Читать онлайн «Затянувшийся блицкриг. Почему Германия проиграла войну». Страница 48

2-я танковая армия была постепенно оттеснена к юго-восточным отрогам Альп. Крупные силы наступавшего здесь 3-го Украинского фронта, продвинувшись на запад, повернули затем на север в направлении Винер-Нейштадта и Вены.

Превосходящие силы 2-го Украинского фронта, наносившие главный удар по обе стороны Дуная на стыке 6-й и 8-й немецких армий, сравнительно легко преодолели сопротивление этих армий. Уже в первых числах апреля русские заняли Братиславу, а через несколько дней они с востока и юга ворвались в Вену и после коротких, но упорных уличных боев к 13 апреля полностью овладели городом.

После этого русские, почти не встречая сопротивления, продолжали продвигаться на запад, пока в районе Линца не встретились с американцами, наступавшими с запада.

1-я танковая и 17-я армии оказывали противнику более сильное сопротивление, чем их южные соседи, и потому русские продвигались здесь очень медленно. Этим армиям удалось повсюду сохранить целостность своего фронта. В начале мая они все еще оказывали ожесточенное сопротивление примерно на рубеже Брно — Оломоуц и удерживали в своих руках перевалы в Судетах.

Далее к северу, на фронте 4-й танковой армии, русские войска начали наступление лишь в середине апреля одновременно с началом битвы за Берлин. В то время как крупные силы 1-го Украинского фронта, осуществившие здесь прорыв между Губеном и Мускау, повернули на северо-запад и приняли участие в описанных выше боях за Берлин, значительные русские силы прорвались на запад и в районе Торгау встретились с американцами. Крупные русские силы, прикрывавшие фланги этих ударных группировок, постепенно повернули на юг, но при этом натолкнулись на части 4-й танковой армии, которая отошла с реки Нейсе, и были временно остановлены.

4-я танковая армия, как уже говорилось, не могла выполнить настойчивое требование немецкого командования, заключавшееся в том, чтобы ударом на север совместно с 9-й и 12-й армиями и оперативной группой Штейнера принять участие в битве за Берлин. Это объяснялось тем, что она имела очень мало соединений, способных наступать. Ее войска, действовавшие на широком фронте, в первых числах мая были оттеснены к Рудным горам.

В начале мая группа армий «Центр» оказалась окруженной в Чехии и Моравии. Ее фронт, обращенный на восток и на север, проходил западнее Брно — Оломоуца и шел далее по перевалам Судет и по отрогам Рудных гор. В тылу, примерно на рубеже Линц — Ческе-Будеёвице — Пльзень — Карловы-Вары, находились американцы. В самом «котле» началось восстание чешского населения. Оно носило исключительно жестокий характер и было направлено главным образом против местного немецкого населения, а также против расположенных здесь немецких госпиталей и отдельных лиц вольнонаемного состава немецкой армии. Описание неслыханных зверств этих дней выходит за рамки данной книги, однако у тех, кто их пережил, они надолго останутся в памяти.

О продолжении группой армий своей борьбы нечего было и думать. Согласно указаниям главы нового германского правительства гросс-адмирала Деница, командование ее должно было во время переговоров с западными союзниками о капитуляции добиться от них разрешения на отвод группы армий на запад, чтобы таким образом вывести свои войска из-под удара русских.

Теперь, после того как на территории Северной Германии войскам немецкой Восточной армии удалось сдаться в основном в руки западных союзников, нужно было повсюду добиваться того, чтобы уберечь от русского плена по крайней мере те соединения, которые еще имели возможность отступать на запад.

Но главнокомандующий войсками западных союзников генерал Эйзенхауэр не допустил этих переговоров. В предъявленном немцам ультиматуме были указаны настолько ограниченные сроки капитуляции, что они исключали всякую возможность борьбы за выигрыш времени. Эйзенхауэр требовал безоговорочной капитуляции немцев на всех фронтах. Акт о безоговорочной капитуляции должен был вступить в силу в ночь с 8 на 9 мая 1945 года. Согласно условиям капитуляции, с этого момента запрещалось не только ведение каких-либо боевых действий, но даже всякое передвижение войск. Имевшая до сих пор место практика, когда отдельные солдаты и небольшие группы войск могли спастись, сдавшись в плен западным союзникам, была исключена, по крайней мере теоретически.

Против этих условий, обрекавших сотни тысяч немецких солдат на русский плен, отчаянно боролся генерал-полковник Йодль, который, будучи начальником Главного штаба германских Вооруженных сил, представлял немецкую сторону на переговорах[8]. Неправильно оценивая дальнейший ход событий, что для нас сегодня является совершенно непостижимым, Эйзенхауэр отказался идти на какие бы то ни было уступки и грозил применить суровые репрессии, если капитуляция не будет подписана немедленно.

Тем временем группа армий «Курляндия» и 4-я армия, находившиеся на косе Курише-Нерунг, при энергичной поддержке кораблей Военно-морского флота предпринимали отчаянные попытки спасти как можно больше солдат и беженцев, эвакуируя их морским путем. В эти дни русская авиация уничтожила большое количество немецких кораблей и судов, переполненных войсками и беженцами. Тысячи людей нашли свою смерть в волнах Балтийского моря. Но, несмотря на эти достойные сожаления жертвы, число которых вместе с жертвами, погибшими в лагерях для военнопленных и интернированных в первые месяцы после капитуляции, значительно превосходит число погибших в период Западной кампании 1940 года, немцам удалось спасти десятки тысяч солдат, женщин, стариков и детей, эвакуировав их на Запад.

Группа армий «Центр» также попыталась использовать те короткие часы, которые остались ей до момента вступления в силу условий капитуляции, чтобы форсированным маршем провести свои войска через территорию восставшей Чехии к линии фронта американцев. Используя всевозможные средства передвижения, бесконечные колонны немецких войск шли к американским линиям охранения, где они, к своему величайшему разочарованию, останавливались американцами, сгонялись в определенные районы, а затем за некоторыми исключениями передавались русским. В основном лишь одиночкам и небольшим группам немцев удавалось проскользнуть через сильно охранявшуюся демаркационную линию и уйти на Запад.

Столь же трагичным был и конец группы армий «Курляндия». Испытанные в боях дивизии 16-й и 18-й армий отбили на своем плацдарме все атаки русских. При этом очень часто завязывались бои, носившие самый ожесточенный характер. Все попытки начать своевременно эвакуацию морем этих превосходных соединений, пребывание которых стало здесь бесполезным, потерпели неудачу из-за того, что Гитлер был против этого. Предпринятые затем в начале мая усилия, направленные на то, чтобы спасти по крайней мере основную массу людей от неизбежной капитуляции и вывезти их из Курляндии, лишь частично привели к успеху. Было уже слишком поздно. Основные силы героических соединений генерала Гильперта, а также остатки 4-й армии, находившиеся на косе Курише-Нерунг, сдались 10 мая 1945 года после общей капитуляции.

Немецкая Восточная армия прекратила свое существование, оказавшись не в состоянии выполнить задачу, превосходившую ее силы и силы всего немецкого народа. Решение этой задачи к тому же постоянно осложнялось, затруднялось и даже просто делалось невозможным в результате военных и политических ошибок Гитлера. Заведенная этими военными и политическими ошибками в безвыходное с оперативной точки зрения положение немецкая армия вынуждена была вплоть до своего полного уничтожения вести ставшие бессмысленными разрозненные бои и приносить себя в жертву уже, как правило, утратившим свое значение политическим и экономическим интересам, не будучи в состоянии облегчить тем самым положение своего народа и своей родины.

Когда читатель, прочтя это краткое описание войны с Россией, в котором, естественно, можно было отразить лишь ряд наиболее ярких моментов, отложит его в сторону, он не сможет освободиться от чувства некоторой неудовлетворенности. Если даже признать, что в своей политической концепции, которая привела нас к войне на несколько фронтов, Гитлер не рассчитал сил и возможностей немецкого народа и его Вооруженных сил, то все же остается непонятным, как могли быть совершены те многочисленные военно-политические и оперативные ошибки, которые, как мы неоднократно убеждались в ходе изложения материала, в большинстве случаев вызывали сильную отрицательную реакцию со стороны главных военных специалистов, видевших их пагубность, как, несмотря на это, Гитлеру удавалось проводить в жизнь свои решения и мероприятия. Иными словами, остается непонятным, почему высшие немецкие военачальники не нашли ни сил, ни средств, чтобы окончательно и категорически остановить Гитлера, шедшего по пути военных и политических ошибок.