Читать онлайн «Тысячелетняя битва за Царьград». Страница 156

Осенью 1915 г. военно-политическая обстановка в Персии ухудшилась, в стране шла вялотекущая гражданская война. Центром турецко-германской пропаганды стал город Исфаган. Он же был средоточием формирования летучих отрядов под руководством германского консула, шведских инструкторов персидской жандармерии и турецких офицеров. Эти отряды предприняли ряд враждебных выступлений против русских и англичан в Персии. Поэтому русское Министерство иностранных дел не считало уже возможным продолжать борьбу с Германией в Персии только дипломатическим путем и потребовало ввода в Персию 10-тысячного отряда, который держался бы наготове между Энзели и Тегераном и должен был бы служить для противодействия «мирным отрядам», навербованным германо-турками.

Однако это требование было отклонено Ставкой, которая возложила наведение порядка в западной части Персии на Кавказский фронт, а в восточной части — на Туркестанский военный округ. В персидском Азербайджане были несколько усилены еще раньше находившиеся там небольшие русские отряды.

Из Туркестана в восточную Персию вошел конный отряд из тысячи казаков при четырех пушках, получивший наименование по месту своего назначения — Хоросанский. Этот отряд задержал и арестовал в Хоросане германско-турецкие группы, следовавшие к афгано-персидской границе, и установил совместно с английским отрядом, достигшим Сенетана, подвижную завесу от Каспийского моря до Индийского океана.

Но германо-турецкая операция не прекращалась, и германский консул занял своим отрядом, составленным из представителей сочувствующих Германии группировок, города Керманшах и Кянгевер.

Тогда из войск Кавказской армии был сформирован кавалерийский корпус генерала Баратова в составе трех батальонов, 39 сотен и 20 пушек. Корпус Баратова был перевезен из Баку по Каспийскому морю и 30 октября высажен в порту Энзели.

Между тем в городе Керманшахе собрались отряды персидской жандармерии и наемников. В начале декабря они заняли город Хамадан.

Для противодействия им корпус Баратова 6 декабря выступил из Казвина и, выделив часть сил на направление между Хамаданом и Тегераном с целью прикрыть Тегеран и действовать далее на Кашан и Исфаган, с остальными направился к Хамадану. В нескольких стычках прогерманские формирования были рассеяны. 16 декабря русскими был занят Хамадан, а затем — Доулетабад. После этого русское командование предложило англичанам направить хотя бы небольшой отряд в промежуток между русским отрядом Баратова и английскими войсками, действующими в Месопотамии.

Еще в ноябре 1914 г. английские войска при поддержке флота заняли турецкий порт Фао в устье реки Шат-эль-Араба. В реку был введен английский броненосец и другие корабли. Не имея возможности противостоять им, турки оставили Басру — важный порт в 70 милях от устья реки. Затем английские войска при поддержке канонерских лодок двинулись вверх по Шат-эль-Арабу и заняли город Курн, расположенный у слияния Тигра и Евфрата. К концу сентября английский экспедиционный корпус генерала Тауншенда занял линию Кербела — Кут-эль-Амара, а в ноябре, не доходя 35 км до Багдада, достиг района городища Ктезифан. Здесь англичане 22 ноября были наголову разбиты турками под командованием полковника Нур-эд-дина. Остатки экспедиционного корпуса отступили 3 декабря к Кут-эль-Амаре, где и были осаждены турецкими войсками под командованием генерала фон дер Гольца (Гольц-паши). В апреле 1916 г. английский корпус капитулировал в Кут-Эль-Амаре. Генерал Тауншенд сдался с 10 тысячами солдат и офицеров. Таким образом, провалилась попытка соединения русских войск с английскими.

В завершении рассказа о кампании 1915 г. необходимо сказать и о кадровых изменениях, происшедших в августе 1915 г. как в Кавказской армии, так и в России в целом. 23 августа Николай II сместил с поста главнокомандующего великого князя Николая Николаевича (младшего) и назначил его наместником на Кавказе и главнокомандующим Кавказской армией.

Николай II сам стал главнокомандующим русской армией и флотом. В бытность наследником Николай командовал гвардейским батальоном. Но еще тогда современники говорили, что его военные знания остались на уровне гвардейского поручика. Естественно, что за царя руководство войной вел начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал М.В. Алексеев.

Алексеев был толковым генштабистом, но не более. Ни на Суворова, ни даже на Потемкина он явно не тянул. Конечно, он, как военный специалист, существенно превосходил великого князя Николая Николаевича. Но у Николая Николаевича был титул и был характер. Кстати, именно из-за этого его и сняли. Он оказался слишком самостоятельным, и императрица вместе с Распутиным нашептывали царю, что его главнокомандующий лелеет планы стать Николаем III. Возможно, какие-то основания для этого и были. Если честно сказать, то после поражений русских войск на германском фронте в 1915 г. и резкого усиления роли Распутина при дворе почти все семейство Романовых уяснило, что Ники ведет страну к гибели. Чуть ли не каждый великий князь мысленно примерял на себя корону Российской империи.

С самого начала царствования Николая II аппарат управления империей постепенно приходил в негодность. Однако с принятием Николаем поста Верховного главнокомандующего начался развал централизованного управления империей. Царь метался между Ставкой и семьей, находившейся в Царском Селе. Но большую часть времени он все-таки проводил в Ставке. Все же министерства оставались в Петрограде, и министрам приходилось постоянно курсировать между министерством и Ставкой. По законам Российской империи и сложившемуся за 100 лет порядку царица осуществляла лишь представительские функции и не имела никакого отношения к аппарату управления страной. Однако в связи с отсутствием Николая II в столице императрица Александра Федоровна с большой охотой стала постепенно брать на себя функции правящего монарха. Она принимала доклады министров, издавала распоряжения и т.д. Действиями же царицы руководил Распутин. В свою очередь Григорием руководили господа Симоанович, Рубинштейн и К. Централизованная власть в стране с середины 1915 г. и до конца 1916 г. постоянно трансформировалась в многополярную власть. Один полюс — императрица и ее окружение; другой полюс — генералитет в Ставке; третий полюс — думцы и поддерживающий их капитал. Особняком стояли семейства великих князей. Огромную силу приобретала масонская организация, имевшая своих членов среди капиталистов, генералов и великих князей.

1916 год начался с эвакуации союзных войск из Дарданелл. В Мраморном море снова зажглись маяки, оживилось судоходство, которому больше не угрожали английские подводные лодки. 17 января 1916 г. через Балканы в Стамбул прибыл первый поезд прямого сообщения Берлин — Стамбул. Все это подняло настроение как правителей, так и населения Стамбула.

Но из Угольного района каждый день приходили известия о появлении русских эсминцев. Они атаковывали и уничтожали буксиры и парусники. Постоянно приходилось откладывать переходы пароходов из Зунгулдака и обратно, хотя уголь был крайне необходим. Из-за того, что в районе Зунгулдака постоянно крейсировали русские эсминцы, было решено отправить «Гебен» для обеспечения прохода порожнего транспорта в Угольный район. 7 января 1916 г. угольный транспорт «Кармен», имея на борту одного унтер-офицера и трех матросов с «Бреслау», вышел из Босфора под конвоем эсминцев, которые сопровождали его до 6 часов вечера. Далее ночью он должен был следовать самостоятельно. «Гебен» вышел из Босфора 7 января в 17 ч 40 мин и в 8 ч утра 8 января уже находился перед Зунгулдаком. Здесь на «Гебен» по радио сообщили, что этой ночью транспорт «Кармен» был атакован тремя русскими эсминцами и потоплен. Части экипажа удалось достичь берега и спастись. «Гебен» повернул назад и в 8 ч 23 мин увидел два русских эсминца. «Гебен» пустился в погоню. Русские эсминцы отходили на северо-запад. В 9 ч 15 мин на «Гебене» заметили на горизонте густой дым. Это шел дредноут «Императрица Мария» в сопровождении эскадренных миноносцев «Пронзительный» и «Пылкий». В 9 ч 40 мин дредноут открыл огонь. «Гебен» начал отвечать. Дредноут «Императрица Мария» лег на контркурс. Когда «Гебен» перешел за траверз дредноута, последний в 9 ч 44 мин повернул вслед за «Гебеном». В 10 ч 10 мин он прекратил стрельбу и скрылся на северо-запад. Бой начался с дистанции 110 кабельтовых (20 км). Залпы русского дредноута ложились кучно, в непосредственной близости от «Гебена», и многочисленные осколки попадали на палубу. Ими был пробит флаг на гафеле. Последние всплески ложились на расстоянии 8—11 кабельтовых (1,5—2 км) от«Гебена». «Императрица Мария» сделала около 150 выстрелов, причем наибольшая дистанция стрельбы составляла 125 кабельтовых (23 150 м). «Гебен» произвел пять выстрелов и уже в 9 ч 44 мин прекратил огонь из-за слишком большой дистанции. Сознавая артиллерийское превосходство «Императрицы Марии», «Гебен» стремился уйти из сферы ее огня. Но русский дредноут развил такую большую скорость, что обросшему ракушками «Гебену», к тому же имевшему расшатанные гребные валы, с трудом удавалось увеличивать дистанцию.