Читать онлайн «Корни блицкрига». Страница 51

Офицеры, назначенные в состав комитетов, как правило, имели звания капитанов и обер-лейтенантов. Несмотря на их относительно невысокие звания, большинство из них были опытными командирами. Некоторые, как например капитаны Курт Штудент и Гельмут Вильберг, уже были причислены к корпусу офицеров Генерального штаба. Другие, как капитан Хуго Шперлле, стали известными генералами в ходе Второй мировой войны. Спустя две недели после того, как ВВС начали реализацию своей программы, генерал фон Зект издал директивы, которыми в рамках Генерального штаба создавались комитеты по изучению опыта войны (см. главу два). Приказ фон Зекта был передан в ВВС в декабре 1919 года, после чего были созданы дополнительно группы и комитеты для того, чтобы получить реальную картину, всесторонне освещающую полученный боевой опыт, в качестве базы для выработки рекомендаций по улучшению доктрины воздушной войны.{688} ВВС в некоторой степени шли даже дальше требований фон Зекта. Будучи наиболее продвинутым в техническом отношении родом войск, ВВС организовало специальный комитет для изучения технических и индустриальных аспектов воздушной войны. Этот комитет в составе тридцати одного офицера, как правило с техническим опытом или дипломом инженера, был создан 4 декабря 1919 года.{689}

В конце декабря 1919 года были сформированы еще двадцать семь комитетов для изучения специальных организационных и тактических вопросов.{690} К началу 1920 года более ста тридцати одних из лучших офицеров ВВС были заняты написанием аналитических работ или деятельностью в составе комитетов. Некоторые офицеры работали сразу в составе двух или трех комитетов, организованных в ноябре и декабре 1919 года. В эту деятельность были прямо вовлечены и высшие офицеры ВВС. Подполковник Вильгельм Зигерт, начальник штаба ВВС во время войны, руководил работой более чем двадцати офицеров, занимающихся вопросами ПВО тыловых районов.{691} Вопросы и проблемы, изучавшиеся офицерами ВВС, иллюстрируют, что к 1918 году германская военная авиация представляла из себя высокоорганизованную силу, использовавшуюся для тактической поддержки наземных войск и для противовоздушной обороны страны. Вопросы тактической авиационной поддержки полевой армии были основной целью изучения для двадцати семи специальных групп, организованных 24 декабря 1919 года. Пять из этих групп занимались проблемами воздушных разведки и наблюдения. Восемь групп были сформированы с целью изучения вопросов тактической поддержки наземных войск и организации взаимодействия между авиационными и сухопутными подразделениями.{692} Три комитета занимались ПВО, включая методы борьбы с вражескими истребителями и завоевание превосходства в воздухе.{693} Оставшиеся комитеты анализировали более специализированные аспекты воздушной войны, такие как организацию снабжения, использование авиации в горной войне, а также воздушные операции в морской войне.{694}

До сегодняшнего дня оригинальных аналитических документов и отчетов о дискуссиях внутри комитетов, посвященных воздушной войне, сохранилось больше, чем аналогичных работ, оставшихся от комитетов сухопутной армии. Поэтому воссоздать детальную картину деятельности комитетов в рамках программы ВВС легче, чем сухопутных войск.{695} Например, одной из главных дискуссионных тем в 1919–20 годах был поиск лучшей организации частей армейской авиации, занимающихся воздушным наблюдением и поддержкой сухопутных войск. Основной тенденцией были рекомендации принять сбалансированную организацию групп авиационной поддержки в составе четырех эскадрилий: одна для наблюдения и поддержки сухопутных войск, одна в составе двенадцати самолетов для бомбардировки наземных войск противника, одна для артиллерийской разведки и одна эскадрилья из самолетов связи.{696} Некоторые работы рекомендовали придавать каждой воюющей дивизии авиаэскадрилью в составе четырех самолетов связи, четырех разведывательных самолетов, нескольких самолетов типа «С» (тяжеловооруженные двухместные разведывательно-штурмовые самолеты) и нескольких бомбардировщиков.{697} Необходимость организации больших дивизионных авиаэскадрилий, включающих разведывательные, штурмовые самолеты и самолеты обеспечения, признавалась всеми опытными авиационными командирами.

Самой поразительной особенностью работ 1919–20 годов, проводимых в рамках программы ВВС и посвященных анализу опыта Первой мировой войны, было общее отсутствие интереса к стратегическим воздушным операциям. Хотя в распоряжении командования были такие командиры как Зигерт, эксперт в области бомбардировочных операций, а также командиры бомбардировочных частей, как например кавалер ордена Pour le Merite капитан Эрнст Бранденбург, возглавлявший рейды бомбардировочной авиации против Англии, ни Генеральный штаб, ни командование ВВС не создали ни одного комитета или группы для исследования данного вопроса. Только одна работа, посвященная стратегическим бомбардировкам, была представлена в отдел Т-4 войскового управления (авиационную секцию), который координировал усилия по изучению военного опыта после роспуска ВВС в мае 1920 года, и это был перевод статьи капитана итальянских ВВС Амедео Мекоцци.{698} Позже, в 20-е годы Рейхсвер заказал несколько исследований, посвященных тактике тяжелых бомбардировщиков изучению опыта войны. Одно из этих исследований обобщало опыт бомбежек Германии и причиненного ими ущерба в рамках предпринятой союзниками кампании стратегических бомбардировок.{699} Другой, в значительной степени технический обзор, середины 20-х годов, был посвящен вопросам точности и способам бомбометания с использования различных типов бомб; он включал большое количество польских, французских, американских и итальянских данных, а также множество фотографий воздушных ударов времен войны.{700} Однако большинство послевоенных исследований, посвященных бомбардировочной авиации, сконцентрированы на тактической роли тяжелых бомбардировщиков при поддержке сухопутных войск.{701}

В одном из послевоенных исследований в качестве примера эффективного использования тяжелых бомбардировщиков обсуждались бомбардировки немецких железнодорожных центров, расположенных позади линии фронта в районе Соммы, проводимые в 1916 году британской авиацией.{702} Немецкие бомбардировки британских и французских железных дорог и тыловых складов в ходе наступления Людендорфа 1918 года приводились в качестве другого примера успешного использования бомбардировочной авиации.{703} Использование медлительных тяжелых бомбардировщиков для непосредственной поддержки сухопутных войск исключалось, из-за тяжелых потерь, которые понесла тяжелая бомбардировочная авиация при попытке такого использования в 1918 году. Цельнометаллические бронированные штурмовые самолеты считались наиболее подходящими для выполнения задач фронтовой авиации.{704} В послевоенных германских исследованиях тяжелые бомбардировщики относились к авиации, используемой для поддержки действий фронтовых объединений, таких как армии и армейские группы, с целью уничтожения военных целей в зоне тыловых коммуникаций, которое могло бы непосредственно и сразу оказать влияние на эффективность ведения боевых действий боевыми подразделениями на линии фронта. Германские ВВС, отдавая себе полный отчет в провале кампаний стратегических бомбардировок в 1917–18 годах, имевших целью нанесение серьезного ущерба противнику, приняли в 1921–22 годах ясное и осознанное решение отказаться от стратегических бомбардировок вражеских государств. Хотя дальнейшие исследования 20-х и 30-х годов несколько смягчили предубеждения немцев в отношении стратегических бомбардировок, в целом ранее послевоенное отношение к ним оставалось распространенным в Германии. Немцы осознавали значение тяжелой бомбардировочной авиации, но только в роли подчиненных армии сил непосредственной поддержки сухопутных войск.

Германские ВВС, превосходившие своих оппонентов в истребительной тактике в ходе войны, изучали способы улучшения тактики и организации истребительных подразделений в следующей войне. Эрхард Мильх, будущий маршал люфтваффе, командовавший в Первую мировую истребительными и разведывательными эскадрильями, работал в качестве старшего офицера в составе комитета, изучавшего проблемы завоевания господства в воздухе.{705} В работе «Борьба за превосходство в воздухе», написанной в январе-феврале 1920 года, Мильх подчеркивал, что в войне будущего именно истребители должны иметь главный приоритет при производстве самолетов, следом за ним по важности идет производство разведывательных и штурмовых самолетов.{706}

В октябре 1920 года совет из одиннадцати командиров истребительных подразделений военного времени представил в отдел Т-4 Войскового управления (авиационный отдел) свои рекомендации по организации будущих истребительных частей. Комитет по организации истребительной авиации был группой особенно выдающихся и опытных авиационных командиров, среди которых было три кавалера ордена «Pour le merite»: оберлейтенант Боле, лейтенанты Якобс и Дегелов, а также будущие генералы Люфтваффе, капитаны Шперлле, Штудент и Вильберг.{707} Комитет по истребительным авиачастям рекомендовал иметь большие истребительные группы в составе шести эскадрилий, но единодушно соглашался с тем, что использование авиакрыльев в составе нескольких групп в качестве тактической организации было бы непрактичным. Большинство членов комитета рекомендовало истребительные группы, имевшие в своем составе как одно — так и двухместные истребители. После некоторых дебатов и обсуждения серьезных разногласий большинство офицеров пришло к выводу, что один командующий в состоянии управлять в сражении несколькими истребительными эскадрильями. Однако для такой сложной координации действий нескольких эскадрилий были необходимы усовершенствованные радиоприборы класса «воздух — воздух». Комитет единогласно вынес и другие рекомендации: командир эскадрильи должен летать со своими подчиненными и не может командовать их действиями с земли, а аэродромы истребительной авиации должны быть максимально приближены к линии фронта.{708} Опыт военного времени показал ВВС, что концентрация и управление истребительными авиачастями являются главными тактическими требованиями для достижения воздушной победы.