Читать онлайн «Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне.». Страница 73

Обратите внимание на дату. Брестский мир уже давно подписан, немцы стригут купоны и отправляют с оккупированной ими части бывшей Российской империи эшелоны с продуктами в далёкий фатерлянд. А русский генерал пишет тому, кто дал денег на русскую революцию и якобы всеми силами поддерживает «выгодную» для Германии Советскую власть. Результат не заставил себя ждать — уже через три дня, 8-го мая вечером к атаману явилась германская делегация. Немцы заявили, что они никаких завоевательных целей не преследуют и заинтересованы в том, чтобы, на Дону, как можно скорее восстановился полный порядок. Сам Краснов в одном из своих выступлений перед казаками сказал прямо: «Вчерашний внешний враг, австро-германцы, вошли в пределы Войска для борьбы в союзе с нами с бандами красноармейцев и водворения на Дону полного порядка. Зная строгую дисциплину германской армии, я уверен, что нам удастся сохранить хорошие отношения до тех пор, пока германцам придётся оставаться у нас для охраны порядка, и пока мы не создадим своей армии, которая сможет сама охранить личную безопасность и неприкосновенность каждого гражданина без помощи иностранных частей». Так чьим же союзниками были немцы, красных или белых?

Пятого июня 1918 года германские власти заявили об официальном признании атамана, как государственной власти. Обратите внимание: «союзники» вплоть до 1920 года не признавали ни одно белое правительство. Германия сделала это за один месяц! Дальше — начались «межгосударственные» отношения! Германия не грабит казаков, не пытается обобрать их как липку, пользуясь моментом. Германия начинает правильную торговлю! «Для начала разобрались с курсом валют. За германскую марку давали 75 „донских“ копеек» — пишет атаман Краснов. В освобождённом от большевиков Ростове была образована смешанная Доно-Германская экспортная комиссия, регулировавшая торговые вопросы. Дон начал получать сахар из Украины, а затем должен был начать получать и другие дефицитные товары из самой Германии.

Глава донских казаков пошёл по пути Ленина и сумел договориться с Германией. За её широкой спиной он и сумел отстроить и вооружить свою казацкую армию. Оружие и боеприпасы закупались также у германцев! На оккупированной германцами Украине были поистине неисчерпаемые запасы русского вооружения. Его немцы и продавали, а точнее меняли по установленной таксе: одна русская винтовка с 30 патронами — на один пуд пшеницы или ржи. Стрелковым оружием предложение не ограничивалось — Краснов заключил контракт на поставку аэропланов, орудий, снарядов. За первые полтора месяца немцы передали Дону, кубанцам и Добровольческой армии 11651 трёхлинейную винтовку, 46 орудий, 88 пулемётов, 109104 артиллерийских снаряда и 11594721 ружейный патрон. В Войско Донское были отправлены даже тяжёлые орудия, в посылке которых ранее германцы отказывали. Помимо этого арсеналы Краснова пополнились на 100 пулемётов, 9 аэропланов, 500 тысяч ружейных патронов и 10 тысяч снарядов.

Нас ждёт интереснейшее открытие. До сих пор я не встречал нигде ни одного упоминания, о совместных боевых действиях немцев и их «союзников» большевиков против белогвардейцев. Зато достоверно установлено, что в боях под городом Батайском красноармейцев совместно били германские войска, донские казаки и батальон Добровольческой армии! Немцы громили большевиков и самостоятельно! Краснов пишет: «Немцы со значительными потерями для себя отразили безумную попытку большевиков высадиться на Таганрогской косе и занять Таганрог. Немцы не особенно охотно вступали в бои с большевиками, но тогда, когда боевая обстановка этого требовала, они действовали вполне решительно, и донцы могли быть совершенно спокойны за ту полосу, которая была занята немецкими войсками. Вся западная граница с Украиной от Кантемировки до Азовского моря, длиною более 500 вёрст, была совершенно безопасна, и донское правительство не держало здесь ни одного солдата».

Также было подписано соглашение, что в случае совместного участия германских и донских войск в боях с большевиками половина военной добычи передавалась донскому войску безвозмездно, выработаны были и совместные планы действий. Германские власти продавали казакам вооружение, вместе с ними участвовали в боях, били красных даже самостоятельно. Строгие немецкие часовые охраняли тылы донской армии и казаки знали, что немцы их не предадут и не допустят удара в спину. Что ещё любое государство может требовать от своих союзников? Разве можно говорить о том, что немцы поддерживали большевиков?

Как это ни удивительно, но факты заставляют нас признать, что немцы были союзниками не большевиков, а их противников — казаков! И союзниками надёжными. Германские гарнизоны были поставлены в зависимость от атамана Краснова и оставались лишь там, где он считал их присутствие необходимым. В то время, когда из немецких ружей вылетали конкретные пули, из прекрасно подстриженных голов представителей Антанты вылетали только пустые слова. Где же были французы, англичане, американцы? Слухи об их высадке ходили постоянно. Говорили об этом не только белые офицеры и казаки, но и красноармейцы. Краснов пишет об этом: «Большевики знали, конечно, о событиях на западе и повели сейчас же широкую пропаганду о том, что союзники никогда не будут помогать ни Деникину, ни донскому атаману, потому что демократия Западной Европы с большевиками заодно и не допустит, чтобы её солдаты пошли против большевиков».

Немцы помогали, в основном, казакам. Только лишь потому, что казаки этому не препятствовали и не выказывали враждебности германской армии. Помощь была бы оказана и Добровольческой армии Деникина. Если бы… не сопротивление и отказ от неё самого генерала Деникина. Казачий полковник Поляков, боровшийся в рядах Донского войска, оценивает упущенные возможности так: «Как тогда, так и теперь у меня нет сомнения, что возьми руководители Добровольческой армии иной курс в отношении немцев, нам бы совместными усилиями при помощи германцев, быстро удалось использовать богатейшие запасы Украины и Румынского фронта, в короткий срок создать настоящие армии, каковые, двинутые вглубь России, легко бы справились с большевиками, не имевшими тогда, как известно, никакой организованной надёжной силы».

Но руководители антибольшевистских сил, определявшие политику белых, хранили верность «союзникам» и терпеливо ждали от них помощи. Брали снаряды и патроны у казаков Краснова, делая вид, что не знают, откуда они появились. Потом, наступил ноябрь 1918 года — и Германии не стало. Начиная с этого периода поддержку и оружие можно было получить только от Антанты. Вот здесь «союзники» и показали своё истинное лицо.

Они внимательно следят за паритетом сил! Приглядывают, чтобы белые не стали вдруг сильнее красных. Именно поэтому на самом первом этапе войны «помощи» не было совсем. Потому, что ещё не было Красной армии, а те банды, с которыми начинали бороться казаки Краснова, разбежались бы в один миг, появись перед ними хотя бы стотысячная обмундированная и вооружённая белая армия. Будь с ней ещё и парочка «союзных» дивизий — задача уничтожения Советской власти просто была бы вопросом времени. И Гражданская война тогда бы закончилась!

Этого допустить нельзя. Поэтому не дают «союзники» белым ничего. Даже за деньги. Поэтому и не присылают войск, а незначительные десанты британцев и французов, словно привязанные стоят в портах высадки, не двигаясь вглубь русской территории. Но вот ситуация меняется. Красная армия становится настоящей боевой силой. Теперь надо помочь белым. Иначе большевики, обладающие огромным численным превосходством, задавят малочисленных, да к тому же ещё и не вооружённых белых, что снова приведёт к окончанию братоубийства! Поэтому, торговля с «союзниками» к весне 1919 года вроде бы налаживается. Но все равно англичане и французы ведут себя непредсказуемо: то продают, то не продают. Регулируют тоненький ручеёк поставок.

Раз наступает Колчак, то помощь пойдёт Деникину, когда захлебнётся Деникин, будут помогать Колчаку. Помощь «союзников» пойдёт не туда, где она в данный момент нужна. Пётр Николаевич Врангель свидетельствует: «Обещанная иностранцами широкая помощь уже начинала сказываться. В Новороссийск непрерывно прибывали гружённые артиллерийским и инженерным имуществом, обмундированием и медикаментами пароходы. В ближайшее время ожидалось прибытие большого числа аэропланов и танков». Это как раз тогда, когда колчаковцы побежали, имея острый недостаток в боеприпасах. Краник поставок открывается, но поток довольно скудный. «Военное снабжение продолжало поступать, правда, в размерах, недостаточных для нормального обеспечения наших армий, но всё же это был главный жизненный источник их питания» — это уже Деникин о том же периоде, второй половине 1919-го года, когда его англичане его «щедро» снабжают вместо погибающего Колчака.