Читать онлайн «Империя смерти». Страница 64

Не секретом было в то время, что главная кампания гитлеровского вермахта еще впереди — кампания нацистской Германии против Советской России, во имя создания новой нацистской империи — наследницы империй Барбароссы и Карла V, империи «третьего рейха». Победой над Россией должен был увенчаться первый этап завоевания мирового господства.

Именно для этого и нужна была, в частности, «генеральная репетиция» такого свойства и такого масштаба, какая была проведена в Польше. То был — по планам гитлеровцев — практический урок не только по превращению чужеземцев в рабов «арийской» расы, но и по превращению самих немцев в «сверхчеловеков», коим дозволено все и коих фюрер освободил от бремени человеческого — от ответственности и воли, от разума и даже от инстинкта самосохранения.

В последние предвоенные годы функции и полномочия отрядов СС в нацистской империи изменились. Все большую роль стала играть военная подготовка гиммлеровских головорезов. Обещание Гитлера, данное в свое время генералам, о том, что вермахт останется единственной вооруженной силой рейха, явно становилось фикцией.

Уже к 1938 г., когда нацисты перешли к аннексии чужих территорий, отряды СС фактически превратились в часть гитлеровской военной машины.

18 августа 1938 г. был издан секретный приказ Гитлера, согласно которому вооруженные формирования СС должны были в некоторых случаях подчиняться армейскому командованию. Однако набирали в эти формирования сами эсэсовцы, четырехлетняя служба в частях СС освобождала призывника от воинской повинности и давала ряд ощутимых льгот и преимуществ. Естественно, что приток добровольцев в «элитные» войска увеличился.

В 1940 г. в дивизиях СС насчитывались десятки тысяч новобранцев — общая численность эсэсовских солдат достигла к тому времени 100 тыс. И вооружал их рейхсфюрер СС самым современным оружием.

Гиммлер постоянно настаивал на дальнейшем увеличении своей армии, несмотря на протесты многих представителей армейского командования. Забегая вперед, скажем, что, когда были исчерпаны людские резервы внутри рейха, Гиммлер начал вербовку добровольцев для своих войск в оккупированных гитлеровской Германией странах Европы. При этом он фактически отказался от «отбора» по признаку «чистоты крови». Его войска отныне пополнялись головорезами различных национальностей.

К концу войны в дивизиях СС насчитывалось свыше миллиона человек. Вместе с другими аналогичными вооруженными подразделениями СС — с так называемыми «лейб-штандартами», подразделениями «Мертвая голова», зондеркомандами и т. д. — эти «элитные» войска вели войну во имя истребления целых народов. Впрочем, и вермахт сражался за те же «идеалы».

Но подготовка Гиммлера к «большой войне» отнюдь не ограничивалась созданием войск СС. Агрессии в Западной Европе предшествовали провокации, диверсии, покушения, которые СД-заграница и гестапо проводили совместно с военной разведкой — абвером.

Сформированные Гиммлером и Канарисом группы вторгались на чужие территории еще до наступления вермахта. В задачу им вменялась дезорганизация тыла, поджоги, взрывы, убийства. Они сеяли панику среди населения, терроризировали его.

Особенно ясно это видно на примере Норвегии. Когда Англия и Франция объявили войну нацистской Германии, ценность Норвегии как «северного фланга» будущего фронта и как возможного плацдарма для военных действий на море против Англии значительно возросла.

Захват этой страны предполагалось совершить по старому испытанному рецепту — сначала организовать приход к власти нацистской агентуры (в данном конкретном случае — Квислинга и его банды), а затем новая администрация должна была обратиться к Германии с просьбой прислать немецкие войска в качестве «гаранта безопасности братского народа», для защиты страны от «коварного Альбиона», предавшего интересы «арийской расы господ» и превратившегося в слугу американского капитала. Такова была нехитрая схема «идеологического обоснования» оккупации Норвегии.

Составление оперативного плана вторжения в Норвегию было поручено Гитлером генералу фон Фалькенхорсту, который считался знатоком Скандинавии, хотя никогда там не был и якобы — такова легенда! — черпал свои сведения в основном из популярного путеводителя Бедекера. Рассмотрев предложения Фалькенхорста, Гитлер утвердил их «в принципе» и передал для более подробной разработки в ОКБ. (До этого Верховное командование в планы Гитлера не было посвящено.)

В результате немецкий флот беспрепятственно подошел к ключевым позициям норвежской обороны. Вторжение морской пехоты гитлеровского вермахта оказалось полной неожиданностью как для Норвегии, так и для ее союзника — Великобритании.

Гитлер торжествовал победу. За всю операцию в Норвегии немецкие военно-морские силы потеряли лишь одно транспортное судно! Даже самые большие оптимисты в гитлеровских штабах и в нацистской разведке не ожидали такого. Вот что означала на деле подрывная работа «пятой колонны» и нацистских шпиков.

Гестапо заранее составило подробные списки «враждебных Германии лиц» в Нидерландах, Бельгии и Франции, которые должны были быть арестованы, а затем многие из них уничтожены. Еще до начала военных действий во Франции заработали два тайных передатчика СД. Они служили целям дезинформации французского командования и внесли свою лепту в дело разгрома французской армии.

Итак, представители гиммлеровских ведомств как бы вступили на землю трех западноевропейских стран еще до вермахта, часть из них была одета в полицейскую форму. Эти подразделения действовали в составе «тайной полевой полиции», которая считалась органом вермахта. 14 июня вместе с войсками 28-й армии они вошли в Париж.

Небольшая группа людей, одетых в форму полевой полиции, — всего 20 человек — прибыла в столицу Франции. Гиммлер приказал им: образовать в Париже «предмостные укрепления», чтобы с этого плацдарма постепенно распространить полицейскую власть на всю страну.

Начали уполномоченные Гиммлера с конфискации документов парижской префектуры: они забрали досье, которые содержали сведения о немецких эмигрантах, коммунистах и других, кто был известен враждебным отношением к гитлеровской Германии. Эту команду возглавил Гельмут Кнохен, эсэсовец, который «отличился» во время знакомой нам операции по похищению офицеров английской разведки в Венло. За его спиной был изрядный полицейский и шпионский опыт. Кнохен сам набирал группу, за исключением одного человека — уполномоченного гестапо Бемельбурга, старого знакомого и друга Мюллера-гестапо, который должен был представлять его интересы.

Со временем эта группа полиции безопасности («зипо») превратилась в мощный полицейско-гестаповский аппарат, который в течение почти пяти лет терроризировал Францию.

Надо сказать, что рейхсфюрер СС с самого начала уделял французской операции особое внимание. После оккупации Франции он и сам наведывался туда дважды и постоянно следил за работой своих служб.

После оккупации полиция безопасности приобрела огромную власть. Штаб ее насчитывал 2600 штатных сотрудников, в дальнейшем его численность была доведена до 6 тыс. Была создана сеть тайных агентов из числа французских коллаборационистов. Полицейский штаб после ряда переездов занял роскошную виллу на Авеню де Фош. Название «Авеню де Фош» вызывало у французов такой же ужас, как у немцев Принц Альбрехтштрассе.

В Париже и других городах Франции начались повальные аресты. Десятки тысяч французов были депортированы в немецкие концлагеря. Девиз оккупантов можно сформулировать так: «Террор и управление с помощью коллаборационистов». Под этим девизом и работали во Франции органы СД, гестапо, полевой жандармерии. При этом они действовали в тесной взаимосвязи с армейской военной администрацией.

В стране была размещена целая сеть военных комендатур — 144 районные и 48 — в департаментах.

В конце 1941 г. Кнохену разрешили создать дополнительно еще три своих представительства, которые получили название «внешних ведомств», — в Бордо, Дижоне и Руане.

Наконец, в 1942 г. Гиммлер добился от Гитлера согласия на то, чтобы оккупационное управление вообще устранилось от руководства полицейскими силами, вся полицейская власть отныне была сконцентрирована в руках «особого уполномоченного рейхсфюрера СС», так называемого «верховного полицейского руководителя» всеми органами аппарата насилия во Франции. Этот пост занял по настоятельной рекомендации Гейдриха генерал СС Карл Оберг[87]. Ему была подчинена полиция безопасности.

Оберг был представителем «старшего поколения» СС. В 1914 г. вступил добровольцем в кайзеровскую армию. После первой мировой войны подвизался на коммерческом поприще — создал предприятие по импорту бананов. Но в 1930 г. компания разорилась — Оберг стал безработным. Именно в этот период он и примкнул к нацистскому движению: в июне 1931 г. стал членом НСДАП, а в начале 1932 г. был принят в СС. Там он познакомился с Гейдрихом, который привлек его на службу в свой личный штаб. После прихода к власти Гитлера Оберг был откомандирован в личную охрану Гитлера — в 22-й лейб-штандарт в Мекленбурге. Вскоре Оберг стал руководителем всех отрядов СС в Ганновере. Мировая война застала его на посту полицай-президента города Цвикау. Он получил чин оберфюрера.