Читать онлайн «Корни блицкрига». Страница 28

Обучение новобранца в Рейхсвере, полный курс обучения базовым навыкам пехотинца и солдата, обычно длилось около шести месяцев. Ганс Майер-Велькер, поступивший на службу в Рейхсвер в качестве кандидата в офицеры в 1925-м году и прошедший курс молодого бойца, описал его как строгое и всестороннее обучение. в учебном батальоне четырнадцатого пехотного полка, куда попал Майер-Велькер, акцент делался на физической, а также традиционной строевой подготовке.{341} Большая часть тренировок проводилась в форме многочисленных ночных и дневных тактических учений. Солдатам выдавались тактические наставления, которые они, как предполагалось, будут изучать в свое свободное время.{342}

Солдаты каждого рода войск Рейхсвера в дополнение к специальному обучению в рамках своего рода войск проходили базовый пехотный учебный курс. Так, например, солдаты, попавшие в автомобильные войска, в течение первых двух лет своей службы наряду с курсами механиков, водителей и технического обучения проходили и пехотный учебный курс.{343} Родом войск, в наименьшей степени изменившим свои учебные программы по сравнению с предвоенными подходами, оказалась кавалерия. Даже при том, что ведение боя в спешенных порядках было частью довоенной программы обучения, верховая езда оставалось основой обучения кавалерии и после войны, а кавалерист все еще получал соответствующее снаряжение и обучался владению пикой и саблей.{344} Сутью всего обучения кавалерии оставалась как индивидуальная, так и групповая верховая езда. Однако конная езда в строю — хотя послевоенная программа обучения кавалерии и уделяла этому большое значение — имела лишь небольшое практическое военное применение к началу 20-х годов. Кавалерия безусловно оказалась самым консервативным родом войск. Описание большее части высшего командного состава как реакционного в военном отношении не является преувеличением. Основным наставлением для кавалерии было Армейское наставление 12,впервые изданное в 1912 году. Новое издание лишь с некоторыми незначительными изменениями было выпущено Рейхсвером в 1926-м году.{345} После Первой мировой войны практически все младшие офицеры оказались сторонниками упразднения пики, но все полковые кавалерийские командиры Рейхсвера настаивали на сохранении этого живописного, но бесполезного оружия. Только в октябре 1927 года командующий армией, генерал Вильгельм Гейе, преодолел оппозицию полковников-кавалеристов и приказал упразднить пику в кавалерии.{346}

С развитием армии, время с конца весны и до начала осени стало сезоном полковых и дивизионных маневров, достигающих наивысшей точки при проведении многодивизионных учений в сентябре. С ноября по март центром обучения солдат была рота. Небольшие подразделения оставались в своих гарнизонах и использовали для обучения расположенные поблизости полигоны. Отчет американского военного атташе в Германии, написанный в 1927 году, детально описывает обучение немецких воинских частей в ходе зимы. Этот отчет проливает свет на обучение Рейхсвера начиная с ранних 20-х годов и до начала перевооружения в 1934 году.{347} Американский атташе был впечатлен уроками тактики в классном помещении, которые проводил ротный командир для всей роты. Большой (2 на 4 метра) ящик/стол с песком, который обычно использовался для военных игр и обучения — был намного больше, чем аналогичный стол, используемый в армии США. В этом изображении боевых действий на участке роты использовались масштабные модели зданий и снаряжения, а также фигуры, представляющие каждого солдата роты. В ходе урока командир роты поэтапно проговаривал с солдатами тактические проблемы, постоянно задавая вопросы и получая ответы, «сначала задавался вопрос и класс должен был назвать имя человека, который должен ответить на этот вопрос. Вопросы и ответы аккуратно сменяют друг друга, причем нет и секундной паузы между вопросом ответом или между ответом и следующим вопросом; каждый человек должен быть начеку.»{348}

Атташе считал, что физическая подготовка немецких солдат гораздо лучше, чем такая же в американских вооруженных силах. Нормативы Рейхсвера предполагали для своих солдат большее количество напряженных маршей, чем стандартные нормы в армии США: «что касается проворства и ловкости, то немцы гораздо лучше подготовлены физически чем наши собственные солдаты»;{349} комментарий американского наблюдателя озвучил «впечатление о чрезвычайно высоком уровне подготовки.»{350} В соответствии с концепцией Зекта касательно создания «армии командиров», в ходе ротных учений при решении различных тактических задач происходила постоянная ротация унтер-офицеров через должности взводных командиров, с целью дать им практический опыт командования взводом. Даже рядовым давали возможность попеременно действовать в качестве командира отделения в ходе решения тактических задач. Задачи роты, описанные американцем, включали действия роты в качестве полкового авангарда, атаку вражеских укрепленных позиций, а также атаку пулеметных точек. Для придания реализма учениям использовались макеты пехотных орудий, а также пулеметов. В целом маневры осуществлялись «с большим энтузиазмом»; что касается лидерства, то «хотя приказы взводам и отделениям отдавались младшими унтер-офицерами и рядовыми, качество этих приказов было высоким, соответственно уровень командования везде был первоклассным.»{351}

Другие отчеты о проведении в Рейхсвере обучения на уровне роты также свидетельствуют о том, насколько серьезным и напряженным оно было. подразделения Рейхсвера обычно большую часть своего времени проводили на свежем воздухе. Франц фон Гертнер, бывший в начале 20-х лейтенантом, вспоминал, что пехотная рота, в которой он служил под началом будущего фельдмаршала Эриха фон Манштейна, регулярно тратила 4 дня в неделю на полевые учения. Три дня отводились на марши и тактические занятия и один на огневую подготовку. Только один день отводился на внутриказарменные занятия.{352}

Задачи системы обучения Зекта

В соответствии с политикой Зекта создание армейской организации и обучение армии должно было происходить поэтапно. Сначала должна была быть организована профессиональная армия. На второй стадии следовало разработать современную военную доктрину. На третьем этапе должна была быть создана всеобъемлющая программа обучения всех родов войск. В соответствии с новой доктриной обучение должно было начинаться со взводных и ротных учений, постепенно двигаясь в сторону учений батальонных и полковых. При достижении высокого уровня индивидуальной подготовки, а также подготовки небольших подразделений, армия переходила к дивизионным и многодивизионным маневрам. Зект сделал обучение Рейхсвера главным приоритетом его армейской политики. Примерно треть своего времени в течение года он отводил на посещение гарнизонов по всей стране с тем, чтобы наблюдать за тем, как проходит обучение. Руководитель рейхсвера не пропускал даже самые маленькие подразделения.{353}

Фон Зект, как показывают его сохранившиеся инструкции, ожидал, что его подчиненные генералы будут поступать аналогично.{354} В своем письме, названном «Основы обучения армии», Зект настаивал на том, что каждый офицер каждого рода войск Рейхсвера должен постоянно помнить о своей роли наставника и образца для подчиненных ему войск.{355} Рукописная история Шестнадцатого пехотного полка показывает нам эту поэтапную систему армейского обучения. В 1921 году эта часть была сформирована. В 1922 программа обучения полка акцентировалась на переподготовке отделений, взводов и рот в соответствии с новыми пехотными наставлениями.{356} В 1924 году была пересмотрена система обучения солдат и унтер-офицеров в соответствии с опытом, накопленным в 1921–23 годах.{357} В 1924 году были также проведены ряд батальонных и полковых учений.{358} А в 1926 году состоялись дивизионные учения.{359}

Результаты наблюдений Зекта за ходом обучения частей и подразделений содержались в ежегодно издававшихся Заметок командующего сухопутных войск (Bemerkungen des Chefs der Heersleitung). В 1920 Зект предписал, что первые три месяца каждого нового года должны были принадлежать командиру роты для его учебной программы.{360} В том же самом году Зект констатировал, что «самой трудной целью для командира является достижение взаимодействия родов войск.»{361} Он привел в качестве негативного примера гарнизон, в котором стояли пехотный батальон и артиллерийская батарея, которые редко участвовали в совместных учениях. Другой гарнизон, который посетил Зект, состоял из батальона пехоты без какого-либо артиллерийского подразделения, и несмотря на это пехота постоянно учились взаимодействию с артиллерией, используя макеты пехотных орудий — в гарнизоне служило несколько опытных артиллеристов, подготовивших программу обучения. Зект приказал, чтобы каждый пехотный офицер учился обслуживать орудия и командовать артиллерийским взводом. Тот же самый приказ в равной степени касался кавалерии и других родов войск.{362}