Читать онлайн «Русская Америка: слава и позор». Страница 108

Однажды обратил я материю на бобровой промысел. Скажите, спросил я губернатора, почему не пользуетесь вы бобрами, когда ими и губа здешняя и все берега изобилуют? — Мы не можем, отвечал он, производить торга сего, и этот товар верно вас дождется. Лет десять тому назад подан был королю проект сделать из сего важной доход отправлением их в Кантон; он был опробован, и я получил повеление платить за каждой по девяти пиастров. Несколько тысяч было набито их и в Санкт-Блаз, а оттуда в Кантон отправлено, но дурная ли выделка их, или неумение обращаться с ними, или жаркость климата нашего была тому виною, только все бобры подопрели и корона кроме бесполезных убытков ничего не получила. Несколько раз после того предпринимали и частные люди, только также никто счета не нашел и торг сей совершенно оставлен. Всякой год приходящие на судах из Санкт-Блаза офицеры берут их по нескольку, выменивая на разные вещи и за такой бесценок, чтоб не жаль было им, ежели половина истребится, но и то ничего незначащее количество, ибо что добывали жители, то отдавалось бостонцам, но когда год от году строже стало подтверждаться им запрещение потаенной торговли, то и вовсе промыслом сим заниматься перестали, разве на чепрак себе кто или на опушку капота добыть захочет. Бобры их хотя несколько и уступят нашим в цвете, но однако ж довольно хороши и пушны. Они не моют их, шерсть вся в жиру, итак неудивительно, ежели они портятся, а особливо в столь жарком и сыром климате, каков Санкт-Блаз, в 22° широты лежащей. Можно быть уверену, что при позволении торга компания наша у них легко тысяч шесть, семь в год не дороже 7, а много 10 пиастров в трех портах получит, а меною на товары они и в половину цены сей обойдутся.

Но я обещал Вашему Сиятельству сказать о миссиях. Я видел миссию Св-го Франциско, и как губернатор, так и все гишпанцы уверяли меня, что, видев одну, можно сказать, что и все видел, с тою только разницею, что по числу неофитов своих одни более имеют строении и заведении, а другие менее. Миссия, в которой был я, походит на маленькой городок, но зато тридцать лет как строится. Главное строение есть покои миссионеров, к которым с одного боку примкнута обширная церковь со всеми ее принадлежностями. Здание сие саженях на 70 длиннику и 20 поперечнику со многими в середине отделениями или кругом обстроенными дворами. В одном живут мальчики, в другом девки, в третьем сальной завод, инде ткацкие и другие хозяйственные принадлежности. Против сего строения площадь, и за нею в параллель миссии 16 корпусов по два в ряд, сажень по 25 каждой, в которых живут женатые американцы и каждое семейство особой покой имеет. Вдоль всех сих строений поставлено с боков по длинному корпусу, в которых кухни, кузницы, мастерские, магазины и другие службы. Все строение произведено из необожженного кирпича и покрыто черепицею. Чистота в улицах беспримерная. К строениям сим примыкают огороды, а за ними обширные поля, всю миссию окружающие, которые возделываются неофитами. Их там 1200, в миссии Санкта-Клары 1800, а в миссии Санкт-Жозеф 800, но во всей Новой Калифорнии крещеных американцев не с большим 26 000 человек. Сие знаю от губернатора.

Кормят они американцев в день по три раза, поутру, в полдень и при захождении солнца. В двенадцать часов ударил колокол, неофиты возвращались с полей сотнями, и я просил миссионеров доставить мне удовольствие видеть кормление их. Когда все собрались, то пришли миссионеры и прочли три молитвы, которые неофиты, стоя на коленях, повторяли. Вынесли весьма чистые котлы с очень вкусною и питательною похлебкою из говядины с горохом и зеленью. Каждой американец подходил с травяным котелком своим, в которой вливали холостым по одному большому ковшу с куском говядины, а женатым по два. Сверх того дают им пшеницу, из которой делают они сами муку и едят поджаренную. Миссионеры смотрят за больными и отправляют должность лекарей и аптекарей.

Коснувшись лекарей, скажу вам, милостивый государь, что во всей Калифорнии один только в Монтерей, и губернатор признавался мне, что полезнее б было, ежели б совсем его не было, ибо затрудняет лишь миссионеров, которые его знающее. Жалованья положено по штату 300 пиастров, итак искусного и с знаниями человека за такую плату и ожидать не можно. Здесь напомню я опять о нашем крае, которой еще в горшем положении, ибо у нас совершенно уже ничего нет.

Неофиты все у них наги, имеют из шерсти вытканные опояски, а сверху шерстяной сарабе, которого по теплоте климата для них и довольно. Все поля их орошаются проведенными из источников каналами и потому никогда они засухи не боятся. Почва земли в Санкт-Франциске есть смесь с песком и изо всей Калифорнии худшая, и потому иные поля более 12 раз не дают, но другие 20 и 30 раз, но в миссиях Санкта-Клары и Санкт-Жозеф в 30, 40, 50 и даже в 70 и 80 раз, и таковые урожаи и в других миссиях обыкновенны. Отец Жозе де Уриа в прошлом годе в миссии Санкт-Жозеф посеял 150 аробов и снял 12 тысяч. Не слыхав никогда о подобных урожаях, не смел бы я поверить, ежели б не удостоверяли меня в том жители и не подтвердил того губернатор.

Фруктовые деревья, как-то: фиги, персики, мемериллы и другие в миссии Санкт-Франциско по причине пронзительных северных ветров из гор, которыми миссия окружается, никогда не разведутся. Есть несколько, которые видели мы уже в сильном цвете, но огорожены они каменными заборами и требуют великого присмотра. В миссии Санкт-Жозеф и Санкта-Клары, на день только езды отстоящих, и во внутренности земли уже такие предосторожности не нужны. Там винограду и фруктов всяких бездна, кроме апельсинов, которые начинаются в Санкта-Барбаре. Последние ели мы в порте Св. Франциско, и они довольно вкусны. Яблоки санкта-кларские также приятного вкуса.

Индейцы или американцы их довольно рослы, цветом смуглы, но слабы и вялы и должны уступить нашим северным обитателям. Обычаи их, пляска, образ жизни с нашими сходствуют. Всякое племя из них своим знаком татуировано. Одежды у них птичьи и травяные; домашняя утварь — плетеная из кореньев; оружие — лук и стрелы с яшмовыми остриями; пища — сырая рыба, ракушки, толченые семена и коренья; украшения — из перьев, костей и раковин. Они, также как и наши, расписывают себе рожи и носят на голове перяные каски, а в ушах и иные и в носу раковины и округленные косточки. Лотки их из нескольких длинных пуков травы, вместе связанных, и хотя у них морских львов или сиучей, также и нерп обильнее нашего, но они ими не пользуются и байдар не имеют. И так в понятии их, искусстве рукоделия, проворстве и самой силе должны они уступить нашим северным. Из наших можно иметь хороших воинов, но из тамошних — никогда.

Шатаясь, милостивый государь, по свету не для собственного удовольствия, но для блага отечества, опять обращусь я к областям своим и поставлю Вашему Сиятельству беспристрастную параллель в тамошнем и нашем с американцами обращении. Сильные издержки короны и попечение правительства, как ни слабо оно, дают Калифорнии великие способы. Все миссионеры люди просвещенные и не наши святые отцы, которые едва не из безграмотных крестьян делаются пастырями душ наших. Довольно писал я в донесениях моих, в каких миссия наша была здесь упражнениях, и кажется ввел ее в правила, но нужно, чтоб и характеры духовных отвечали тому. В Калифорнии миссионеры, конча в европейской или мексиканской коллегиях курс наук своих и по экзамену удостоясь в звание сие, отправляются в назначения свои на казенном иждивении. Жалованья получают францисканцы 400, а доминиканцы по 300 пиастров в год.

Они в великом уважении, но достоинствами и поведением их его заслуживают. Над всем духовенством есть живущей в Монтереи супериор, обязанный за все миссии отчетом архиепископу Мексики. Ныне супериором отец Эстефан де Тапис. Миссионеры по прошествии 10 лет свободны возвращаться в Европу, где дают им по рекомендации начальства духовные места или плебенды пред другими предпочтительно, но, привыкнув и обзаведясь хозяйством, они в Калифорнии добровольно жизнь оканчивают; доказательство, что свобода человека во всяком состоянии государству пользу приносит. Строения их довольно хороши, чистота беспримерная, попечения о неофитах чрезвычайные, пища индейцам редкая, одежда теплая и словом: всякой чужестранец, видев тамошние селения и наши, скажет, что там призрение, а у нас угнетение человечеству; но — это будет слишком строго, и я никогда не соглашусь, хотя более всех чувствую разврат в Америке нашей. Так-то иногда два путешествователя об одном и том же месте совсем разное повествуют, и между тем оба правы, потому что из разных точек ума на предмет свой взирали. Поверхностной блеск прельстил г. Ванкувера. Зная достоинства мужа сего и прочтя его, вот уже воображение приготовлено; любопытство рождает нетерпеливость; счастливая наружность награждает вдруг ожидание приятностью, итак, может ли уже быть сильнее впечатления сего? Первой день я и сам был в восторге и остался бы в предубеждении сем на целой век мой, ежели б не имел я надобности входить подробнее, но разбирая все беспристрастно и сравнивая возможности их с нашими, нашел я, что не все еще то золото что светит. Итак, в самом безалаберном правлении областей наших найду я еще многое, что мне лучше тамошнего кажется, и буде правительство займется ими, то в скором времени селения наши при всей суровости климата над каждым путешественником счастливее калифорнским произведут впечатления и притом к истинной славе и чести отечества. Позвольте Вашему Сиятельству объяснить параллель мою.