Читать онлайн «Тайны русской империи». Страница 70

За свой яркий писательский стиль Е.Л. Маркова называли Златоустом Щигровского уезда. Даже люди, не разделявшие его воззрений, такие как В.Г. Короленко, не могли отказать ему в хлестком стиле и яркости изложения, признавая его заметным явлением в русском пишущем мире. Граф Л.Н. Толстой приглашал Е.Л. Маркова в соредакторы своего журнала «Ясная Поляна», но Евгений Львович относился отрицательно к толстовским педагогическим идеям и отказал великому писателю. В.В. Розанов в некрологе на смерть Е.Л. Маркова отмечал у него «редкое здравомыслие и уравновешенность» («Новое время». 1903.21 марта).

Отец автора «Войн темных сил» проделал довольно долгий путь от взглядов западника-либерала до формирования в нем охранительно-славянофильских убеждений. Ведущую роль здесь сыграл народовольческий революционный террор и особенно цареубийство 1 марта, подействовавшее отрезвляюще и заставившее многих пересмотреть свои политические пристрастия. Эволюцию взглядов Е.Л. Маркова легче всего проследить по сотрудничеству с тем или иным журналом в разные годы его творчества. Начав свой писательский путь в «Русском вестнике» (либерального периода, 1858—1862), он сотрудничал в «Отечественных записках», затем «Вестнике Европы», с 1875 года являлся ведущим публицистом газеты «Голос» органа консерваторов-западников и далее в журнале «Русская речь» (1879—1882). С1882 же года Е.Л. Марков писал почти исключительно в правых изданиях, в журналах «Русское обозрение», «Русский вестник» и «Неделя», в газетах «Новое время» Суворина и «Русь» (1884-1886) Аксакова.

Все вышесказанное о семье Марковых свидетельствует, что лидер Союза русского народа Николай Евгеньевич Марков происходил из высококультурной дворянской семьи, активно участвовавшей в общественной и литературной жизни Российской империи. Его отец, Евгений Львович, умерший от рака, имел от двух браков пятерых детей.

Сам Н.Е. Марков родился 2 апреля 1866 года. Местом рождения был либо Симферополь, где его отец служил директором Симферопольской гимназии и народных училищ Таврической губернии, либо одно из родовых имений дворян Марковых Александровка, Патепник или Богородицкое, расположенные в Щигровском уезде Курской губернии.

Отношения дворян Марковых с крестьянами своих имений были глубоко патриархальными, родственными, каковые хранились и передавались из поколения в поколение как семейная традиция.

Свое среднее образование Николай Евгеньевич скорее всего получил в Курской гимназии. Высшее — в Институте гражданских инженеров.

Вскоре он женится и, по некоторым данным, работает инженером на железной дороге. Несколько позже, унаследовав от своего отца 250 десятин земли в Курской губернии, Н.Е. Марков начинает заниматься сельским хозяйством и становится земским деятелем (гласным губернского земского собрания), как и его отец, по Курской губернии.

Бурный XX век, пустивший русскую историю с места в карьер, быстро нанизывал одно политическое событие на другое: боксерское восстание, студенческие волнения, террористические акты, Русско-японскую войну. Молодой, полный сил и желания действовать дворянин Н.Е. Марков не мог остаться в стороне от событий, происходящих с его Родиной, и при первой возможности включился в политическую борьбу. Еще в декабре 1904 года он составил адрес государю императору от имени Курского земского собрания, с указанием на незыблемость самодержавия. «За принятие моего адреса, — писал позже Н.Е. Марков, — служащие в то время кадетской Губернской земской управы ворвались к нам во время заседания и, угрожая стульями и палками, выгнали наше земское собрание из земского дома и, оставшись победителями, влезли на столы и стали петь рабочую марсельезу.

Возмущенный наглостью революционеров, я вошел в их круг и провозгласил “ура” самодержцу всероссийскому. Мой возглас был поддержан большей частью публики, и испуганное патриотическим порывом народа, разбойничье племя постыдно бежало на улицу» (см. «Ответ Маркова 2-го на статью Жеденева в “Русском знамени”. СПб., 1910).

Уже из этого раннего события в его политической жизни явственно виден мужественный, бесстрашный и прямодушный характер Николая Евгеньевича Маркова.

В разгар революции, в 1905 году, он становится одним из организаторов (вице-председателем) курской «Партии народного порядка» (около 500 членов). Вскоре же Н.Е. Марков организует курское отделение Союза русского народа, и большинство членов «Партии народного порядка» переходит во вновь образованный отдел.

Союз русского народа был массовой монархической черносотенной организацией, возникшей как ответная реакция на революционное движение. Первое организационное собрание Союза прошло 8 ноября 1905 года, и его основателями стали детский врач А.И. Дубровин, художник А. А. Майков, В.М. Пуришкевич, А.И. Тришатный, И.И. Баранов и некоторые другие. Состав Союза русского народа был крайне разнороден: от церковных иерархов (многие в будущем стали св. новомучениками российскими), св. прав. Иоанна Кронштадтского, академика А.И. Соболевского, профессора А.С. Вязигина, профессора В.Ф. Залесского, профессора Б.В. Никольского до простых крестьян и рабочих. Союз русского народа выступал за укрепление господствующего положения в империи православной церкви, незыблемость самодержавия, национальное единство и неделимость России, первенствующее значение русской народности и русского языка, строгое соблюдение частной собственности, ответственность печати по суду, ограничение прав евреев и др.

Официальным органом долгое время была газета «Русское знамя» (1905—1917). Наибольшей численности Союз русского народа достиг в период борьбы с первой революцией в 1905—1907 годах, когда, по словам В.В. Розанова, «начальство ушло», и честный гражданин оказался один на один с разношерстными проявлениями широчайшей революционной деятельности: с бомбометанием, с вооруженными восстаниями, с разгулом красного террора, всевозможными видами святотатства и прочими общественными радостями, несомыми русскому обществу «освободительным движением». Именно черносотенство смогло подставить русской власти, получившей от революции нокаут, свое гражданское «плечо», стихийно соорганизовавшись и выступив но всему революционному фронту с противодействием общественным беспорядкам, пока сама власть не опомнилась и не подавила революционные выступления своей мощью.

Не во всем принимавший позицию крайне правых и не разделявший некоторых из их положений М.О. Меньшиков, один из организаторов Всероссийского национального Союза, признавая их заслуги перед Отечеством, писал в 1911 году: «Непростительно забыть, какую роль сыграл, например, покойный Грингмут в Москве или Дубровин в Петербурге, Дубасов — в Москве или Дурново — в Петербурге, Семеновский полк в Москве или вся гвардия в Петербурге. Что главная осада власти и центральный штурм ее были в Петербурге и в Москве… Инородческая революция пыталась поразить империю в самом ее сердце, — вот отчего в обе столицы понабилось столько мятежников и пристанодержателей бунта. Мы… не принадлежим к Союзу русского народа, но было бы или актом невежества, или черной неблагодарностью забыть, что наши национальные начала были провозглашены еще задолго до возникновения партии националистов — именно такими «черносотенными» организациями Петербурга, каково Русское собрание и союз гг. Дубровина и Пуришкевича. Если серьезно говорить о борьбе со смутой, действительной борьбе, не на живот, а на смерть, то вели ее не киевские националисты, а петербургские и московские монархисты»{303}.

Открытая революция улиц и площадей, бомб и револьверов вскоре переместилась в созданную Государственную Думу, став там «легальной революцией» антиправительственных речей, антирелигиозных и антигосударственных законопроектов.

Правые, оставившие за собою поле боя с революцией 1905 года в городах и селах Российской империи, увидев новое проявление «темных сил» в революционных атаках на власть в Государственной Думе, пошли противодействовать ей и туда. Этому помогло введение 3 июня нового избирательного закона, по которому была избрана III Государственная Дума.

В это время Н.Е. Марков вел активнейшую борьбу с проявлениями революционного хаоса в Курской губернии. Его влияние там постепенно становилось всеохватным. По его почину были изгнаны из губернского и уездных курских земств все революционеры; курское дворянство вычеркнуло из своих дворянских списков дворян — участников антимонархических партий. Он начал издавать ежедневную газету «Курская быль» (1905—1917), ставшую одним из важнейших звеньев в монархической пропаганде в губернии. Это давало свои положительные результаты — Курская губерния выбрала в III Государственную Думу девять правых монархистов, из одиннадцати депутатов, среди них и Н.Е. Маркова. На момент избрания в III Государственную Думу он имел чин коллежского советника.