Читать онлайн «От «Барбароссы» до «Терминала»: Взгляд с Запада». Страница 58

Гудериан потребовал создать комиссию из представителей управления вооружений сухопутных сил, министерства вооружений, танкостроительных заводов и конструкторов и прислать ее срочно на фронт для изучения подбитых и захваченных «тридцатьчетверок». Он также предложил немедленно начать производство противотанковых орудий, способных вести борьбу с новыми русскими танками.

Немецкая танкостроительная промышленность и конструкторские бюро переживали состояние замешательства, граничащего с паникой. Лихорадочное переоснащение средних танков Т-III длинноствольной 50-мм пушкой можно было посчитать не более как промежуточным решением, поскольку этот танк значительно уступал Т-34 в других важных отношениях. Выбор по необходимости пал на Т-IV, который фактически стал основным танком немецких бронетанковых соединений до конца войны, после того как на нем установили более мощные 75-мм орудия различных модификаций.

Одновременно началось проектирование нового 56-тонного танка Т-VI, оснащенного 88-мм пушкой и толстой 100-мм лобовой броней. Прототип этого гиганта был создан к 20 апреля 1942 года — дню рождения Гитлера, — и через три месяца началось серийное производство этого тяжелого танка, названного «тигром».

Оснащение танковых дивизий таким танком, как «тигр», свидетельствовало о начавшейся эрозии наступательного духа немецких танковых войск. «Тигр», по существу, был отличным оборонительным оружием, используемым либо для поддержки пехоты при штурме укрепленных позиций, либо как стационарная огневая точка. Его скорость по пересеченной местности равнялась примерно 30 км/час, запас хода не превышал 110 километров, а удельная мощность двигателя — жалкие 12,3 л. с. на тонну веса, что значительно затрудняло применение «тигров» в высокоманевренных операциях. «Тигры» к тому же часто страдали от технических поломок, и потерпевший аварию танк мог отбуксировать лишь другой «тигр».

Требовался иной танк — такой, как Т-34, но с более мощной пушкой и лучшей броней. От немецких танкистов, воевавших на Восточном фронте, поступило предложение — оскорбительное, несомненно, для немецких конструкторов, — чтобы Т-34 был скопирован и выпущен в немецком варианте. Это предложение было с ходу отклонено не столько по причинам уязвленной гордости, а потому, что немецкая промышленность была не способна в короткие сроки наладить массовое производство алюминиевого дизельного двигателя.

Поэтому немцы начали создавать новый средний танк Т-V, позднее названный «пантерой». Это был 45-тонный танк, покатая и наклонная броня которого была скопирована с Т-34. Он имел 75-мм орудие с длиной ствола 70 калибров. Толщина башенной брони равнялась 120 мм, скорость по шоссе составляла около 50 км/час, а удельная мощность двигателя — 15 л. с. на тонну. Казалось, немцы наконец-то нашли, что противопоставить Т-34, так как «пантера», безусловно, была одним из наиболее удачных танков второй мировой войны. Она начала поступать на вооружение танковых дивизий весной 1943 года, но, как выяснилось позднее, страдала серьезными техническими неполадками.

Тем временем русские тоже не стояли на месте. Русские инженеры-танкисты хорошо понимали, что в Т-34 они имеют чемпиона, но первым моделям танка также были присущи некоторые недоработки, требующие устранения. В суматохе и организационных сбоях, вызванных перебазированием танковых заводов в восточные районы страны, многого сделать было нельзя, хотя определенная модернизация, не затрагивающая темпы производства этих срочно необходимых фронту машин, была проведена.

На более поздние модели ставилась литая шестигранная башня с командирской башенкой, уязвимый зазор между башней и корпусом был существенно сокращен, запас горючего увеличен, улучшена коробка передач — ее заменили на пятиступенчатую, повышена толщина брони — на новых башнях она достигла 90 мм. В 1942 году Русская промышленность выпустила более 5 тысяч танков Т-34, оснащенных 76,2-мм пушкой.[152] Однако в связи с появлением новых, более мощных немецких танков стала очевидной необходимость в существенной модернизации «тридцатьчетверки».

На танк установили новую литую, с расширенным погоном башню, в которой разместили еще одного члена экипажа — наводчика, и поставили длинноствольную 85-мм пушку, тактико-технические характеристики которой были приблизительно такими же, как у 88-мм пушки, стоявшей на первых моделях «тигра».

Установка более мощного орудия, более тяжелой башни и увеличение толщины брони привели к возрастанию веса танка с 27 до 32 тонн. Тем не менее боевые качества Т-34-85 говорят о высокой эффективности модернизированной конструкции танка. Когда зимой 1943 года его запустили в серийное производство, он был самой грозной боевой машиной по сравнению с танками других армий мира, хотя, возможно, в некоторых отношениях уступал «пантере». Сами русские, однако, не разделяют этого утверждения. Сообщения с фронта указывают на то, что русские танкисты, сравнивая Т-34-85 с захваченными «пантерами», предпочитали советский танк, поскольку он практически сохранил свои прежние великолепные маневренные качества и проходимость, тогда как «пантеры» страдали от механических неполадок и, главное, легко загорались.

Пожалуй, наиболее существенное преимущество Т-34-85 заключалось в том, что создание этой более мощной боевой машины, способной противостоять новому поколению немецких танков, не отразилось на темпах и количестве выпускаемых в Советском Союзе танков. Кошкин уже умер, но совершенство основной конструкции танка и заложенные в ней технические резервы давали советским танковым заводам огромные преимущества в том, что касалось количества выпускаемых боевых машин.

В 1943 году советская промышленность выпустила около 10 тысяч танков, из них примерно 60 процентов составляли Т-34.[153] В 1944 году, несмотря на некоторую перестройку технологического процесса в связи с запуском новой модели танка, советские заводы дали фронту 11 тысяч Т-34-85.

Что же касается немцев, то в 1943 году было построено около 1780 «пантер», в 1944 году — 3740, а «тигров» с августа 1942 по август 1944 года было выпущено всего около 1350. Таким образом, основу немецких бронетанковых войск по-прежнему составляли различные модификации Т-IV, который явно уступал Т-34-85. Всего немцы за годы войны выпустили около 9 тысяч этих средних танков, так что общее превосходство по числу танков совершенной конструкции оставалось за русскими, поскольку военная промышленность «третьего рейха» оказалась не в состоянии наладить производство новых моделей в достаточных количествах.

Окружение и уничтожение 6-й немецкой армии в Сталинграде имело важное значение для русских бронетанковых войск по двум причинам. Во-первых, тактика и стратегия «блицкрига», вновь примененная генерал-полковником Готом и генерал-фельдмаршалом Клейстом на широких просторах русских степей еще раз показала, что она приносит успехи, но не победу. Во-вторых, под воздействием неудач под Сталинградом, а затем катастрофы на Волге упал боевой дух немецких танковых войск. Давая оценку действиям немецких войск летом 1942 года, один из прославленных защитников Сталинграда маршал В. И. Чуйков отметил: «…я ожидал от артиллерии противника классического взаимодействия, четкой организации огневого вала, молниеносного маневра огнем и колесами. Но этого не было. Я встретился с далеко не новым методом медленного прогрызания последовательно одной траншеи за другой…

Немецкие танки не шли в атаку без пехоты и без поддержки авиации. На поле боя не заметно было “доблести” немецких танкистов, их смелости и быстроты действий, о которых писали зарубежные газеты».[154]

После Сталинграда характер танковых операций изменился, и обе стороны были заняты поисками новой тактики и стратегии. Для немцев дни «блицкрига» канули в Лету.

Прежде всего на характере танковой войны сказывалось появление нового оружия: новые тяжелые немецкие танки «тигр» и русские ИС радикально отличались от Т-III и Т-34. Был создан новый тип бронированных боевых машин — самоходные артиллерийские установки (САУ). Это оружие более подходило для растущего боевого мастерства русских, чем для сломленного боевого духа немецких танковых дивизий.

Что касается немцев, то самоходные артиллерийские установки «ягдпанцер» символизировали перемены в их теоретическом подходе к танковой войне. САУ в их роли истребителей танков были, по существу, оборонительным оружием, которое лучше подходило для использования в засаде или в полустационарных позициях. Гитлер уже доверительно сообщил некоторым своим генералам, что «время танков, вероятно, скоро истечет». Этот пессимизм был вызван созданием кумулятивных боеприпасов и ручных гранатометов типа базука, или фаустпатрон для пехотинцев, способных в руках смелых и решительных солдат вывести из строя тяжелый танк.