Читать онлайн «Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне.». Страница 66

Теперь карьера Раскольникова пойдёт в гору. Почти одновременно Ревтрибунал при ВЦИК вынес смертный приговор А. М. Щастному. Эта и есть справедливость с поправкой на «закулисье» мировой политики: спасителю русских кораблей — пуля, его губителю будущие почётные должности и карьера…

Французским и английским разведчикам тоже есть, что предъявить своему руководству — значительная часть флота Российской империи уничтожена. Но «союзникам» этого мало, необходимо потопить весь русский флот и вырвать с корнем саму возможность его будущего возрождения. Поэтому, трагедия русского флота на этом не закончилась. Наоборот — она ещё только начиналась. Русский флот надо было добить, во что бы то ни стало. Как и Российскую империю, как и Белое движение. Эту нелёгкую миссию «союзники» взяли на себя…

26-го ноября 1918 года — день святого Георгия Победоносца. Было тихо, чуть таял снег. Несмотря на слякоть и промозглую погоду в сё улицы казачьей столицы Новочеркасска были покрыты сплошными массами празднично одетого народа. Почти каждый стоявший на улицах глубоко верил, что приезд союзников знаменует конец этой страшной войне, где брат идёт против брата. Так думали румяные от лёгкого морозца молоденькие гимназистки, покрытые шрамами старые казаки, казачки державшие за руки малолетних детей. У всех стоящих в руках были хризантемы. Цветы в руках и надежды в душах. Придут союзники и — быстрое наступление, победа!

Мужчин на улицах практически не было — все на фронте, держат позиции против наседающих со всех сторон большевиков или выстроены в качестве почётного караула встречающего дорогих гостей. Англичан приехало трое: капитан Бонд (! ), и лейтенанты Блумфельд и Монро. Французов тоже трое — капитан Ошэн, и лейтенанты Дюпре и Фор. Их ждали долго, бесконечно долго — почти год. Автомобили с союзными офицерами длинной вереницей двигались по улицам казачьей столицы под певучие звуки донского гимна и несмолкаемое «ура» жителей и выстроенных войск. Со стороны собора шёл колокольный перезвон — духовенство в золотых ризах тоже ожидало своих избавителей.

Вечером того же дня, в большом зале атаманского дворца, увешанном портретами былых донских атаманов, был обед. Атаман Краснов, отставил стул и выпрямился. Прошло больше года, как он с несколькими сотнями донцов пытался повернуть историю страны вспять, и захватить с этой горстью бойцов революционный Петроград. Потом был арест, неожиданное освобождение и поездка с чужими документами на родной Дон. Тогда в октябре семнадцатого многие действительно верили, что новая большевистская власть сможет остановить войну и дать людям мир и свободу. Потом стало ясно, что для казаков коммунисты готовили виселицы, грабежи и участие в Гражданской войне на своей стороне. Казаки восстали, и быстро освободив территорию Донского казачьего войска от большевиков, объявили о создании своего нового Донского государства. Со своим флагом и гимном. Со своей армией, что истекала кровью в неравной борьбе с огромными, но плохо управляемыми большевистскими армиями. Командир 3-го кавалерийского корпуса генерал Краснов стал атаманом казаков, фактически руководителем одного из независимых государств возникших на обломках рухнувшей Российской империи. Благодаря своим организаторским талантам Краснов создал 60-ти тысячную казачью армию, вооружил её, одел и накормил. И боролся с большевиками.

Но делать это становилось всё сложней. Сил практически не было. Надежда была одна — союзники. А со стороны большевистских окопов каждый день шёл поток агитации, медленно, но верно разлагавший казацкие полки.

— Союзники не придут — кричали со стороны красных — Они заодно с новой народной властью!

Если это так — военной катастрофы не избежать…

Атаман Краснов умел хорошо говорить. Он был автором нескольких книг, а его ораторские таланты и помогли ему убедить казачий круг предоставить ему фактически неограниченные полномочия для спасения их же чубатых голов. Сейчас все своё красноречие генерал Краснов направлял сидящим в зале «союзным» офицерам, а поэтому он вкладывал в свои слова всю душу.

— Здесь гремит музыка, горят огни, и лица сияют счастьем. Мы встретились, наконец, с нашими доблестными союзниками, но мы не можем быть вполне счастливы. Наши союзники одержали полную блистательную победу, враг побеждён, но один из сражавшихся в этой великой войне — Россия — лежит в развалинах, поругана, почти уничтожена. Россия — наша Родина! Восьмой месяц донские и кубанские казаки ведут кровавую войну за свободу и счастье России. И теперь, когда эта зала полна светом и музыкой и когда повсюду во Франции, Англии, Америке и Италии идёт весёлое ликование по случаю столь прекрасного мира, здесь льётся кровь казаков и добровольцев, и не видно конца этому ужасному избиению, не видно помощи в борьбе с бандами разбойников, разрушающих нашу веру, наши дома, мучающих наших стариков, наших женщин и детей!

Англичане и французы внимательно слушали. Может быть, до них теперь дойдёт ясная и простая мысль, что своим союзникам надо реально помогать, а не кормить красивыми обещаниями!

— Мы изнемогаем в этой героической борьбе, где один казак борется против десяти противников, где на одну пушку отвечает двадцать орудий неприятеля. Мы ожидаем помощи. Восемь месяцев как бы тёмная ночь окутала мраком нашу землю. С мая по ноябрь без всякой помощи, совершенно одни мы прошли семьсот вёрст к сердцу России — Москве, и только пятьсот вёрст нас от неё отделяют. Мы ожидаем вас, чтобы под звуки торжественных маршей и нашего гимна вместе войти в Кремль, чтобы вместе испытать всю сладость мира и свободы! Великая Россия. В этих словах все наши мечты и надежды! А пока мы печальны, ибо все так же льётся кровь казаков и наши силы напряжены до последней степени, чтобы спасти Отечество…

Он ещё много сказал, словно кровью излив то, что накипело в его атаманской душе. «Союзные» офицеры уехали, а через месяц вместо дивизий и солдат приехала новая делегация. Снова обед в парадном зале атаманского дворца. Снова генерал Краснов говорит о совести и военной солидарности…

«Мы Россией не торгуем» — знаменитые слова генерала Деникина. Это и есть ответ на вопрос, о причинах поражения Белого движения. Читая мемуары белогвардейцев, невольно поражаешься душевному благородству этих людей. Это патриоты, русские люди до мозга костей. Рискуя жизнью, они всеми силами пытаются спасти свою Родину. Генералы понимают борьбу с большевизмом, как свой долг, как продолжение того служения стране, что убелило сединой их виски, а грудь осыпало орденами. Руководители белого движения, все без исключения совершают одну и ту же ошибку, которая будет стоить им поражения. Они считают «союзников» такими же благородными людьми, как они сами и наделяют качествами, которых у господ из Лондона и Парижа не было и в помине.

Не было у «союзников» совести, не было благодарности, не было чувства долга. Был лишь голый расчёт. И план Революция — Разложение — Распад.

Если бы генерал Краснов, Деникин и Врангель хотя бы в общих чертах представляли себе план разрушения России, сочинённый в европейских столицах, они бы не ждали оттуда помощи. Если бы руководители белого движения знали о закулисных договорённостях Антанты с большевиками, если бы заглянули вдруг в тёмные комнаты западных представительств в Москве. Если бы они знали, на какие деньги росла и крепла партии эсеров и большевиков, если бы они осознали странно мягкую реакцию Великобритании и Франции на убийство капитана Кроми в английском посольстве. Если бы, если бы, если бы…

«За Великую, Единую и Неделимую Россию» — поднимали тосты, сражавшиеся с большевиками офицеры. И не думали о том, что уже более ста лет цели британской, а за ней и французской политики были совсем другие: «За Слабую, Раздроблённую и Разделённую Россию»! Как же «союзники» преследовавшие диаметрально противоположные цели, могли помогать русским белогвардейцам? Да, так и «помогали», чётко придерживаясь своих собственных целей и интересов. А руководители Белого движения не хотели замечать, не хотели задуматься о причинах предательского поведения вчерашних «братьев по оружию». Вместо постепенного воплощения в жизнь давно задуманного уничтожения России, видели Деникин, Колчак и Врангель лишь необъяснимые вещи и странное поведение представителей Антанты. А мы уже знаем: