Читать онлайн «Крестный путь России». Страница 97

В августе 1998 года создалась после дефолта ситуация, в которой даже импичмента не требовалось, настолько очевидным было несоответствие национальных интересов России с пребыванием в Кремле Б. Ельцина. 25 августа Государственная дума приняла специальное постановление, которым рекомендовала Б. Ельцину добровольно уйти в отставку досрочно. За постановление проголосовали 245 депутатов, т. е. больше половины, "против" - всего 32. Остальные, по отработанной технологии, не явились на заседание, уклоняясь от голосования, чтобы не определить свою позицию и иметь возможность политически мимикрировать в меняющейся обстановке. Б. Ельцин никак не прореагировал на этот призыв парламента.

В октябре 1998 г. фонд "Общественное мнение" провел опрос населения о его отношении к импичменту президента. Результаты его были удручающими для власти. 75% опрошенных россиян высказались в поддержку принудительного отрешения Б. Ельцина от власти и только 16% отвергли парламентскую инициативу. Самые тяжелые показатели для Ельцина были зарегистрированы в сельских местностях. Там за импичмент высказались 85% опрошенных, а против было только 8%, Как и следовало ожидать, самым проельцинским населенным пунктом России оказалась Москва, где 38% человек, принявших участие в опросе, осудили идею импичмента, но большинство все равно было на стороне парламента.

С какой бы стороны ни подходили политические обозреватели к проблеме импичмента, всюду вырисовывалось полное отторжение Б. Ельцина общественностью, законодательной и региональными властями. Остановить работу комиссии было уже нельзя. Ее заседания частично транслировались телеканалами и лишь усугубляли впечатление полной политической изолированности президента. Никто из его близких помощников не решался прийти и выступить в защиту даже своей собственной линии, не говоря уж о защите Б. Ельцина. Всю свою работу администрация президента сосредоточила на индивидуальной и групповой обработке думцев тайными средствами, среди которых обыкновенный подкуп всегда считался наиболее эффективным.

Наконец, наступил момент, когда комиссия закончила свою работу и представила доклад для принятия постановления об официальном выдвижении обвинения. В чем же заключалось основное содержание доклада, голосование по которому было назначено на 15 мая 1999 г.? (Кстати, все материалы по импичменту находятся в библиотеке Государственной думы и выдаются только депутатам, но полный текст самого доклада был опубликован за два дня до голосования - 13 мая - в газете "Коммерсант" наряду с полным текстом заключения, которое подготовила к этому докладу Федеральная служба безопасности от имени правительства).

Первым пунктом обвинений была роль Б. Ельцина в подготовке, разработке, подписании и осуществлении Беловежских соглашений, которые привели к уничтожению СССР. Отмечалось, что Б. Ельцин целенаправленно шел к захвату союзной власти в то время, когда был руководителем всего лишь одной республики - РСФСР. Его августовские указы о передаче в ведение РСФСР всех банков, почт, телеграфа, всех видов правительственной связи, средств массовой информации носили осознанный, целенаправленный характер, ведущий к развалу СССР. Б. Ельцин вышел далеко за пределы своих конституционных полномочий и стремился захватить союзную власть, переподчиняя союзные органы республиканским. Он совершил все эти действия вопреки ясно выраженной воле народов СССР (и РСФСР в том числе) в ходе референдума от 17 марта 1991 года о желании жить в обновленном СССР.

"Таким образом, - говорилось в докладе, - имеются достаточные данные утверждать, что будучи Президентом РСФСР Б. Н. Ельцин совершил действия, содержавшие признаки тяжкого преступления, предусмотренного статьей 64 УК РСФСР, и заключающиеся в измене Родине путем подготовки и организации заговора с целью неконституционного захвата союзной власти, упразднения действовавших тогда союзных институтов власти, противоправного изменения конституционного статуса РСФСР".

В этой части доклада отмечалось, что в результате Беловежских соглашений РСФСР превратилась из союзной республики в другое государство - Российскую Федерацию - с изменившимся государственным строем. При этом был нанесен непоправимый ущерб самой Российской Федерации: ослабла ее внешняя безопасность и обороноспособность, нарушились экономические отношения с другими республиками, миллионы граждан оказались за пределами своих национальных государств, превратившись в беженцев и вынужденных переселенцев.

Вторым пунктом обвинений фигурировал расстрел парламента в октябре 1993 года. Говорилось о незаконности Указа No 1400 от 21 сентября 1993 г., которым Ельцин превысил служебные полномочия президента РФ, постановив прервать осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций съезда народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации, отменил действие Конституции РСФСР, законодательство Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, объявив, что они действуют лишь в части, не противоречащей Указу.

Б. Ельцин обвинялся в том, что он в нарушение Конституции объявил и ввел в действие Положение о федеральных органах власти на так называемый переходный период, присвоил властные полномочия Верховного Совета по назначению Генерального прокурора РФ, переподчинил Центральный банк Российской Федерации Правительству РФ и обязал его руководствоваться в своей деятельности не законами, а указами президента, предложил Конституционному суду не проводить заседаний до начала работы нового созыва Федерального собрания РФ. Ельцину вменялось в вину, что он по сговору с другими лицами организовал и совершил захват государственной власти народных депутатов Российской Федерации путем насильственного прекращения деятельности съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ.

При превышении своих полномочий президент использовал насильственные меры и применял вооруженную силу, что выразилось в блокировании здания Верховного Совета РФ в Москве, отключении его от водо- и электроснабжения, запрете на пропуск депутатов и граждан РФ в здание парламента, а потом привело к обстрелу Верховного Совета из танковых пушек и стрелкового оружия и к многочисленным жертвам. Штурм Белого дома сопровождался насилием, мучительными и оскорбляющими личное достоинство гражданина действиями со стороны военнослужащих Министерства обороны и Министерства внутренних дел.

Подчеркивалось, что Б. Ельцин не подпадает под действие Постановления Государственной думы от 23 февраля 1994 г. "Об объявлении политической и экономической амнистии", потому что он был не участником событий сентября-октября 1993 года, на которых распространялась амнистия, а организатором самих событий.

Третьим блоком обвинений в адрес президента явились события в Чеченской республике в 90-е годы. Комиссия отметила, что в период 1991-1994 гг. на территории Чеченской республики возникла чрезвычайная ситуация, вызванная тем, что Исполком общенационального конгресса чеченского народа и его лидеры при попустительстве, а иногда и при прямой поддержке федеральных властей незаконно захватили власть в Чечне, и в этой республике начались массовые нарушения прав человека.

Усугубляя положение в ноябре-декабре 1994 года, Б. Ельцин издает три указа. - No 2137 "О мероприятиях по восстановлению конституционной законности и правопорядка на территории Чеченской республики" от 30.11.94; No 2166 "О мероприятиях по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики и в зоне осетино-ингушского конфликта" от 9.12.94 г.; No 2169 "О мерах по обеспечению законности, правопорядка и общественной безопасности на территории Чеченской республики" от 11.12.94 г. Все эти указы противоречат положениям Конституции и действовавшим законам Российской Федерации. Этими указами президент фактически объявил режим чрезвычайного положения, введя правовые понятия "особого режима въезда и выезда", "особых форм управления", "особого порядка передвижения". В соответствии с Конституцией подобные указы должны выноситься на утверждение в Совет Федерации и публиковаться. Ничего этого Б. Ельцин не сделал.

Этими же указами президент самовольно наделил правительство полномочиями по применению силовых мер для разоружения незаконных вооруженных формирований. Ни Конституция, ни другие федеральные законы не предоставляли права президенту единолично решать вопрос о применении военных методов на территории Чеченской республики. И хотя в указах не говорилось о проведении крупномасштабных военных операций, но все должностные лица, которые давали показания комиссии, подтвердили, что эти операции осуществлялись в соответствии с его указаниями. Все основные действия по практическому введению элементов чрезвычайного положения на территории Чеченской республики, в том числе по проведению главных военных операций, согласовывались с ним.