Читать онлайн «Курская битва, которую мы начали». Страница 48

Наступательные задачи Красной Армии требовали массирования артиллерийского и минометного огня, поэтому для увеличения ударной силы и лучшего управления в бою была изменена организационная структура артиллерийских частей – артиллерийские и минометные полки сводились в артиллерийские соединения: бригады, дивизии, корпуса. Уже осенью 1942 года было сформировано 26 артиллерийских дивизий четырехбригадного состава с количеством орудий 168, но вскоре 16 из них были преобразованы в шестибригадные артиллерийские дивизии прорыва, количество орудий в которых увеличилось до 356 стволов.

В связи с этим производилось укрупнение частей и подразделений тяжелой артиллерии. К началу июня 1943 года было сформировано 13 тяжелых гаубичных бригад разрушения для дивизий прорыва, а также были созданы первые тяжелые пушечные артиллерийские дивизии РГК (в составе четырех бригад) для контрбатарейной борьбы. Благодаря поступлению в войска большого количества грузовых автомашин и тягачей все соединения тяжелой артиллерии полностью обеспечивались механической тягой.

Минометные полки были объединены в минометные бригады, а отдельные дивизионы и полки реактивной артиллерии – в гвардейские минометные бригады. На основании опыта войны, показавшего, что результативность огня полевой реактивной артиллерии возрастает при еще большем массировании, в конце 1942 года из гвардейских бригад были сформированы первые соединения реактивной артиллерии – четыре тяжелые гвардейские минометные дивизии трехбригадного состава, один залп каждой из которых состоял из 3 840 снарядов общим весом 230 тонн, а к концу 1943 года – уже из 3 456 снарядов весом 320 тонн (изменение веса залпа было связано с тем, что к началу 1943 года советская военная промышленность освоила выпуск и поставку фронту новых 300-мм фугасных реактивных снарядов М-31 массой 92,4 кг, дальность стрельбы которых в полтора раза превышала дальность производившегося до этого снаряда М-30, достигая 4,3 км, хотя специальные пусковые установки для них приняли на вооружение только в январе 1944 года; одновременно в Германии также был разработан новый 300-мм турбореактивный снаряд массой 127 кг, который имел дальность полета 4,5 км, и соответствующая пусковая установка, прошедшая войсковые испытания в феврале 1943 года)[476]. К июню 1943 года Красная Армия имела семь дивизий реактивной артиллерии. Накануне Курской битвы в гвардейских минометных частях были проведены опытные стрельбы по макетам бронетехники, которые показали высокий процент попаданий, что позволило привлекать реактивные минометы и пусковые установки реактивной артиллерии к борьбе с танками.

В целях улучшения качества управления огнем артиллерийские и минометные дивизии сводились в крупные артиллерийские объединения – артиллерийские корпуса прорыва в составе двух артиллерийских дивизий прорыва и одной гвардейской минометной дивизии. В таком корпусе насчитывалось 712 орудий и минометов и 864 пусковые рамы реактивных снарядов М-30 (М-31). Для повышения устойчивости обороны и обеспечения последующего наступления в полосе Центрального фронта к началу июня 1943 года был сосредоточен 4-й артиллерийский корпус прорыва, 8-й и 7-й корпуса были переданы в распоряжение Западного и Брянского фронтов, а 2-й и 5-й корпуса находились в стадии формирования.

В 1943 году количество зенитных артиллерийских дивизий возросло с 14 до 43, а вместо малокалиберных зенитных пушек и крупнокалиберных пулеметов на вооружение дивизий стала поступать артиллерия среднего калибра, что позволяло вести огонь по вражеской авиации на высотах до 7 тыс. метров[477].

Истребительно-противотанковая артиллерия Красной Армии к лету 1943 года изменилась как количественно, так и качественно. Качественный рост противотанковой артиллерии был достигнут путем увеличения числа орудий более крупных калибров – пушки калибром 76 мм и выше составляли 60% всех противотанковых орудий, причем вся противотанковая артиллерия была поставлена на механическую тягу, что резко повысило ее подвижность и маневренность[478]. Кроме этого, появилась модернизированная 57-мм пушка, поступившая на вооружение дивизионной артиллерии стрелковых войск. Количественное увеличение противотанковой артиллерии позволило усилить каждую танковую армию, отдельные танковые, механизированные и кавалерийские корпуса, включив в их состав по одному истребительно-противотанковому артиллерийскому полку[479]. С апреля 1943 года началось формирование артиллерийских бригад истребительно-противотанковой артиллерии – вначале общевойскового типа (включающих минометы, стрелковые подразделения и зенитную артиллерию), а затем в составе исключительно моторизованных артиллерийских частей.

По свидетельству маршала артиллерии Василия Казакова (в 1943 году – генерал, командующий артиллерией Центрального фронта)[480], по сравнению с началом войны истребительно-противотанковая артиллерия Красной Армии увеличилась в пять раз, а конструкторами, помимо новых типов орудий, были разработаны особые типы бронебойных снарядов – очень дорогие подкалиберные снаряды с вольфрамовым сердечником для 45-мм, 57-мм и 76-мм пушек, а также кумулятивные снаряды для 76-мм полковых орудий и 122-мм гаубиц. На фронт эти снаряды начали поступать перед самым началом Курской битвы и доставлялись войскам небольшими партиями на самолетах.

В декабре 1942 года Государственный Комитет Обороны (далее – ГКО) принял решение о начале серийного производства самоходно-артиллерийских установок и вооружении ими советских войск для непрерывного сопровождения атак пехоты и танков и взаимодействия с ними в ближнем бою, поэтому вскоре началось формирование тридцати самоходно-артиллерийских полков, оснащенных установками с орудиями калибра 76, 122, 152 мм, и к июлю в действующей армии было 500 САУ (в том числе 24 типа СУ-152 в двух тяжелых самоходно-артиллерийских полках)[481].

В соответствии с техническим совершенствованием и количественным увеличением артиллерийского вооружения изменялась и организационная структура общевойсковых оперативных объединений. Согласно решению ГКО, с апреля 1943 года каждая общевойсковая армия должна была иметь армейскую артиллерию в составе трех артиллерийских (зенитный, истребительно-противотанковый, пушечный) и одного минометного полков; за фронтом, ранее не имевшим своей артиллерии, закреплялись минометная и истребительно-противотанковая артиллерийская бригады[482].

Исходя из тех же замыслов стратегического наступления, совершенствовалась организация инженерных войск – в мае 1943 года началось создание штурмовых инженерно-саперных бригад РГК, которые предназначались для прорыва подготовленных оборонительных позиций противника и преодоления его укрепленных районов. Наряду с этим, в предвидении необходимости форсировать многочисленные крупные и средние водные преграды на пути продвижения советских войск на запад, продолжалось формирование отдельных моторизованных понтонно-мостовых полков РГК с тяжелыми мостовыми парками (ТМП), которые обеспечивали паромные и мостовые переправы грузоподъемностью до 100 тонн.

В военно-воздушных силах в интересах централизации управления авиацией и ее более эффективного использования в борьбе за превосходство в воздухе совершенствовалась структура воздушных армий фронтов. Боевой состав этих армий не был постоянным и зависел от задач, решаемых фронтами, а также условий воздушной обстановки, в которой они действовали. Обычно воздушные армии состояли из 2 – 3 истребительных, 2 – 3 бомбардировочных и 1 штурмовой авиационных дивизий в истребительном, бомбардировочном и смешанном авиационных корпусах. На время проведения операций воздушные армии фронтов усиливались авиационными корпусами РГК, количество которых в 1943 году резко возросло. Корпусная система вводилась и в авиации дальнего действия. Командование воздушных армий ориентировалось на массированное использование имеющихся сил для организации мощных авиационных ударов и ведение решительной борьбы за господство в воздухе. Существенно улучшилось тактическое управление внутри авиационных частей и соединений – к весне 1943 года только ночные бомбардировщики типа У-2 еще не были оборудованы новыми приемопередающими радиостанциями[483].

В общевойсковых армиях со второй половины 1942 года и в 1943 году активно восстанавливали корпусное звено управления, упраздненное осенью 1941 года. По сравнению с началом 1942 года, к началу 1943 года количество корпусов возросло в шесть, а к 1 июля 1943 года – в двенадцать раз[484]. Например, в 13-й армии Центрального фронта накануне Курской битвы имелось 12 стрелковых дивизий, шесть из которых были объединены в два корпуса, а шестью руководил непосредственно командующий армией, поэтому Генеральный штаб принял решение срочно сформировать для 13-й армии еще два корпусных управления[485].