Читать онлайн «Персия — Иран. Империя на Востоке». Страница 34

Фактически с октября 1914 г. в Персидском Курдистане возникла организованная Турцией и Германией партизанская война курдского населения против русских войск и отрядов самообороны местных христиан. На территорию Персии проникали и небольшие подразделения турецких регулярных войск, действовавшие заодно с курдами. Так, в первых числах октября границу в районе Сомая — Барадоста пересек турецкий отряд в 200 человек, к которым присоединились курды Измаил-аги Кардара. Турецкий отряд нарушил границу и в районе Котура, снеся только что поставленные пограничные столбы и захватив несколько деревень.

Таким образом, русско-турецкая война началась не с «севастопольской побудки» 29 октября 1914 г., когда линейный крейсер «Гебен» обстрелял главную базу Черноморского флота, а с боев в Персидском Курдистане.

В октябре 1914 г. в Стамбуле велись переговоры между Талаатом, Энвером и великим визиром Саидом Халим-пашой, с одной стороны, и персидским послом — с другой. Турки предложили такой проект соглашения: персы с помощью Германии и Турции формируют армию в 100 тысяч человек. За это Персия уступает Турции спорную часть Урмийского округа. Турция и Персия принимают совместные меры по умиротворению и «приведению к порядку» курдских племен и образованию из них кавалерийских полков, а Германия снабдит их оружием и инструментами. Шахское правительство, конечно, не решилось принять этот проект, но его участие в этих переговорах показывает колебания тегеранских властей.

После этого турки попыталась вынудить Персию пойти на важные политические уступки. 30 сентября 1914 г., в ответ на представление персидского министра иностранных дел Ала ос-Салтане по поводу нарушения турками границы, турецкий посол в Тегеране Асим-бей от имени своего правительства обещал, что Турция будет уважать нейтралитет Персии лишь при условии вывода русских войск из Азербайджана (персидского). Еще более определенно высказался по этому вопросу Асим-бей в беседе с премьер-министром Персии Мостоуфи оль-Мемалеком, состоявшейся 3 октября. Турецкий посол заявил, что в случае дальнейшего присутствия русских войск в Персии «будет невозможным для его правительства уважать персидский нейтралитет».

Под нажимом Турции шахское правительство было вынуждено просить российские власти отозвать русские войска, на что получило категорический отказ. Русский посланник И.Я. Коростовец заявил Ала ос-Салтане, что присутствие русских войск в Персии «единственный фактор безопасности подданных России и других зарубежных стран», и указал в связи с этим на бесчинства курдов.

1 ноября 1914 г. был обнародован фирман шаха Ахмеда о нейтралитете Персии, и одновременно опубликована инструкция правителям областей и провинций, в которой шах призывал их строго придерживаться нейтралитета во взаимоотношениях с представителями воюющих держав.

Теперь у немцев и турок оставалась одна надежда — поднять против русских и англичан полунезависимые племена. На северо-западе Персии основным объектом агитации турецко-германской агентуры стали персидские курды. Эта агитация оказала гораздо большее влияние на курдские племена Персии, чем Турции. Большинство шейхов — религиозных лидеров персидских курдов, как суннитов, так и шиитов, выступили с поддержкой джихада. Среди них был и шейх Наджмеддин — «духовный глава всех кочевников Курдистана», как называл его каргузар в Тебризе Наср-од-Доуле. Любопытно, что некоторые племена, особенно к югу от Урмии, поднимались на джихад против воли своих вождей, повинуясь лишь призыву шейхов. Джихад поддержали не только подвластные турецкому правительству лидеры персидских шиитов, но и персидские муджахиды. Один персидский мулла писал: «Никакими словами не описать того, что натворили здесь после отъезда Халиль-бека [командующий турецкими войсками в Иране, дядя Энвер-паши] все эти муджахидины и их демонические приспешники».

Однако главную роль в разжигании религиозного фанатизма у персидских курдов сыграли агитаторы, управляемые непосредственно из Турции. Один из влиятельнейших вождей пограничной зоны сейид Мухаммед написал вождям мукрийских курдов, что по приказу султана и фетве шейха Абдул-Кадыра они должны быть готовы к «священной войне». Турецкое правительство назначило шейха Абдаллаха Джеляль эд-Дина комендантом на границе, поручив ему вместе с курдами начать «священную войну». Из Турции в район Соуджбулака доставили 250 вьюков с оружием и амуницией. И тогда Джеляль эд-Дин с отрядами курдов и арабов направился из Сидеке на Ушну и Урмию, в Персидский Курдистан двинулся и сейид Мухаммед, начали партизанскую войну племена Секкеза, Бане и Сердешта.

В это время объявился шейх Салар од-Доуле, которого турки решили выдвинуть в качестве своего главного представителя среди персидских курдов. В ноябре 1914 г. Салара срочно вызвали из Швейцарии, где он тогда проживал, в Турцию. В начале декабря, получив на расходы 40 тысяч лир, он под именем Хаджи Реза Салара в сопровождении двадцати германских и турецких офицеров выехал из Анкары к персидской границе. По сведениям шахского правительства, турки обещали Салару отдать весь Персидский Курдистан с прилегающими районами.

В ноябре—декабре 1914 г. подрывная деятельность турецко-германской агентуры в Персидском Курдистане и Азербайджане возросла настолько, что начальник Керман-шахского отряда Персидской казачьей бригады подполковник Ушаков в середине ноября 1914 г. писал в своем рапорте: «Провинции Керманшах и Курдистан стали походить на кипящий котел». Коростовец телеграфировал в первых числах февраля 1915 г.: «Турецкая пропаганда среди кащкайцев, а также в Курдистане принимает тревожные размеры».

Сразу же после вступления Турции в войну (а фактически, как уже говорилось, и раньше) турецкое командование начало в Западной Персии военные действия против России, причем ни одна из воюющих сторон не обращала никакого внимания на персидский нейтралитет.

Сначала выступили только курды, но уже в первых числах ноября турецкие регулярные войска пересекли персидскую границу и вторглись на территорию Курдистана и Азербайджана. Основной ударной силой Турции на персидском театре Кавказского фронта стали персидские и пограничные турецкие курды. Вице-консул П.П. Введенский в середине ноября 1914 г. писал: «Турки в пограничной полосе решили действовать, опираясь на аширеты, выдвигая регулярные части только там, где курды одни не решаются выступить».

В первые недели войны, во время Кеприкейской и Сары-камышской операций, курдо-турецкие отряды захватили западную часть Персидского Курдистана и Азербайджана с городами Хой, Урмия, Соуджбу-лак и др. Под натиском турецких войск, окруженные с фронта и тыла враждебные племена, части Азербайджанского отряда генерала Чернозубова и IV Кавказского корпуса были вынуждены медленно отходить на северо-восток. Вступление турецких войск в города и села пограничных районов Персии повсеместно служило сигналом к началу восстания курдов.

К началу 1915 г. турецкое командование из Восточной Анатолии и района Сулеймании перебросило к персидской границе до 15 тысяч курдов. Из них, а также из персидских курдов по указанию немцев турецкое командование формировало диверсионные отряды для переброски в Закавказье. 14 января 1915 г. русские войска под натиском превосходящих сил турок и курдов ненадолго были вынуждены оставить Тебриз.

На этом успехи турецкой армии на персидском театре Кавказского фронта и закончились. Уже во второй половине января 1915 г. перешедшие в контрнаступление русские войска выбили турок и курдов из Тебриза (31 января) и продвинулись до Дильмена. Непосредственная угроза русскому Азербайджану и Баку была ликвидирована.

Следует заметить, что русские власти действовали против курдов не только кнутом, но и пряником.

Еще до войны русские дипломаты готовились к тому, чтобы в случае вступления Турции в войну на стороне Германии обеспечить действенную поддержку со стороны как курдов, так и армян, и ассирийцев. Первоочередной задачей стало снабжение курдов, армян и ассирийцев оружием, тем более что уже в начале августа 1914 г. представители ассирийцев обратились к России с соответствующей просьбой. Но русские дипломаты в сентябре—октябре 1914 г. решили пока ограничиться подготовительными мероприятиями, министр иностранных дел Сазонов писал военному министру Сухомлинову: «Не подлежит сомнению, что в случае столкновения с Турцией как курды, так и айсоры (сиро-халдейцы) турецкие могут оказать нам существенную помошь. Для воздействия на первых в нашем распоряжении имеются несколько влиятельных среди курдов лиц, как, например, известный Абдуррезак-бей и шейх Барзан, проживающий ныне на Кавказе». Но начинать агитацию среди них и снабжать их оружием, продолжал Сазонов, преждевременно, «пока отношение Турции к нам в достаточной степени не определилось», дабы не получилось «совершенно нежелательного обострения» отношений с Турцией, хотя и необходимо провести некоторые подготовительные мероприятия в этом плане.