырьмя днями позже и Сиракузы, и Аугуста были захвачены наступающими.

Поскольку XIII корпус воевал на побережье, XXX корпус направился в глубину острова. Его 51-я дивизия, тесня итальянцев, наступала на Палаццолу, через которую проходит основное шоссе острова, и в это время ей во фланг ударила 15-я танковая дивизия. Прежде чем они смогли перестроить свои порядки, чтобы остановить преследователей, шотландские горцы были отброшены на несколько миль от Палаццолы. Но как только сопротивление горцев стало более упорным, немецкие танки отошли. Позже той же ночью немцы нанесли удар по бригаде из 50-й дивизии, а потом они снова отошли к укреплениям вокруг Палаццолы.

Благодаря тому, что немцы отошли, изменилась обстановка в американском секторе наступления, и 7-я армия смогла вновь захватить Гелу, выбив оттуда упорную в обороне дивизию «Ливорно». На некотором удалении от берега моря стремился еще больше продвинуться в глубину острова отряд специального назначения из 2-й бронетанковой дивизии. Его продвижение то и дело тормозили участки хорошо организованной обороны противника, и это вынуждало американцев прибегать к обходным маневрам, замедляющим общую скорость движения. Противниками американцев были солдаты мотострелковых подразделений дивизии «Герман Геринг». Закаленные в боях и прошедшие проверку на прочность в Тунисе, они покидали свои позиции только перед самой атакой противника и всегда отходили на заранее подготовленные позиции. Тем не менее к 20 июля американцам удалось продвинуться настолько, что они смогли прочно закрепиться на плацдарме, и Паттон получил возможность перейти к обороне, чтобы перестроить порядки, пополнить запасы боепитания и произвести замену своим истекающим кровью полкам.

Из-за плохой погоды и шторма пришлось приостановить операцию. Воспользовавшись этим, Паттон и Лиз пришли на совещание к Александеру, с тем чтобы обсудить свои дальнейшие действия. Совещание оказалось не менее бурным, чем штормовая погода. Лиз начал первым, обвинив Паттона в «безуспешных действиях» войск США. Командующий английским корпусом был вне себя от злости из-за атак 15-й танковой дивизии, в результате которых основательно пострадали его войска и было остановлено их дальнейшее продвижение. С точки зрения Лиза, во время боя американские подразделения не обеспечивали флангам его подразделений то необходимое прикрытие, которое было предусмотрено планом вторжения. Эти замечания были высказаны им в озлобленной, недопустимо резкой форме, которая привела в замешательство всех присутствующих на совещании. Александер, который в глубине души был согласен со своим подчиненным, не сделал ничего, чтобы смягчить тон высказываний. Паттон, который незадолго до этого получил от Эйзенхауэра весьма чувствительный упрек по поводу катастрофы, постигшей воздушный десант, наконец взорвался и заявил, что истинной причиной, по которой англичане не могут сдвинуться с места, является безынициативная тактика генерала Лиза. Только вмешательство Александера остановило этот поток взаимных обвинений. Хотя перебранка утихла, ее участники оставались возбужденными и озлобленными.