Читать онлайн «Политические тайны Второй мировой». Страница 125

Сталин работал по двадцать часов в сутки, не зная выходных и праздничных дней; его можно было увидеть нездоровым, даже больным, но всегда работающим. О том, как он устал за время войны, сохранились для потомков его слова, сказанные генералу Шарлю де Голлю, прилетевшему в Москву в декабре 1944 года, и пригласившему Сталина посетить Париж и освобожденную от врага Францию. «Нет, нет, — ответил тогда ему Сталин, — В Париж я уже не попаду. Я стар, я скоро умру!» [794]

Разносторонний талант Сталина в стратегических вопросах был дан ему от бога, и он поражал членов Ставки и генералов Генштаба своим предвидением возможных событий на советско-германском фронте, заранее выстраивая навстречу ожидаемой опасности силы и средства, и подтягивая туда ближайшие резервы. В то же время Сталин «в годы войны был членом команды — руководителем, чье лидерство было непререкаемым, но не подавляющим. Оно не стало похожим на то угнетающее доминирование, которое практиковал со своим окружением Гитлер». [795]

Наступление советских войск в Белоруссии началось с действий белорусских партизан, число которых к лету 1944 года превысило 140 тыс. человек Ставка и командующие фронтами, участвующие в Белорусской операции, разработали четкий план взаимодействия с партизанскими соединениями и поставили им конкретные задачи. 20 июня, за три дня до общего наступления советских войск в Белоруссии, загремели взрывы в тылу врага, полетели под откос воинские эшелоны, взлетели в воздух железнодорожные мосты и станционные пристройки. Народные мстители почти полностью парализовали движение по железнодорожным линиям Минск — Орша, Полоцк — Молодечно, Минск — Брест, Пинск — Брест [796]. Партизаны срывали организованное отступление врага, громили гарнизоны и штабы, захватывали переправы на реках и удерживали их до подхода советских войск, занимали отдельные населенные пункты, доставляли советскому командованию ценные разведывательные данные.

В ночь на 23 июня началась главная операция четырех фронтов, которую открыли авиация дальнего действия и фронтовые бомбардировщики. В эту ночь они совершили более тысячи самолетовылетов, нанося прицельные удары по узлам обороны и артиллерии противника на участках прорыва советских войск С утра во всех фронтах была проведена мощная артподготовка. Немецко-фашистские войска не могли устоять перед той силой огня и ударов, которые обрушили на них передовые эшелоны советских войск, и они повсеместно дрогнули, оставляя одну позицию за другой. В образовавшиеся разрывы были введены подвижные соединения фронтов и армий, которые сразу устремились к крупным узлам сопротивления гитлеровцев, расположенным в городах Витебск, Бобруйск, Орша, Могилев и Минск.

Развивая наступление на полоцком направлении войска Прибалтийского фронта во взаимодействии с 3-м Белорусским фронтом на третий день операции в районе Витебска окружили пять пехотных немецких дивизий, которые пытались прорваться на запад, но через два дня, утратив всякую на это надежду, сложили оружие. При освобождении Витебска противник потерял 20 тыс. убитыми, более 10 тыс. пленными и много оружия и боевой техники. [797]

На левом фланге советских войск, наступавших в Белоруссии, активно действовали войска 3-го и 2-го Белорусского фронтов, под скрещивающимися ударами которых гитлеровские войска попали в окружение в районе Могилева, Орши, а потом и под Бобруйском. Здесь войска 9-й немецкой армии, которой командовал генерал Н. Форман оказались обойденными с северо-запада и юго-запада. В окружение попало 6 дивизий — более 40 тыс. солдат и офицеров гитлеровской армии и большое количество вооружения и боевой техники [798]. Эти дивизии пытались вырваться из окружения, чтобы вместе с 4-й армией создать оборону на Березине и на подступах к Минску. Командование фашистских войск стало выстраивать на дороге Жлобин — Бобруйск колонны для прорыва из окружения, но концентрация таких больших сил была замечена воздушной разведкой, и по приказу командующего 3-м Белорусским фронтом генерала К. Рокоссовского на них была обрушена вся мощь 16-й воздушной армии, которой командовал генерал С. Руденко. 526 самолетов последовательными волнами в течение часа нанесли мощный удар по скоплению противника. В стане врага возникла невообразимая паника, обезумевшие гитлеровцы метались по дороге и близлежащему полю, среди горящей техники, неся огромные потери, и проклинали войну и Гитлера. Бросившие все танки и около 5 тыс. орудий и 1 тыс. автомашин, остатки разбитой немецкой армии были ликвидированы северо-западнее Бобруйска. [799]

Наступление советских войск в Белоруссии в период с 23 по 28 июня поставило группу армий «Центр» на грань катастрофы. Оборона врага была повержена на всех направлениях 520-километрового фронта, в боях и сражениях было окружено и уничтожено 13 дивизий вермахта, и перед нашими войсками открывалась возможность развить наступление на Минск и Барановичи. Отдавая должное героизму советских воинов, советское правительство наградило десятки тысяч солдат и офицеров орденами и медалями, а командующему 1-м Белорусским фронтом КК. Рокоссовскому было присвоено звание маршала Советского Союза.

Этот военачальник пользовался особым уважением у Сталина и большой любовью среди офицеров и солдат своего фронта. В нем прекрасно сочетался великий ум полководца и скромность человека, не старавшегося выделиться среди людей. В нем была заложена величавая простота, и он был доступен в общении. Воздействие обаяния маршала К. Рокоссовского на окружающих людей было так велико, что в обращении с ними он никогда не повышал голоса, и ему достаточно было сказать два слова: «Я вас прошу», что побуждало офицеров и солдат исполнять его приказы даже с риском для своей жизни.

Видя полный развал обороны группы армий «Центр», Гитлер 28 июня снял ее командующего фельдмаршала Э. Буша и назначил на его место фельдмаршала В. Моделя, еще две недели назад утверждавшего, что советские войска будут наступать на группу армий «Северная Украина».

Оценив обстановку и удостоверившись, что от группы армий «Центр» остались одни обломки, Модель «избрал очень простую стратегию: быстрое отступление и спасение того, что еще осталось, до тех пор, пока у русских возникнут проблемы со снабжением армии, а он, в свою очередь, сможет пополнить войска новыми дивизиями, в это время формировавшимися в Германии» [800]. Гитлер был в бешенстве от такой стратегии Моделя, но у него уже не было других генералов, кому он мог доверить спасение положения на Восточном фронте, откуда исходила главная угроза Третьему рейху.

Ставка советского Верховного Главнокомандования 28 июня приказала наступавшим войскам сходящимися ударами окружить противника в районе Минска. Задача сомкнуть кольцо вокруг 4-й армии вермахта была возложена на 3-й и 1-й Белорусские фронты. Им предстояло стремительно продвигаться на Молодечно и Барановичи, чтобы создать подвижный внешний фронт окружения, одновременно частью своих сил они должны были создать прочный внутренний фронт окружения. 3 июля столица Белоруссии была освобождена стремительным ударом танковых корпусов 3-го и 1-го Белорусских фронтов, а восточнее Минска было завершено окружение 105 тысяч вражеских солдат и офицеров. Их попытка прорваться на запад или юго-запад была решительно пресечена; противник потерял 70 тыс. человек убитыми и около 35 тыс. пленными [801]. В котлах в районах Витебска, Орши, Могилева, Бобруйска и Минска сдались в плен 39 генералов — командиров корпусов и дивизий.

Таким образом, советские войска, нанеся тяжелое поражение группе армий «Центр», за 12 дней операции (с 23 июня по 4 июля) продвинулись до 250 км от исходного положения и с выходом на фронт оз. Дривяты — оз. Нарочь — Вилейка — Молодечно — Столбцы — Несвиж почти полностью освободили от фашистского ига Белорусскую ССР. В результате этого продвижения в центре германского стратегического фронта образовалась 400-километровая брешь, быстро заполнить которую германское командование не могло. Перед советским командованием встала задача не допустить образования сплошного фронта врага и немедленно развить дальнейшее наступление 1-го Прибалтийского и Белорусских фронтов, чтобы выйти на побережье Балтийского моря и создать угрозу полной изоляции и окружения группы армий «Север», и вывести советские войска к границам Восточной Пруссии и Польши — на кратчайшее расстояние к сердцу фашистской Германии — Берлину.

4 июля Ставка поставила задачу преследуя отступающего противника, вступить на территорию Литвы и выйти к границам Польши. А 17 июля по центральным улицам Москвы было проконвоировано 57 600 немцев, взятых в плен в Белоруссии, во главе с генералами. Гитлер и его подручные мечтали о победном параде своих войск в Москве, теперь они прошли его под игом победителя.