Читать онлайн «Невыдуманные приключения Свена Хедина». Страница 38

Волны становились все выше. Вода заливала ялик. Держать прежний курс стало невозможно. Единственным выходом было плыть по ветру в направлении волн. Шторм набирал силу. Очередная волна подхватила ялик сзади и потащила вверх. В течение нескольких секунд с гребня волны была видна вся округа. Вдалеке на юге по-прежнему светило солнце, на севере все было черно и выглядело угрожающе. Потом ялик скользнул вниз, и вокруг опять оказалась одна пенящаяся вода.

Через час борьбы со штормом они все-таки приблизились к крутому берегу у монастыря Гуссул Гумпа.[21] Свен засунул промокший блокнот под кожаный жилет и снял тяжелые, пропитанные водой сапоги. Тут же мощная волна ударила их о камни. Один из гребцов прыгнул в воду, она доходила ему до груди. Он удерживал лодку, пока Хедин и другой гребец выбирались из ялика.

Неимоверными усилиями они вытащили ялик на берег. Они были спасены и даже нашли убежище — небольшую пещеру. Монахи из монастыря видели их сражение с волнами. Они спустились вниз и предложили Хедину и его спутникам обогреться у огня и перекусить.

Кораблекрушение не отвадило Хедина от плаваний. Август и начало сентября он изучал Манасаровар и другое озеро рядом с ним — Лангак. Оба озера соединялись с Сатледжем. Затем он отправился к горе Кайлас и вместе с паломниками обошел ее, но в отличие от желающих избавиться от грехов ехал верхом.

Экспедиция подходила к концу. Согласно первоначальному плану оставалось выполнить лишь одну задачу: найти исток Инда. 8 сентября 1907 года Хедин отправился в путь и через пару дней добрался до верховий реки, которая в этом месте была всего лишь ручейком.

Местный пастух пообещал Хедину показать дорогу к Львиной пасти — так называлось место, где брал начало Инд, и на следующий день первым из европейцев Хедин увидел исток великой реки. Четыре подземных ручья вытекали из-под скал и сливались в один поток с местным названием Сенге-Цзангпо.

Хедин был очень доволен — он сделал все, что задумал. Через две недели он въехал в Гартук, ему надо было забрать там почту и деньги.

Но в Гартуке он понял, что сделано еще не все.

Двадцать седьмого ноября 1907 года Хедин созвал людей, чтобы поблагодарить их и рассчитаться. В Танкси их дороги расходились, его спутники возвращались к своим семьям в Ладак.

Хедин планировал продолжить путь с новой командой. Он решил поменять старых проверенных помощников на новых, совершенно незнакомых, не потому, что был чем-то недоволен. Это была военная хитрость. По дороге в Гартук Свен начал прикидывать планы еще одной поездки.

Он решил отправиться на Тибет. Там еще оставались белые пятна, которые необходимо было заполнить; кроме того, он хотел изучить горный хребет, названный им по праву первооткрывателя Трансгималаев.

Если этого не сделает он, то скоро появится кто-нибудь еще и завладеет его славой. Такой сценарий для Хедина был неприемлем, и он принял решение провести еще одну зиму на Тибете.

В странствиях Хедина всегда сопровождали собаки.

Попытка добиться разрешения на экспедицию у местных властей успеха не имела. Опять Хедину было необходимо переиграть своих противников.

Он начал распускать слухи, что устал от Тибета и собирается через Ладак ехать в Хотан в Восточном Туркестане и оттуда в Пекин. На самом же деле, как и годом раньше, он собирался повернуть к Тибету.

Пропуск в Восточный Туркестан у него был, и это делало слухи вполне правдоподобными. Чтобы уменьшить риск, Хедин посвятил в свои планы только одного человека-старого своего знакомого купца Гулама Расула, который по счастливому стечению обстоятельств оказался в Гартуке. Расул помог ему в подготовке экспедиции.

В начале ноября пришли деньги и письмо от полковника Данлопа Смита из Симлы. Он писал, что Россия и Великобритания пришли к соглашению не допускать в Тибет научные экспедиции без предварительного согласования. Таким образом, планам Хедина теперь препятствовали не только Англия, Китай и Тибет; его старый союзник Россия тоже становилась помехой.

Хедина эта новость развеселила. Выходило, что он получил монополию на исследования в Тибете и отныне мог не беспокоиться насчет конкурентов.

Прощание с людьми было очень трогательным. Они следовали за ним пятнадцать месяцев. Хедин вызывал их одного за другим в палатку и вручал плату за службу. Трое «морских волков», которые рисковали с ним жизнью в ялике на озерах, получили дополнительную премию. Люди, не скрываясь, плакали и называли Хедина благодетелем.

Свен со слезами на глазах смотрел, как его команда седлает лошадей. Но он не мог взять этих людей на Тибет еще один раз. Их могли узнать, и это разрушило бы все планы Хедина. Сам он собирался изменить внешность и переодеться.

Третьего декабря Хедин отправился в новый путь. В караване были двадцать один мул, девятнадцать лошадей, две собаки, овцы и одиннадцать людей. Управлял караваном маленький морщинистый человечек в большой желтой шубе. Его звали Абдель Керим.

Было уже очень холодно. Ночью 2 декабря температура упала до минус двадцати трех градусов. Люди считали, что они едут в Хотан. Истинную цель Хедин до времени держал в секрете. Чтобы Абдель Керим купил достаточно припасов для людей и животных и при этом не догадался о его настоящих планах, Хедин сказал караванщику, что собирается по пути посетить несколько мест, так что рассчитывать надо на два с половиной месяца.

Они следовали старым караванным путем, соединяющим Индию и Восточный Туркестан, к Каракорумскому перевалу. Однажды, когда Хедин разговаривал со старшим встречного каравана, к нему вдруг подошел человек и протянул горсть сушеных абрикосов. С опозданием Хедин узнал Моллу-шаха из Черчена. Он был с Хедином на Тибете в 1902 году и с тех пор продолжал странствовать. «Какая чудесная кочевая жизнь у этих азиатских караванщиков», — думал Хедин, прощаясь со своим старым помощником.

Спустя две недели Хедин начал искать проход через горы к Тибету. Однажды вечером, когда он сидел у лагерного костра, к нему подошел Абдель Керим.

— Сагиб, у нас осталось запасов на восемь или девять дней. Но беспокоиться не надо, в течение этого времени мы выйдем к Шахидуллаху.

— Восемь или девять дней? Ты что, с ума сошел? Я разве не приказал купить припасы на два с половиной месяца?

— Я купил достаточно на дорогу в Хотан, — оправдывался несчастный караван-баши.

— Я же тебе сказал, что собираюсь ехать в Хотан кружным путем и это займет минимум два месяца.

— Да, сагиб, я поступил неправильно, — покаялся Абдель Керим и начал всхлипывать.

Первым порывом Хедина было разжаловать караван-баши, но потом он отказался от этой мысли. Винить стоило в первую очередь себя. Из прежнего опыта Хедин знал, что все приготовления надо контролировать самому. Он начал обдумывать ситуацию. Если он появится в Шахидуллахе, то об этом по телеграфу моментально известят Пекин, и китайские власти используют все средства, чтобы не пустить его в Тибет. О том, чтобы купить припасы в Лe, и речи быть не могло, в этом случае о его планах узнали бы тибетцы и британцы.

Но в ста шестидесяти километрах лежало озеро Аксай-Чин. Хедин был там в прошлом году. Возле озера корма животным хватало с избытком. Потом можно было пройти по неисследованному тибетскому нагорью шестьсот пятьдесят километров и снова выйти в обитаемые места.

Кроме того, были хорошие шансы встретить по дороге пастухов-кочевников. Караван-баши выжидающе смотрел на Свена, ожидая его решения. «Даже если мы все потеряем и придется ползти на карачках, я все равно не сдамся», — сказал себе Хедин.

Двадцатого декабря они повернули на восток и въехали в заснеженную долину, показавшуюся многообещающей. Увы, тупик. Пришлось возвращаться. Голодные животные рыли копытами снег и жевали хвосты друг у друга. Термометр показывал минус тридцать пять градусов.

Они вернулись на караванный путь к Хотану. Только накануне Рождества, отметив тяжкий путь трупами павших лошадей, Хедин нашел проход на северо-восток. Он отмечал праздник в своей палатке. Зажег две стеариновые свечи, поставил на кофр фотографию семьи и прочитал рождественские молитвы.

Спустя несколько дней Хедин позвал к себе Абделя Керима и рассказал о своих настоящих планах. Свен не стал скрывать, что хорошо известен тибетцам и что ему придется переодеться, когда они выйдут в обитаемые места.

Разочарование людей в караване было большим — все уже думали о скором прибытии в уютный Хотан. Но никто не протестовал. Хедин подумал, что, вероятно, кажется им сумасшедшим.

Караван за две недели дошел до озера Аксай-Чин. Там действительно было много желтой прошлогодней травы.