Читать онлайн «Эвпатриды удачи. Трагедия античных морей.». Страница 65

Навис лонга. Мозаика гробницы близ Поццуоли.

 Лонги (греческие макры) - «длинные» суда с острым килем - имели до полусотни гребцов, по двадцати пяти с каждого борта. Изображенное на мозаике одной гробницы близ Поццуоли судно с сорока восемью гребцами вызвало даже поначалу споры о возрасте этой мозаики, ибо именно такое количество весел имели средиземноморские галеры в средние века. В общем случае navis longa были переходным классом между актуариями и многорядными кораблями. В обиходе же это было родовое понятие для всех типов военных кораблей независимо от количества рядов весел, так как в их основе лежал единый конструктивный принцип - острый киль, наличие палубы и длинный корпус, резко отличавшие лонги от короткокорпусных «купцов» с округлым днищем. Из многорядных кораблей римляне в разное время брали на вооружение триеры, тетреры, пентеры и декеры, причем наряду с греческими названиями использовали латинские - соответственно триремы, квадриремы, квинкверемы и декемремы. Только гексеры и гептеры именовались всегда по-гречески - так, как звали их первые учителя сынов Ромула, их наставники в морском искусстве.

Либурна. Изображение на медали.

 Все типы лонгов использовались также для морского разбоя. Поэтому неудивительно, что преобладающим типом в этом классе, если не считать многорядных кораблей, была либурна, изобретенная иллирийскими пиратами, опробованная Гнеем Помпеем в войне с эвпатридами удачи, заимствованная у них и усовершенствованная Агриппой, ставшая ударной силой римского военного флота. Ее изображение сохранилось на медалях императоров Клавдия и Домициана, но оно слишком обобщенно, чтобы Судить о деталях. Либурна принадлежала к очень длинным бипрорам - кораблям с «двойным носом», то есть имела одинаково заостренные штевни, как пентеры и гептеры карфагенян, как быстроходные индийские проа, как суда свионов, о которых Тацит писал, что они «могут подходить к месту причала любою из своих оконечностей, так как и та и другая имеют у них форму носа. Парусами свионы не пользуются и весел вдоль бортов не закрепляют в ряд одно за другим; они у них, как принято на некоторых реках, съемные, и они гребут ими по мере надобности то в одну, то в другую сторону». Кроме весел с двумя-тремя гребцами на каждом либурны имели мачту, установленную в середине корабля и несущую парус, формой напоминающий акатий. Либурнам приходилось воевать с либурнами, так как ими пользовались и государства, и пираты, и защищать самих себя, ибо маленькие либурны нередко эскортировали флоты, состоящие из больших либурн. Впоследствии из них развился не менее быстроходный дромон («бегун»), чьи гребцы назывались дромонариями.

Пистрис. Помпейская фреска.

 Либурны пришли на смену старым типам, таким, например, как небольшой быстроходный пистрис, или пристис, известный Полибию, заимствованный у греков римлянами и как раз во времена Августа уступивший морскую арену либурнам: последние упоминания пистриса принадлежат Ливию и Вергилию. Пистрисом греки именовали разных морских чудищ вроде акулы, кита или пилы-рыбы. Судно получило это название, вероятно, благодаря гипертрофированно высокой носовой части, возвышавшейся над водой наподобие головы сказочного дракона, увенчивающей круто выгнутую шею, тогда как низко сидящий корпус был неразличим даже на небольшом расстоянии. Так строили потом своих «морских драконов» викинги...

В «Энеиде» пистрис - не тип судна, а имя корабля, «быстроходного», но в то же время и «огромного». Последнее - очевидная дань эпосу. В Кодексе Вергилия это место проиллюстрировано изображением фантастической головы, высоко взметнувшейся на форштевне и заменившей собою обычную носовую фигуру. Эти фигуры, установленные на носу корабля или нарисованные возле форштевня, были отличительным знаком военного флота. По ним корабль получал свое имя, они были его знаменем и гербом, украшением и символом. (Эту традицию продолжили в Средние века и в Новое время мореходы Европы, украшавшие носы своих кораблей фигурами святых.) Потому-то отпиливание носов у вражеских кораблей было у римлян актом не только возмездия, не только обескровливания чужого флота, но и знаком несмываемого позора для побежденных.

Бирема-дикрот. У подножья башни - ящик с изображением тутелы. Деталь мраморного барельефа.

 Название носовой фигуры или изображения - insigne - переносили иногда и на кормовое украшение, хотя корма была местом божества, под чьим покровительством находились корабль и его экипаж. Оно называлось тутелой - богом-хранителем, гением-хранителем. У Овидия тутела - это рисованное изображение Минервы. Такие изображения обычно помещались на слегка выступающем за линию борта четырехугольном ящике, как показано на одном мраморном барельефе. Тутела у Сенеки изваяна из слоновой кости. Петроний упоминает вложенную в руку тутеле оливковую ветвь - на ней клялись, как на Библии. По- видимому, тутелой можно считать и изображение самого корабля, доставившего греческого бога-врачевателя Асклепия из Эпидавра в Рим: эта сценка обнаружена на древнем фундаменте садовой ограды монастыря Сан-Бартоломео на тибрском острове Тиберин (в античности - остров Эскулапа) в центре Рима...

Навис туррита. Барельеф.

 Лик этого корабельного патрона почти всегда помещался у подножия палубной боевой башни (если она имелась), ибо, понятное дело, никто так не нуждается в защите, как воины. Эта трехэтажная кирпичная осадная башня - turns, или propugnaculum - устанавливалась на палубах военных кораблей, принадлежавших к классу лонгов и называвшихся navis turrita. Такую башню с «большим количеством тяжелых орудий и метательных снарядов» упоминает, например, Цезарь. С нее при сближении с кораблем неприятеля метали стрелы, дротики, камни, стремясь причинить максимальный урон еще до начала сражения. С нее воины, перебросив переходные мостки, проникали в осаждаемые крепости, расположенные, на свою беду, слишком близко к воде. В ней укрывались в случае надобности члены экипажа. Вероятно, турриты ввел на флоте Агриппа, взяв за основу разъездные башни Деметрия, однако единственное изображение такого корабля не позволяет говорить об этом с уверенностью.

 Третий класс римских судов - navis oneraria - включал грузовые суда, использовавшиеся в военном флоте как транспорты, но чаще предназначавшиеся для перевозки товаров и для других целей. Они были тяжелыми, с округлым днищем и обычно с полной палубой, не имели тарана и, как правило, передвигались только под парусом. Такими они предстают с надгробной плиты помпейского морского торговца.

 Лакомой приманкой для пиратов были гаулы - распространенный у финикиян тип торгово-грузовых судов с очень широкими вместительными трюмами, известный еще Геродоту.

Навис онерария с палубой (констратум навис). Рельеф надгробной плиты помпейского морского торговца.

 Довольно часто античные авторы, начиная с того же Геродота, упоминают и керкур - легкий открытый парусник, изобретенный на Кипре и служивший как торговым, так и военным целям. Его достоинствами были быстроходность и легкость в управлении. Судя по бронзовой медали с изображением судна для перевозки вина, керкур был устроен так, что его весла располагались

Керкур. Изображение на бронзовой медали.

Двухмачтовая корбита. Изображение на медали.

не по всей длине корпуса, а только от носа до середины корпуса, оставляя корму свободной для размещения на ней товаров, то есть в основу конструкции был заложен примерно тот же принцип, что и в гемиолии, тоже хорошо известной римлянам. Быть может, гемиолия также была изобретена на Кипре. У средневековых арабов керкур превратился в чисто парусную трехпалубную грузовую куркуру, а у европейцев - в купеческую каракку.

 Заметное место в классе онерарий занимали и суда функциональной постройки - заимствованные у греков гиппагоги для транспортировки лошадей, особенно в военных целях, получившие у западных римлян название гиппагины, а у восточных (византийцев) - тариды; лапидарии для перевозки камней; одно- или двухмачтовые транспортные и грузовые двухсоттонники корбиты, использовавшиеся исключительно как зерновозы (ситагоги, ситэги). Корбита, изображенная на медали императора Коммода в память того, что он зафрахтовал какое-то количество этих торговых кораблей для доставки в Рим египетского зерна, получила свое название от латинского corbis - корзина: эта деталь на топе главной мачты была весьма приметной (впоследствии это слово, пройдя ряд изменений, превратилось в «корвет»).