Читать онлайн «История русской армии. Том первый». Страница 112

С колокольни Фридланда видны были высокие столбы пыли, возвещавшие приближение многочисленных колонн к Наполеону, но доклады об этом Бенигсен оставлял без внимания; равнодушно отнесся он и к предостережениям опытного Багратиона. Только незадолго до 17 часов, когда последовал сигнальный залп неприятеля, означающий начало общего наступления, Бенигсен разослал приказания сниматься с позиции. Князь Багратион тотчас же начал отступление, но князь Горчаков решил пока не трогаться со своего участка.

Ней наступал уступами справа, по дивизии в каждом; правый уступ, наступая ближе к Алле, занял село Сортлак. Скоро, однако, дивизии Нея попали под огонь наших батарей, удачно сосредоточивших свои выстрелы, но тяжелое положение на правом французском крыле было обращено в блестящее главным образом благодаря замечательно смелым действиям начальника артиллерии корпуса Виктóра, генерала Сенармона. Тридцать шесть орудий последнего вынеслись вперед своей пехоты и снялись шагах в шестистах от русских линий. Ошеломив наши войска, огонь артиллерии Сенармона ослабил русские батареи и дал возможность войскам Нея оправиться и возобновить атаку. Чтобы полнее подготовить последнюю, Сенармон подскакивает сначала на 300, а потом на 150 шагов к линиям Багратиона и начинает громить столпившиеся между Алле и Мюленфлюсом русские войска. По словам Дениса Давыдова, действие картечи, коей Сенармон выпустил 2154 штуки, было «неимоверно смертоносно». Тщетно бросались на французов наша пехота и конница, напрасно пытался атаковать противника последний резерв главнокомандующего, Измайловский полк, — густые колонны французов ломились вперед.

Отступление обратилось в беспорядочную свалку, в которой личный пример таких выдающихся боевых генералов и офицеров, как Раевский, Багговут, Кульнев, Ермолов и любимец войск Багратион, даже обнаживший шпагу, не мог восстановить порядка. Из свалки, например, в Императорском батальоне милиции, родоначальнике лейб-гвардии Финляндского полка, вышли живыми около 60 %, только половина которых была как следует одета. По недоразумению мосты загорелись ранее, чем было нужно. Очевидец говорит, что некоторым частям приходилось отступать не только по загоревшимся мостам, но и вплавь или с помощью кавалеристов.

Сражение при Фридланде (с картины Звебеха)

Священная обязанность прикрыть отступление выпала на долю доблестных гренадерских полков Павловского и С.-Петербургского; гренадеры дали возможность Багратиону отойти через пылающий Фридланд к мостам и оказали последнее отчаянное сопротивление у ворот горевшего города, потеряв своего начальника-героя, командира Павловского полка генерал-майора Мазовского.

Войска правого крыла князя Горчакова спохватились только тогда, когда артиллерия Сенармона начала обстреливать их продольно; часть их пробилась через Фридланд, а большая — перешла Алле у села Клошенен вброд. Не могли перевезти только 29 орудий. Последние были спасены графом Ламбертом, который с александрийскими гусарами, подобрав орудия, ночью проскользнул к Алленбургу, где и перешел Алле. Сражение закончилось около 23 часов. Французская армия осталась на поле сражения, а русская продолжала движение к Велау. Потери наши исчисляются в 15 тысяч, а французов — около 8 тысяч солдат.

Встреча Александра I и Наполеона в Тильзите

Наполеон показывает Александру I свою гвардию у Тильзита (с гравюры Куже-сына)

Английский генерал лорд Гутчинсон, состоявший при главной квартире Бенигсена, очерчивает в следующих словах поведение наших войск под Фридландом: «Они бы победили, если бы только мужество могло доставить победу… В полной мере заслуживали они похвалы и удивления каждого, кто видел Фридландское сражение».

7 июня армия наша перешла Неман у Тильзита и уничтожила за собою мост. Бенигсен считал ее настолько расстроенной, что пришлось заключить перемирие.

Последствия Фридландского сражения были зрело взвешены враждующими сторонами. Обозначились обоюдомирные течения. Император Александр в инструкции графу Толстому, назначенному в 1807 г. послом в Париж, указывает главнейшие доводы в пользу прекращения войны 1806/07 г.: «…Я был совершенно оставлен союзниками, наконец, увидев границы моего государства подверженными опасности от сцепления ошибок и обстоятельств, которых мне нельзя было тотчас отвратить, я имел полное право воспользоваться предложениями, несколько раз деланными мне в течение войны Наполеоном». Значит, государь не признал возможным подвергать всем ужасам войны русскую землю в трудное для нее время, когда одновременно велась война и против Турции. Император французов, в свою очередь, не любил подолгу отсутствовать в Париже. Испытав в течение 8-месячной упорной кампании, на какое вообще сопротивление способны русские войска, великий полководец не считал возможным начинать «русский» поход без основательной подготовки, тем более что Пруссия была уже у ног победителя. Император Александр применил всю силу своего влияния, чтобы спасти несчастного союзника, и ему действительно удалось отстоять хотя бы тень политического существования Прусского королевства.

13 июня на особом плоту посреди Немана, в Тильзите, состоялась встреча императора Александра с Наполеоном. Начались мирные переговоры. Основы мира устанавливались во время ежедневных вечерних бесед двух властителей; дипломаты были лишь редакторами принятых решений. 25 июня были подписаны, а 27-го ратифицированы акты Тильзитского мира, из которых важнейшим был договор о русско-французском союзе. Тильзитские постановления были не безвыгодны для России, по крайней мере в смысле территориальных приобретений. Непосредственным их следствием было присоединение Белостокской области; ими же в значительной степени было обосновано завоевание Финляндии и Бессарабии. Пруссия была совершенно унижена.

Но в тогдашней России Тильзитский мир оказался весьма непопулярным. Шильдер говорит, что на Петербург, на Москву, наконец, на все российское просвещенное общество Тильзит произвел самое тягостное впечатление; что не было возможности не только наказывать за изъявление всеобщего неудовольствия, но даже и сдерживать недовольных, ибо, как выразился весьма своеобразно один из современников, «от знатного царедворца до малограмотного писца, от генерала до солдата — все, повинуясь, роптало с негодованием». К тому же условия союзного договора заключали в себе такие обязательства России в отношении Англии, которые грозили в будущем самыми тяжелыми последствиями для русских торгово-экономических интересов.

Очевидно, была лишь видимость того, что роковой для Наполеона клубок политических взаимоотношений России и Франции был в Тильзите распутан, вернее — ослаблен; с того самого рубежа, с Немана, где умолкли выстрелы кампании 1806/07 г., надлежало в 1812 г. приступить к его радикальному, опять-таки при помощи меча, распутыванию.

Политическая обстановка ♦ Подготовка сторон к войне ♦ План войны Наполеона ♦ План русских ♦ Стратегическое развертывание русских армий ♦ Движение армии Наполеона к русской границе.

Политическая обстановка. С 1799 г. Россия участвовала во всех европейских коалициях и больших войнах против Французской Республики, а потом и империи Наполеона. Только при борьбе против русских войск великий полководец переживал иногда тяжелые минуты сомнения в успехе. Хотя он и с особенным удовольствием часто вспоминал про «солнце Аустерлица», но, наверное, никогда не забывал и «метели Прёйсиш-Эйлауской». Россия была страшным противником на пути великого завоевателя к мировому владычеству. Его неудержимо увлекал неумолимый рок, в чем он и признавался, говоря: «Я чувствую, что стремлюсь достигнуть неведомой цели; но по достижении ее, когда я уже буду не нужен, достаточно будет одного атома, чтобы погубить меня; до тех же пор никакие человеческие силы не одолеют меня!» Проникнутый этими чувствами, Наполеон решил очертя голову броситься в борьбу с Россией.

Гроза накапливалась с обеих сторон, и Россия была не удовлетворена Тильзитским миром 1807 г., заключенным после неудачного сражения под Фридландом. Русские люди считали подобный мир унизительным, хотя Россия и получила приращение — Белостокскую область. К этому присоединились и причины экономического характера: мы обязались примкнуть к континентальной системе и порвать торговые связи с Англией, что вызвало сильное падение денежного курса и разорение купцов; наконец, русский таможенный тариф 1810 г., крайне невыгодный для Франции, вызвал новые осложнения. Война 1809 г., где русские должны были бороться против Австрии в союзе с Наполеоном, не сгладила отношений союзников: Наполеон был недоволен нерешительностью действий русских, а император Александр — присоединением Галиции к герцогству Варшавскому, намекавшим на возможность восстановления Наполеоном Польского королевства. Отказ выдать за Наполеона великую княжну Анну Павловну тоже способствовал обоюдному охлаждению.