Читать онлайн «Танки Первой Мировой». Страница 114

Осенью 1925 г. началось скоординированное наступление французских экспедиционных сил и испанских оккупационных войск против риффов в Северном Марокко. В ходе этого наступления испанцы 8 сентября высадили переданные им танки «Рено» FT с десантных судов в Алуцемас — первая, хотя и очень ограниченная по масштабу, успешная операция высадки танков с моря. Французская 507-я рота 11 сентября приняла участие в операциях на высотах Мосстгиф. Танки продвигались в отдельной колонне, подходя к пехоте, когда ту останавливал огонь. Выдвигаясь вперед, танки открывали огонь, и противник всякий раз отходил столь поспешно, что пункт Хаддарин, например, танки заняли по ходу движения сами, без пехоты. Также без сопротивления, одной угрозой танковой атаки, были заняты 16 сентября высоты Бибан. 26 сентября танки 506-й и 507-й рот, двигаясь впереди транспортных колонн, обеспечили снабжение блокгауза Бу-Ганус. Предварительная наземная и воздушная (с аэростата) разведка позволила определить характер местности, обнаружить расположение противника и подготовленные им противотанковые рвы. Танки отогнали риффов от дороги в пещеры и удерживали там огнем, пока проходили колонны.

Действия роты AS 508 интересны тем, что это было единственное боевое применение — точнее, боевое испытание — танков «Рено» M24/25 с резиновой гусеницей «Кегресс-Хинстин», которыми роту укомплектовали в опытном порядке. 3 октября 508-я рота должна была поддержать атаку у Спахиса пехоты и кавалерии против риффов, расположившихся на господствующих высотах. После 3-часового боя позиция противника была захвачена, но для танков бой был неудачным. Пехота и кавалерия (спаги) действовали сами по себе. На камнях с одного танка соскочила гусеница, экипаж пытался поставить ее на место, но был расстрелян противником 11 другим танкам пришлось отбивать аварийный танк. Они пытались его отбуксировать, но их собственные резиновые гусеницы проскальзывали на грунте, а скоро были повреждены острыми камнями 4 танка из 11 вышли из строя и не были отремонтированы даже на следующий день — установка резиновой гусеницы оказалась чрезвычайно трудоемкой, а восстановить порванные гусеницы было невозможно.

Использование танков в Марокко сильно ограничивалось слаборазвитой дорожной сетью и малым запасом хода самих «Рено». Там, где подходящие дороги имелись, танки удавалось перебрасывать на грузовиках и прицепах-платформах на расстояние до 80—110 км за сутки. Часто марши совершались комбинированно — на некоторых участках пути танки сгружались для перехода ручьев или легких мостов. На дорогах, размытых дождями, танкам нередко приходилось самим вытаскивать свои застрявшие грузовики и трактора; после таких маршей иногда уходило до 8—10 дней на приведение танков в порядок. Горно-пустынный «театр» обусловил и более быстрый выход танков из строя, более частые техосмотры и ремонты. При действиях повзводно оказалось, что взвод из двух пушечных и одного пулеметного танков предпочтительнее пятитанкового, поэтому роты перевели на штат по 13 танков (4 взвода плюс танк командира роты). Кроме того, рота имела 10–15 грузовиков или трактора с прицепами для перевозки танков и 12 вспомогательных машин Как и в Сирии, в Марокко противник не располагал противотанковыми средствами, которые оказались бы очень опасными в узостях и дефиле Это позволило применять танки для решения широкого круга задач: патрулирование, обеспечение флангов блокгаузов в качестве неподвижных огневых точек, рейдовые действия, поддержка разведывательных и передовых отрядов, быстрое создание подвижного укрепленного пункта, атака укрепленных позиций, подъем на высоты 75-мм пушек и вытаскивание застрявших орудий, вывоз раненых, снабжение блокгаузов и гарнизонов (например, доставка грузов блокгаузу Дохар танками б1-й роты 20 августа, ведь специальных машин для этих целей на шасси «Рено» так и не построили). Для снабжения опробовали двухколесную прицепную к танку рессорную тележку на 600 кг груза — например, две бочки горючего по 150 л и 200 кг ЗИП.

Единственной «активной противотанковой тактикой» риффов был такой прием: 4 человека с железными прутьями и канистрой бензина скрывались в ямах или за камнями, пока танк не подходил вплотную, и втыкали прутья между ведущим колесом и гусеницей, останавливая танк, обливали его бензином и поджигали факелом. Это действовало против отдельных тихоходных танков на узких дорогах, но при движении колонной сзади идущий танк обстреливал смельчаков из пулемета или картечью прежде, чем они успевали поджечь обездвиженный танк (тем не менее в 1940 г. подобные группы «истребителей танков» готовили в английских частях местной обороны в ожидании германского вторжения на Британские острова).

После падения Республики Рифф и подавления выступлений племен испанские «Рено» FT вернулись в Испанию, а танки французского 517-го танкового полка остались в Марокко, образовав 62-й полк (RCC) Снова она приняла участие в боях в апреле 1930 г. — октябре 1933 г. в районе горного массива Атлас во время усмирения местных восстаний — например, в августе — сентябре 1933 г. в районе Центрального Атласа и в январе — марте 1934 г. в районе Анти-Атласа. «Рено» участвовали также в «замирении» племен юга Марокко. Танки изолировали селения и округу, обеспечивая свободу действий пехоте. Поскольку баз и постов здесь у французов не было, на ночлег танки и пехота иногда строили подобие «вагенбурга», выстраивая «Рено» по периметру лагеря и выкладывая между ними невысокие стены из камней (незадолго до этого подобную охрану отдыха танковых частей предлагал генерал Фуллер; к схеме «вагенбурга» танкисты будут прибегать еще не однажды).

Интересы Франции были обширны, и в 1924 г. одну роту «Рено» FT направили в помощь персидским националистам Реза-Хана, вскоре ставшего Реза-шахом Пехлеви.

В 1920-е годы два взвода «Рено» FT содержались во Французском Индокитае: один в Сайгоне, другой — в крепости Ханой. Во время очередной вспышки волнений в Китае в 1927 г. французские «Рено» FT из Ханоя направили в Шанхай для защиты французских концессий. Год спустя туда же прибыл взвод легких танков корпуса Морской пехоты США (из Экспедиционных сил Восточного побережья), оснащенный американскими «6-тонными танками модели 1918 г.». Эти танки охраняли железнодорожную линию между Шанхаем и Тяньцзинем. В 1928 г. в Тяньцзинь прибыло еще два взвода французских «Рено» FT. Для тех же целей японцы привлекли часть своих «Рено» FT и NC-27 (Тип 89 «Оцу»). В 1929 г. США отозвали свои танки, но французские и японские остались в Китае и использовались в Шанхае в 1931 г.

Опыт Марокко, Китая и Сирии заставил французов держать танки «Рено» FT в своих колониях до конца 1930-х годов.

Все три взвода французской «китайской» роты легких танков были в конце 1930-х захвачены японцами. Французский взвод «Рено» FT оставался в Ханое до 1945 г. и использовался здесь против японских войск в ходе боев за крепость.

Куда большее применение нашли «Рено» FT в 1920–1940 годах в армиях других стран. Активное участие Франции в создании «санитарного кордона» вокруг Советской России вызвало передачу танков «Рено» FT на вооружение стран-лимитрофов — тем более что и сами новообразованные страны стремились обзавестись броневыми силами.

Латвия в январе 1920 г. получила от британцев 2 тяжелых танка Mk V, ранее находившихся в составе русской белой Северо-Западной армии. Долгое время ими исчерпывались танковые силы этого «новообразования». Латвия оказалась единственной прибалтийской страной «санитарного кордона», не имевшей «Рено» FT, но в 1930-х годах она приобрела 6 итальянских «Фиат»-3000 (потомок «Рено» в «первом поколении»). Танки вошли в состав танкового полка «технической дивизии».

Танк Mk V-«самец» в Латвии. Танк получил имя «Генерал Балодис».

Танки «Рено» FT литовской армии, перевооруженные пулеметами MG.08.

Литва в 1923 г. получила 12 «Рено» FT. Их перевооружили германскими 7,92-мм пулеметами MG.08 в новой шаровой установке. В Литве «Рено» обычно окрашивали однотонно темно-зеленым цветом, наносили на лобовых скулах свой герб (белый рыцарь на красном щите), а на бортах — имя собственное танка: Audra, Kovas, Pagiesa — в 1-й роте, Drasutis, Grianstinas, Karzygis, Smugis — во 2-й роте, Galiunas, Kerstas, Slibinas — в 3-й роте.

После присоединения Прибалтики к СССР эти танки достались РККА. На 22 июня 1941 г. 202-я дивизия 12-го механизированного корпуса имела в штате кроме советских танков еще взятые в Прибалтике иностранные, включая 6 «Рено» FT с пулеметами MG.08, правда, все — неисправные. Поскольку «Рено» FT с MG.08 встречались с германскими обозначениями, вероятно, во время войны вермахт использовал литовские танки.

Эстония после отступления на ее территорию белой Северо-Западной армии получила 4 тяжелых британских танка Mk V, а в 1924 г. приобрела 4 пушечных и 8 пулеметных «Рено» FT — они вместе с четырьмя английскими Mk V вошли в две танковые роты ее автобронетанкового полка («танковый и бронеавтомобильный дивизион», в танковой роте — 2 тяжелых и 6 легких танков). В декабре 1925 г. танки этого полка едва не приняли участие в Ревельском восстании. На 1930 г. в составе двух смешанных танковых рот эстонского бронетанкового полка («танковый и бронеавтомобильный дивизион») имелось около десятка Mk V плюс несколько «Рено» FT. После присоединения Эстонии к СССР в 1940 г. эти танки достались РККА, но применения, понятно, не нашли. В Эстонии и Латвии Mk V оставались на вооружении дольше всего — не от хорошей жизни, понятно (Mk V* дольше всего оставались на службе во Франции и в самой Великобритании).